Введение
Актуальность исследования определена необходимостью противодействия нарративам, внедренным в общественное сознание ликвидированным в России иноагентом и экстремистом в ходе его деятельности по созданию ложного образа СССР [6]. Эта организация с момента учреждения не скрывала ни уголовного срока за подделку документов одного из своих основателей, А.Б. Рогинского, ни намерений корректировать государственные архивы «фактологически и эмоционально», ни методов корректировок, — в частности, превращения мест гитлеровского геноцида советского народа в расстрельные полигоны НКВД (рис. 1) [71].
Работа по развенчиванию подобных мифов ведется.
Так, А.Р. Дюковым было доказано, что число жертв сталинских репрессий, давно используемое политиками бывших советских прибалтийских республик в антироссийской риторике, основано на нацистской пропаганде [23.С.6, 52, 109, 110].
Директор ФСБ РФ уже опроверг тезис о массовой фабрикации обвинений в ходе «чисток» 1930-х гг.: «архивные материалы свидетельствуют о наличии объективной стороны в значительной части уголовных дел, в том числе легших в основу известных открытых процессов. Планы сторонников Л. Троцкого по смещению или даже ликвидации И. Сталина и его соратников в руководстве ВКП(б) — отнюдь не выдумка, так же как и связи заговорщиков с иноспецслужбами» [2].
Российское военно-историческое общество (далее — РВИО), противодействуя мистификациям в Буче и при обмене телами убитых в ходе СВО, доказало заимствования неонацистским режимом Украины методичек Геббельса, а затем и открыто заявило о немецком следе в Катынской трагедии, обоснованно поставив под сомнение вину советской стороны в расстреле польских военнопленных [43.С.105,107].
Генеральная прокуратура РФ и РВИО уже ведут работу по отмене решений о реабилитации некоторых лиц, репрессированных после и во время Великой Отечественной войны [11, 45, 53].
Но усилий только этих организаций для противодействий новым виткам русофобской пропаганды, превосходящей Геббельса во лжи, может оказаться недостаточно. Так, совсем недавно западные круги продолжили беспокоиться о судьбе украинских детей, якобы пропавших в России в ходе СВО, — в точности как пронацистская пресса при подготовке Катынской мистификации интересовалась «пропавшими в СССР» поляками и их детьми [38, 66, 68]. В ходе аналогичных мистификаций в Виннице и Одесской области подконтрольная Геббельсу пресса уже напрямую обвиняла НКВД СССР в убийствах детей, а также массовых казнях женщин, однако тогда даже У. Черчилль брал в кавычки нацистские «расследования», называя их обманом [8, 24, 47, 50, 52.С.120, 62, 86].
Будущий иноагент и экстремист, ныне запрещенный в РФ, с момента создания имел покровителей среди поколения политиков, которые пошли на разрушение собственной страны [57]. Эта организация собирала «доказательства» вины НКВД в массовых убийствах в киевском предместье Быковня параллельно с продолжившей работу 8 декабря 1988 г. Правительственной комиссией, созданной по Постановлению Совета Министров УССР. Все предыдущие расследования (в том числе и этой же комиссии) подтвердили выводы, сделанные еще в 1943 г. ЧГК СССР, в связи с чем в Быковне был установлен памятник советским людям, уничтоженным немецкими нацистами, однако указанная комиссия в итоге сделала это место символом массовых убийств украинцев русскими [64, 65].
Этой, повторной фальсификации вины НКВД в расстрелах в Быковне также сопутствовали заявления о казненных там детях: «Я обратил внимание Симоненко на мальчишек, игравших на опушке в футбол. "Футбол как футбол, — отозвался Васыль, — ничего особенного". — "Но ты посмотри, чем они играют". Мы подошли поближе: вместо мяча мальчишки гоняли по полю набитый сеном... детский череп с двумя пулевыми отверстиями» [67].
Даже подручные Геббельса, осознав невозможность приписать НКВД СССР казни детей, исключили из материалов своего «расследования» просочившиеся в газеты сведения об обнаруженных в Виннице детских останках [81]. Современные же польские русофобы не стесняются заявлять, что в Быковне имеются «фрагменты женских и детских тел», перемешанные с убитыми якобы НКВД польскими военнослужащими [5]. Делают они это, дополняя современных нацистов, приписавших НКВД 120 тыс. жертв из этого захоронения под эмоциональные заявления про некий «грузовой трамвай, заполненный телами расстрелянных людей», который якобы «еженощно делал две-три ходки» [67].
