Официальные извинения    1   385  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    87   2725  | «Пролетарская» Спартакиада 1928 г. и «буржуазное» Олимпийское движение    270   8117 

Marginalia/Заметки на полях

Развивающиеся страны в меняющемся мире

 80  31638

Развивающиеся страны Азии и Африки занимают важную нишу в современном миро­устройстве, процесс становления которого оказался растянутым на не­сколько временных периодов.

Первый период (1991—2001 годы) вступления глобального мира в но­вую фазу своего развития ознамено­вался исчезновением биполярной системы, порожденной Второй ми­ровой войной, роспуском Советско­го Союза вместе с мировой системой социализма с ее странами «народной демократии» в Восточной Европе и государствами «социалистической ориентации» в Азии, Африке и Ла­тинской Америке. С ликвидацией Организации Варшавского догово­ра наступило время практически не­ограниченного доминирования на мировой арене НАТО и ведущей де­ржавы мира — США, которым удалось на время оттеснить на вторые роли в мировой политике не только своих союзников по Североатлантическому альянсу, но и все остальные государс­тва.

В условиях новой эпохи междуна­родные политические конструкции (и в первую очередь ООН), функци­онировавшие всю вторую половину ХХ столетия, были если не демонти­рованы окончательно, то по меньшей мере серьезно расшатаны. Полити­ческой теорией и практикой были предложены альтернативные моде­ли мирового порядка. Так, широкое хождение получила концепция «рас­творения суверенитета», частично реализованная практикой Европей­ского Союза. В период президентства Б. Клинтона популярность приобрела идея «глобального демократического консенсуса», предлагавшая сделать центром принятия военных и поли­тических действий не ООН, а «сооб­щество демократических стран». Но уже и тогда одновременно с демонтажом выросшего на развалинах СССР постялтинского мира и утвержде­нием курса на «односторонность» в мировом политическом процессе многие геополитические события де-факто прокладывали дорогу к ста­новлению полицентричного мира.

Экономический кризис и парадигма нового времени

 126  13149

Экономический кризис 2008 года, рассматриваемый вна­чале как циклический кризис глобальной экономики, фактически явился этапом начавшегося систем­ного кризиса. Выхода из него внутри системы не видно. Типичный при­мер пата — внутрисистемная анти­кризисная политика, когда государ­ство берет на себя ответственность за «токсичные» активы. Далее кризис становится кризисом суверенных долгов, а причины, вызвавшие появ­ление этих «токсичных» активов, не меняются. Выход из системного кри­зиса — это конец одной системы и рождение другой, не только с иным технологическим укладом, но в целом экономическим и даже культурным. Это смена парадигмы.

Нынешняя парадигма западной ци­вилизации превратила понятие ком­форта в наивысшую ценность. Деньги стали главным индикатором места человека в обществе, а статус опреде­ляется стилем потребления товаров и услуг. Рост значения денег снижает роль морали. Способность денег все связывать дается ценой поверхност­ного характера этой связи, в которой ложь является правилом. Законода­тельство от развития нравственных норм переходит к защите от проти­воправных посягательств на матери­альные блага, что, собственно, раз­вивает взгляды Локка на государство. Создание государств на таком пра­ве ведет к подмене морали законом. Опора в регулировании социальных отношений только на законы обще­ства потребления вообще не оставля­ет места для морали. Правовое про­странство Запада призвано развивать и закреплять такой порядок вещей.

Заметки китаеведа

 4  7065

Все мы, люди в России, как и люди в Китае, заинтересованы в том, что­бы наши взаимоотношения носили характер дружбы и сотрудничества. В чем же ключ к этому, как этого добить­ся, как это обеспечить? Иной раз и в той, и в другой стране задают вопрос: как именно сказываются на наших отношениях события внутриполити­ческой жизни и в той, и в другой стра­не? насколько они способны положи­тельно влиять на наши двусторонние связи или отрицательно сказываться на них?

Конечно, некое воздействие или влияние эти события оказывать мо­гут. Однако решающее слово тут не за ними. Внутренняя политика в каждой стране может играть некоторую роль, сказываться на наших двусторонних отношениях, но не может определять их характер в долговременном пла­не. Сфера внешней политики в из­вестном смысле существует отдельно от сферы политики внутренней. Она обладает определенной свободой. Глобальные, региональные, двусто­ронние отношения выступают в фор­ме межгосударственных отношений, отношений между соответствующи­ми государствами в той или иной стране, правящими в них политиче­скими партиями, их политическими лидерами.

При этом все перечисленное — своего рода посредники, в той или иной степени объективные или субъ­ективные. Они могут точно и правиль­но или, наоборот, неточно и непра­вильно выражать коренные интересы народов и стран, то есть, иными сло­вами, национальные интересы Рос­сии и Китая. Государства, правящие политические партии, политические лидеры относительно временны в сопоставлении с тем, что представ­ляется относительно постоянным. А в этом качестве выступают только взаимоотношения между коренными интересами народов двух стран.