«Пролетарская» Спартакиада 1928 г. и «буржуазное» Олимпийское движение    13   988  | Экономико-правовая реальность проектного капитализма    0   3555  | Социальная база большевиков в 1917 году    0   1781 

Dictum et factum/Слово и дело

Как фальсифицируют историю войны

 17  9153

«Нормальная наука» versus «аналитика»

 21  27829

Особенности состояния современного знания о мире

 

Статья первая

Время идет, и чем дальше в про­шлое уходит война, тем боль­ше она оставляет нам загадок и тайн. В традиционном нарративе о войне образуется все больше дыр. Растет число вопросов. Кто был глав­ным поджигателем войны? Противо­речия каких стран сыграли решаю­щую роль в возникновении Второй мировой войны? Какую роль сыграли британцы и американцы в приходе к власти Гитлера? Кто виноват в пора­жениях Красной армии летом 1941 года? Почему «союзники» так долго тянули с открытием «второго фрон­та» и каковы были главные условия этого открытия? Готовилось ли руко­водство Третьего рейха к «жизни пос­ле смерти», к существованию в виде тайной глобальной сетевой структу­ры «Четвертый рейх», и если да — то с какого момента и как? Кто создавал Четвертый рейх? Какова судьба вож­дей Третьего рейха: действительно ли погибли те, кого официально объяви­ли погибшими?

Структурный кризис в США

 1  11551

Калейдоскопический и почти фантасмагорический поток событий последних лет бук­вально потряс мировое сообщество. Казалось, многие игроки на мировом пространстве поменялись ролями: померк образ еще недавно бесспор­ного общемирового лидера — Со­единенных Штатов Америки, теперь превратившегося в самого крупно­го должника в мире, обвешанного всеми возможными дефицитами (бюджетного, текущего платежного и торгового балансов), с небывало высокой хронической безработи­цей, с ускорившейся тенденцией острого социального неравенства, сопровождающегося вымыванием «среднего класса» и балансировани­ем на грани дефолта и фискального (бюджетного) «обрыва». С другой стороны, ряд стран «восходящей ры­ночной экономики» бьют рекорды по росту ВВП, располагают сущест­венными валютными резервами, ак­тивно действуют на региональных и даже мировых рынках, и если стра­дают от разразившегося мирового кризиса, то преимущественно мар­гинально и косвенно, вследствие неурядиц и рецессии в развитых ка­питалистических странах Европы и Америки.

В жерновах глобальной депрессии

 20  12165

Представители глобального управ­ляющего класса в своих публичных выступлениях демонстрируют, как правило, либо неспособность осмыс­лить происходящее с современным человечеством, либо принципиаль­ное нежелание искать приемлемый для него выход. Их получившие из­вестность высказывания характери­зуют либо понимание «конца капита­лизма», не идущее дальше мучительно напряженного ожидания непонятных катаклизмов и заведомо нереалис­тичных предложений вроде создания «мирового правительства» или гло­бального «финансового Госплана», либо уровень фондовых аналитиков, мыслящих исключительно категори­ями сложившейся финансовой систе­мы. В современных условиях кризиса этой системы, с неотвратимостью ве­дущего к ее саморазрушению и заме­не, подобное мышление оказывается не только недостаточным, но и по­просту неадекватным — даже с точки зрения тех узких и заведомо частич­ных целей, которые оно само перед собой ставит.

Глобальный финансово-экономический кризис

 28  30209

За прошедшие пять лет с начала глобального финансово-экономи­ческого кризиса 2008—2009 годов совокупность вызванных им проблем не потеряла своей остроты и злобо­дневности. Если не по глубине, то по масштабам и последствиям его мож­но сравнить лишь с Великой депрес­сией 1930-х годов. Возникнув в ипо­течном сегменте финансового рынка США, он быстро распространился на реальный сектор и обрел планетар­ные масштабы. В его зоне оказались страны и регионы, отличающиеся по уровню развития производитель­ных сил, социальной и политичес­кой ориентации. Кризис охватил более 80 процентов мировой эконо­мики (в годы Великой депрессии — 92,4 процента). Лишь отдельным странам удалось сохранить положи­тельную, но замедленную динамику роста. По своим качественным харак­теристикам кризис вышел за рамки чисто экономических и социальных параметров и обрел геополитиче­скую проекцию.