Новые антироссийские пропагандисты превзошли своего учителя, и слишком мягко сказано, что западные страны утопили правду в океане мифов, иллюзий и фейков и, используя запредельно агрессивную пропаганду, врут напропалую, как Геббельс [55]. Гораздо важнее, что ранее распространенные ныне запрещенным в РФ экстремистом сведения о казнях детей в других регионах СССР, причем детей даже четырехлетних, присутствуют и в российском информационном поле [72.С.384,387]. Винить ученых, поддавшихся пропаганде ныне запрещенной в РФ экстремистской организации, не стоит — даже философ И.А. Ильин сумел противостоять утверждениям нацистов о расстрелах в СССР только польских детей, но оказался восприимчив к их пропаганде о виновности СССР в массовых казнях в Прибалтике и убийстве свыше полутора миллионов поляков [28.С.220,322, 80].
Аргументированное отрицание преступлений, приписываемых ныне России, невозможно без демонстрации повторного использования современными русофобами методик, ранее применявшихся для демонизации СССР и в итоге способствовавших его крушению. Чтобы противодействовать очернению России в международном информационном поле, нужно дезавуировать порочащие СССР и Россию, как его правопреемницу, измышления, до сих пор циркулирующие в российском обществе и даже в научной среде, что поспособствует их искоренению в обществе в целом. Для этого надо прежде всего изучить вопрос о достоверности навязанных обвинений НКВД СССР в людоедских, свойственных нацистской Германии преступлениях, таких как убийства детей. Актуально это не только в связи с отнесением очернявшего СССР учреждения к организациям, угрожающим безопасности России, признанием его экстремистским и запрещением в РФ [7]. Последние исторические изыскания позволяют предполагать, что политики более раннего поколения, такие как Н.С. Хрущев, также ради сиюминутной выгоды стрелявшие в прошлое — точно так же попали в итоге в нынешнюю Россию.
Так, в 2022 г. опубликованы показания бежавшего в 1938 г. в Японию начальника УНКВД по Дальневосточному краю Люшкова, сообщившего на допросах о подготовке Тухачевским госпереворота [25.С.51,74]. Спецслужбы мало стеснены в средствах добиться от перебежчика правды (тем более, спецслужбы государства, создавшего «Отряд 731»), поэтому возможность лгать на допросах у Люшкова отсутствовала. Он не имел и мотива для обмана японских властей, поскольку одной из причин побега называл борьбу со Сталиным [83.P.168,185]. Перебежчик Светланин в 1953 г. также свидетельствовал об участии Тухачевского в широко разветвленном Дальневосточном заговоре [61.С.12,25,26]. Но при Хрущеве Тухачевского реабилитировали наравне с другим фигурантом показаний Люшкова — Левандовским, который вместе с подчиненными устраивал приграничные инциденты с Японией с целью спровоцировать войну и использовать ее для смены режима в СССР [25.С.52].
Хотя Хрущев сам утверждал о наличии юридических и фактических оснований для казни командующего войсками Западного Особого военного округа Д.Г. Павлова, он добился и его реабилитации [73.С.225]. Имеются обоснованные предположения о фальсификации Хрущевым числа заключенных при жизни Сталина в исправительно-трудовые лагеря (ИТЛ), а также о корректировке при Хрущеве архивных документов, — например, шифротелеграммы от 10 января 1939 г. о праве следственных органов применять физическое воздействие к арестованным [21.С.15, 22.С.10-11].
Выводы РВИО по Катынскому расстрелу коррелируют с заявлениями не только должностных лиц РФ, но и с приговором Международного военного трибунала, признавшего высших нацистов виновными в организации казни военнопленных-поляков [48.С.55, 49.С.509,514,517]. Эти выводы говорят о том, что если НКВД СССР и расстреливал кого-либо из поляков, перечисленных в «Записке Берия», «Решении Политбюро» и «Записке Шелепина», то эти казни носили единичный характер. Они позволяют и усомниться в подлинности этих документов, политически своевременно обнародованных в 1992 г., но не имеющих подтверждения подлинности [19, 79].
