Официальные извинения    1   1137  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    88   3942  | «Пролетарская» Спартакиада 1928 г. и «буржуазное» Олимпийское движение    338   11023 

Pro et contra/За и против

Утрата определенности: очертания посткризисного мира

 3  7493

Не только мировая экономика, но и все современное человечество находятся в состоянии глубочайшего кризиса – перехода в некое качественно новое и, вероятно, равновесное состояние. В основе его лежит смена технологического базиса: переход от индустриальных технологий к постиндустриальным. При этом, помимо широко популяризуемых новых традиционных технологий, в соответствии с прогнозами ИПРОГа еще конца 1990-х годов, развиваются классы метатехнологий и технологий high-hume, социальное воздействие которых нетривиально. В результате меняются параметры общества и действующей в нем личности, которые многие исследователи привыкли считать объективно обусловленными константами. Несмотря на высочайшую степень неопределенности, многие параметры нашего будущего представляются понятными и заслуживают скорейшего объединения в единую систему. Каким образом следует прогнозировать это новое будущее, и что мы можем сказать о нем прямо сейчас, представляется наиболее актуальной задачей из всех, стоящих в настоящее время перед науками о человечестве. 

Loss of certainty: the outlines of the post-crisis world. The seventh meeting of the "Svobodnaya Mysl" intellectual club

Not only the global economy, but also all modern society is in a state of deep crisis - a kind of transition to a qualitatively new and, probably, equilibrium state. It is based on changes in technological basis from industrial to post-industrial technologies. Thus, in addition to the widely advertised “new traditional technologies”, in line with forecasts IPROG made in late 1990s, meta-classes of technologies and “high-hume” technologies are developing and the social impact of that is non-trivial. As a result, parameters of society and its members are changing, although many researchers are accustomed to take them as objectively determined constants. Despite the highest degree of uncertainty, many parameters of our future are clear and need to be formed into united system. How should we make this new future more predictable and what we can say about it right now? That is the most urgent problem of all standing now in front of social sciences.

Как не допустить перерастания войны с нацистской Украиной во второю февральскую революцию в России?

 342  29329

НАТО энергично поставляет нацистским карателям вооружение и частные военные компании, а американские специалисты энергично пытаются формировать армию вторжения, которая, по оценкам, должна достигнуть 500-600 тысяч человек. Учитывая безысходность положения экономики Украины, значительная часть населения которой будет лишена нацистами средств к существованию уже в этой году, проблем с «пушечным мясом» не будет: нападение на Россию станет единственным способом отвлечь население от его несчастий. Объектом агрессии, скорее всего, станет Крым (при поддержке ВМФ США); впрочем, возможны действия и против других, по мнению нацистов, «исконно украинских территорий, незаконно оккупируемых москалями».

В то же время либеральная пропаганда эффективно представляет ухудшение социально-экономической ситуации, вызванной либеральной же политикой поощрения коррупции и произвола монополий, как прямой результат исполнения государством своих обязанностей во время Крымского кризиса, а также мифической «агрессии кровожадной РФ против мирного народа беззащитной Украины». Ситуация, когда власти России вызывают все большее негодование активных политических групп, но по совершенно противоположным причинам, и при этом неприемлемы для Запада, все более напоминает предвестие Февральской революции, что делает актуальным изучение вопроса о ее предотвращении.

The 6th Meeting of the Intellectual Club “The Free Though”. How to Stop the Evolution to the War With Nazist Ukraine and to the Second February Revolution in Russia

In the session some prominent Russian experts took part, like M. Delyagin, A. Fursov, P. Alexandrod-Derkachenko, S. Zavorotny, A. Nagorny. They think, that in the situation of the political and economical crisis and the possibity of the political revolt (the “Second February revolution) the country need a generation of the new political leaders. The country has to be govern by the persons, equals to the problems of the dramatic contemporary epoch.

Что происходит на Украине и какое будущее ее ждет?

 216  10902

Эксплуатация XXI века

 21  12399

От наемного рабочего и прибавочной стоимости к «креативному классу» и интеллектуальной ренте?

С содержательной точки зрения в рамках категориального поля класси­ческого марксизма присвоение приба­вочной стоимости и эксплуатация на­емного работника вузком смысле слова (рассматриваемая лишь как отношения такого присвоения) также вступают в противоречие со всеми основными параметрами пространства и времени со-творчества, которые мы характери­зуем понятием «креатосфера», вклю­чающим три слагаемых.

Первое — ресурсы творческой де­ятельности — все феномены куль­туры, включая результаты научной, образовательной, технической, ху­дожественной, социальной деятель­ности, которые можно определить как новую культурную ценность (при всех сложностях выделения новизны это — рабочее понятие креатологии). Если мы на время абстрагируемся от социально-экономической формы, в частности — частной собственности на информацию, то мы можем утверж­дать, что с «технологической» точки зрения они не ограничены. Поэтому креатосфера — это мир, качественно отличный от традиционно анализи­руемой экономистами материи, где ресурсы всегда ограничены с «техни­ческой» точки зрения. В этой поста­новке вопроса в принципе нет ничего особенно нового: то, что одно платье может носить только один человек, а правилом 2+2=4 может пользоваться каждый, то есть в потенции все, знали еще древние греки. Другое дело, что в этом случае присутствует иное огра­ничение. Если в мире ограниченных ресурсов потребности традиционно рассматриваются как безграничные, то в креатосфере именно потребно­сти ограничены (прежде всего спо­собностями: не у каждого есть жела­ние изучать тензорное исчисление и читать романы Толстого или Гессе).


Эксплуатация XXI века

 56  18327

От наемного рабочего и прибавочной стоимости к «креативному классу» и интеллектуальной ренте?

Проблема эксплуатации в по­следние десятилетия как бы «исчезла» из поля проблем, активно дискутируемых в социальных теориях. Эксплуатации как бы нет. Впрочем, схожая участь постигла и более широкий класс явлений — про­блемы социального отчуждения. Авто­ры, уже не раз заявлявшие свою при­надлежность к постсоветской школе критического марксизма, хотели бы противопоставить этому исследова­ние феномена эксплуатации, никогда и никуда не исчезавшей из бытия ка­питалистического мироустройства.

Кокетничая с постмодернистской лексикой, мы бы определили основ­ную задачу этого текста так: реакту-ализировать дискурс эксплуатации в контексте большого нарратива «критический марксизм». Говоря же на четком языке борьбы за снятие социального отчуждения и эманси­пацию человека, языке социального творчества, мы можем и должны за­явить: эксплуатация есть реалия со­временного мира, взятого во всем его глобальном измерении: от полураб­ского принуждения к труду и изъятия не только прибавочного, но и части необходимого продукта у крестьян и рабочих третьего мира, для мно­гих из которых 100 долларов в месяц и 60-часовая рабочая неделя пред­ставляются благом (2 миллиарда (!) жителей земли не имеют и этого), до высоколобых интеллектуалов из стран «золотого миллиарда», у кото­рых корпорации покупают не только их «рукописи», но и их вдохновения, превращая в объект эксплуатации бессмертную душу человека...