Отвечало политическим потребностям своего времени и отнесение захороненных в Быковне к жертвам НКВД: поднимавшему голову украинскому национализму было трудно в апреле 1989 г. доказывать существование русского террора против украинцев без тел его жертв. Соответствует нынешним запросам русофобствующих западных кругов и длящееся согласие некоторых российских ученых с навязанным восприятием массовых захоронений на территории России, содержащих останки детей или значительную долю женских трупов, как результата деятельности НКВД.
Таким образом, выяснить — имели ли место казни детей и массовые расстрелы женщин органами НКВД — необходимо для исключения из арсенала антироссийской пропаганды темы политических репрессий [56]. В ходе работы над исследовать и сопоставить:
- Нормативно-правовые акты СССР 1930-х гг., регламентирующие применение смертной казни к детям — с целью установления теоретической возможности расстрелов детей вообще.
- Статистическую отчетность по привлечению к уголовной ответственности в СССР 1930-х гг. женщин вообще и по применению к ним смертной казни в частности — для установления возможности наличия значительной массовой доли женских останков в местах захоронений, относимых к итогам деятельности НКВД.
- Документальные свидетельства о казнях в СССР 1930-х гг. детей и массовых расстрелах женщин.
- Археологические свидетельства — места захоронений, отнесенные к результатам деятельности НКВД СССР 1930-х гг.
Нормативно-правовые и статистические свидетельства
Уголовный кодекс РСФСР (далее — УК) даже с учетом Постановления ЦИК и СНК «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних» предписывал привлекать несовершеннолетних к уголовному суду с применением всех мер уголовного наказания за совершение краж, причинение насилия, телесных повреждений, увечий, а также по обвинению в убийстве или попытках к убийству с 12-летнего возраста [70.С.87]. Из этого списка высшую меру наказания УК предусматривал только за убийство при отягчающих обстоятельствах и лишь для совершеннолетних как военнослужащих [70.С.58]. В связи с этим нелогично выглядит циркуляр, уточнявший указанное Постановление ЦИК и предписывавший к числу мер уголовного наказания, применяемой к несовершеннолетним, отнести и высшую меру наказания [30.С.258]. В любом случае, четырехлетние дети, захороненные в Колпашевском Яру с пулями в маленьких головках, не могли быть казнены НКВД вообще даже за убийство корреспондентов рабочей и крестьянской печати, совершенное в связи с их корреспондентской деятельностью, или за убийство ударников и других лиц, перечисленных в разъяснениях к статье 58.8 УК [70.С.112-113].
Предположение об этих детях как о казненных членах семей репрессированных также противоречит нормативным документам того времени. Члены семей, как правило, не репрессировались, и даже в случае исключения из правил жены осуждались на сроки до 8 лет, а дети направлялись в колонии или детские дома [18.С.99,279].
Доля заключенных-женщин в лагерях СССР в то время колебалась между 6,1 и 8,4 %. Выборочные данные Пермского государственного архива социально-политической истории демонстрируют долю женщин среди расстрелянных не выше 4 % [34.С.93, 46.С.324].
Таким образом, исходя из нормативно-правовых актов СССР 1930-х гг. и с учетом статистических данных о применении высшей меры наказания:
- казни детей, как и массовые казни женщин в СССР — исключены;
- казни подростков старше 12 лет, — если и имели место, то единичны.
Сомнительные документальные свидетельства
Одним из внештатных сотрудников ныне ликвидированного «Музея истории ГУЛАГа» были опубликованы архивные дела осужденных к смертной казни подростка и женщины [63].
Сравнение дела М. Шамонина с легендой о нем не может не привести к гипотезе о настойчивых попытках внедрить в общественное сознание версию о казнях детей в НКВД СССР. Заявления настоятеля храма Бутовского полигона, главного редактора Книги Памяти этой локации (рис.3) и некоторых журналистов о том, что работник НКВД пытался изменить возраст подследственного с 13 до 15 лет, еще могут вытекать из их субъективной оценки противоречивых данных о М. Шамонине, указанных в одном из первых приговоров ему, и запросами следователя о нем в различные инстанции [4, 54, 63.Л.17,62,68,88,89,93].
Однако, похоже, этим людям было предъявлено другое дело М. Шамонина, поскольку согласно их заявлениям он был казнен за кражу двух буханок хлеба, — тогда как его дело содержит обвинение в убийстве (при отягчающих, но не предусматривающих смертную казнь обстоятельствах) [59.Л.12]. Кроме того, неясно, на какую тройку направляли дело Шамонина следователи. Упоминаемая А.В. Антоновым-Овсиенко «тройка (ОСО)», не занимавшаяся делами об убийстве при отягчающих обстоятельствах, а ведавшая именно мелкими делами, такими как кража хлеба, получила право на вынесение смертных приговоров лишь четырьмя годами позднее [1, 17, 51.С.311. 74]. Убийцы не подлежали рассмотрению и на другой тройке, образованной оперативным приказом НКВД № 00447, поскольку из уголовников в ее юрисдикции пребывали бандиты, грабители, воры-рецидивисты, контрабандисты-профессионалы, аферисты-рецидивисты и скотоконокрады [18.С.97]. В любом случае руководитель следователей не мог в декабре 1937 г. накладывать уточняющую резолюцию «На особую тройку», поскольку Особые тройки были созданы лишь в сентябре 1938 г. оперативным приказом НКВД №00606 и только для рассмотрения дел по национальным операциям НКВД [30.С.286, 63.Л.101-102]. Таким образом, гипотеза о наличии у Шамонина не менее двух вариантов архивных дел весьма вероятна.
Предположить наличие не менее двух комплектов документов можно и в отношении расстрелянной группы женщин якобы из польской националистической организации — Чеховской, Беганской, Сачковской и Вильчинской — согласно архивному делу считающихся арестованными в течение августа и осужденными тройкой 1 октября 1937 г. [9.С.144]. Ведь Пермским государственным архивом социально-политической истории со ссылками на то же архивное дело приводятся другие сведения о датах арестов и приговоров этих женщин, а также осудившим их органе [75].
Немало противоречий содержит и дело расстрелянной по решению тройки В.А. Вильчук. Согласно первоначальному приговору Военной коллегии Верховного суда СССР (далее — ВКВС), она по заданию члена диверсионно-террористической организации «собирала и передавала ему шпионские сведения о работе фабрики Госзнак в Москве, где она работала в качестве браковщицы», но в протоколе ее допроса по месту отбывания наказания указано, что она с 1902 г. проживала в Ленинграде, а «после революции все время работала на фабрике Гос. знак в г.Ленинграде» [59.Л.2,10]. Впоследствии ее, как и Шамонина, осудили к расстрелу тройкой, но, в отличие от него, не Особой [59.Л.12]. Вместе с тем и она не подпадала под полномочия троек, в январе 1938 г. действовавших в отношении заключенных ИТЛ, но не тюрем [18.С.99]. Непредвзятое изучение дела Вильчук, связанного «с польским шпионом-ксензом Цакуль», а также дел Чеховской, Беганской, Сачковской и Вильчинской может способствовать аргументированному сокращению данных западных исследователей, утверждающих, что в СССР был расстрелян 111 091 поляк [85.P.217].
Нельзя не отметить, что Вильчук, осужденная ВКВС к тюремному заключению, как и некоторые фигуранты открытого процесса Бухарина, отбывала наказание именно в тюрьме — в отличие от будущего Генерального конструктора, который, несмотря на такой же приговор, писал жалобы в различные инстанции (в том числе никогда не существовавшему в СССР Верховному прокурору) из ИТЛ [33.С.39-40,83-84]. Впрочем, описание всех противоречий документов дела С.П. Королева самим себе, действовавшему законодательству и имевшей место практике его применения далеко выходит за рамки данной статьи. Оно упоминается, чтобы подчеркнуть: доступный для изучения пласт архивных документов наравне с описанными ниже материалами эксгумаций мест массовых захоронений представляет собой комплекс противоречий, который мог быть создан только намеренно, а не возникнуть в результате деятельности правоохранительных органов.
Таким образом, так и не опубликовано документальных свидетельств приговоров детей в СССР к смертной казни, а единичные доказательства направления на казнь подростков или групп женщин сомнительны.
Сфабрикованные археологические свидетельства
Первыми о находках тел жертв НКВД заговорили немецкие нацисты. Поскольку цели манипулирования общественным сознанием менялись вслед за военной обстановкой, сфабрикованные ими «расследования» не смогли вызвать доверия тогда и не могут вызывать его сейчас.
Основным их нарративом в начале войны с СССР было якобы освобождение оккупированных территорий от большевистского ига. Тогда они не планировали оправдываться в суде, поэтому первые заявления пронацистской печати о жертвах большевистского террора были не продуманы и анахронистичны динамике репрессий в СССР, имевшей пик в 1937-38 гг. [77].
Львов, Луцк, Рига, Таллин и Ровно в 1937-1938 гг. не находились в составе СССР. Но число трупов, «обнаруженных» гитлеровцами в октябре 1941 г. в одном только Таллине, как подмечено А. Р. Дюковым, не вписывается в общеизвестные данные о числе смертных приговоров, вынесенных в 1939-1940 гг. во всем СССР [23.С. 16-17, 26.С.81].
Осознав неизбежность проигрыша в войне, нацисты с 1942 г. приступили к сокрытию следов своих преступлений, выкапывая и сжигая трупы их жертв в европейских государствах, а в локациях, входивших в СССР в 1937-38 гг. (таких как Катынь, Винница и Татарка), — публично эксгумируя трупы и пытаясь представить захоронения итогами деятельности НКВД [32]. В ходе Винницкой мистификации гитлеровцы не только заявили о себе как об авторах легенды «10 лет без права переписки означает расстрел» [31], но и исключили из своего официального отчета первоначально просочившиеся в прессу сведения о наличии в Виннице детских останков, а тысячи женских трупов свели к 169, которые позднее фигурировали и в публикациях сбежавших на Запад украинских националистов [81.S.21, 87.P.10].
Действовавшие в Татарке Одесской области румынские оккупанты поначалу не смогли догадаться, что при эксгумации в 1943 г. сложно доказать различия между трупом убитого НКВД в июне 1941 г. и трупом убитого самими захватчиками в сентябре 1941 г. Первоначальные попытки румын выдавать обнаруженные останки за якобы расстрелянных большевиками в 1941 г. буковинцев зафиксировала ЧГК СССР в показаниях советских граждан, привлекавшихся оккупантами для участия в «расследовании»: «Меня особенно возмутил такой факт, когда румынский художник заставил солдата натягивать поверх одного трупа белую вышитую рубашку, чтобы создать мнение о принадлежности его к жителям Бессарабии» [14, 15].
Смена начальной позиции румын по датировке трупов как 2-3 летней давности (т.е. не ранее 1940 г.) на заявления о 4-5 летнем сроке захоронения (т.е. не ранее 1938 г.) отражена и в материалах их собственного расследования 1943 г. [82].
ЧГК СССР в ямах под Татаркой, часть из которых имела следы недавних раскопок, обнаружила свидетельства убийств детей румынскими оккупантами: «Тут же найдены детские черепа и детская обувь. Это подтверждает, что расстрелу подвергались вместе со взрослыми и дети». «В этой же яме обнаружена бутылка с кашей, а рядом кости скелета детского трупика. Здесь имело место убийство ребенка возраста грудного» [16].
Помимо первенства оккупантов в заявлениях о виновности НКВД в массовых убийствах в Быковне, Виннице и под Татаркой, позднее опровергнутых расследованием ЧГК СССР, а также наличия в этих захоронениях трупов детей и останков тысяч женщин, эти локации объединяет между собой и захоронениями казненных военнопленных-поляков применение для казней не табельного для НКВД оружия. Так, в Виннице в основном применялся патрон 5,6 мм, соответствующий стоявшей на вооружении у украинских полицаев мелкокалиберной винтовке; в НКВД же такое оружие было не табельным, а учебным [58, 81.S.100,111]. В Катыни еще во время нацистского «расследования» были обнаружены гильзы немецкого производства, а под Медным, Калининской области размеры входных повреждений в обнаруженных черепах колебались от 6 до 11,0 мм [13, 69.С.206]. В Быковне применялся столь широкий арсенал разнотипного оружия, что украинские историки до сих пор затрудняются объяснить это, как и наличие гильз на месте захоронения при том, что казни якобы проводились в тюрьме [88.P.64].
Впрочем, исследование мест массовых захоронений на относимость к расстрельным полигонам НКВД по примененному оружию выходит за рамки настоящей статьи и приводится, лишь поскольку ниже будут упомянуты схожие захоронения на территории РФ.
Даже украинскими исследователями не явлено: ни документальных свидетельств приговоров детей к смертной казни, ни других, отличных от первоначально обнародованных немецкими нацистами мест массовых захоронений, которые могли бы быть отнесены к итогам деятельности НКВД СССР. Таким образом, возникает вопрос о том, где же на Украине НКВД хоронил расстрелянных в ходе массовых репрессий? Но ныне запрещенной в РФ экстремистской организации ранее удалось распространить однозначное обвинение НКВД в убийствах захороненных в других подобных локациях уже на территории России.
Сомнительные археологические свидетельства
Обнаруженная в 1989 г. в захоронении под Дубовкой Воронежской области доля женских трупов составила 40%, что указывало скорее на вину нацистов, но не помешало отнести захоронение к расстрельному полигону НКВД [60.С.182-183]. При условии наличия в этом раскопе еще и останков детей нельзя не предложить местным историкам провести повторное исследование данного вопроса с рассмотрением отброшенной версии: захоронение Дубовка — место геноцида советского народа немецкими нацистами.
Нацисты не дошли до Колпашевского Яра, где НКВД приписывают убийства четырехлетних детей или Золотой Горы, где ликвидированный иноагент «Сахаровский центр» столь же безапелляционно обвинял НКВД в казни не менее трех детей, один из которых, семилетний, был заколот штыком [20, 27, 42]. Однако и здесь местным историкам есть кого предположить в качестве других виновников трагедий, поскольку имели место факты «массовых расправ белогвардейцев с населением временно захватывавшихся территорий — от Кавказа и Самары до Владивостока и Якутска, от Архангельска до Владикавказа, а также данные о гибели мирных жителей во время контрреволюционных мятежей… В Екатеринбургской губернии, например, колчаковцы расстреляли и замучили более 25 тыс. человек» [46.С.98].
При изучении региональными учеными исторических реалий Дальнего Востока вполне может оказаться, что не НКВД или белогвардейцы, а иностранные интервенты казнили детей на Седанкинском перевале, где среди останков 495 жертв политических репрессий имеется 6 детских черепов [10].
Разумеется, в случае исключения НКВД из виновников казней детей и массовых расстрелов женщин и в этих регионах тоже возникнет вопрос: где НКВД хоронил казненных во время массовых репрессий?
Обсуждение материалов исследования
Нормативные документы и статистическая отчетность по применению в СССР 1930-х гг. смертной казни к детям, подросткам и женщинам в совокупности с материалами расследования ЧГК СССР и решениями Международного военного трибунала говорят не только о том, что массовые казни в Виннице, Татарке и Быковне были эпизодами нацистского геноцида советского народа.
Наличие в расстрельной яме множества женских трупов, а также даже единичных останков детей — маркер невозможности отнесения такого захоронения ко времени массовых репрессий в СССР. В связи с этим не только резко сокращается число мест массовых захоронений на территории уже России, ранее отнесенных к результатам деятельности НКВД, но и появляется тенденция к исчезновению археологических доказательств существования Большого Террора вообще (по крайней мере, в том его виде, который сложился в результате очернения СССР организацией, признанной экстремистской и запрещенной в РФ). Кроме того, имеются регионы, где подобных доказательств либо так и не было обнаружено, либо их относимость к расстрельным полигонам НКВД может быть поставлена под сомнение по другим, не описанным выше причинам.
Нацисты, где они не успевали сфабриковать «обнаружение» трупов жертв НКВД, пытались объяснить отсутствие захоронений, приписывая СССР и свои методы уничтожения трупов — например, в Ростове-на-Дону и Краснодаре, освобожденных уже в феврале 1943 г.
В УНКВД по Ростовской области за полтора месяца до отступления пропагандисты Геббельса «обнаружили» крематорий: «- Вот здесь, — указывает механик [якобы проводивший корреспонденту экскурсию по зданию УНКВД по Ростовской области], — есть печь, в которой … сжигали трупы. Это низкое помещение, замазанное трупных жиром: в углу кучи костного пепла, перемешанного с металлическими остатками, запонками, монетами и битым стеклом, вероятно от бутылок с бензином. Что эта печь не служила никаким иным целям, свидетельствует также и то, что трубы устроены на выхлоп, нет никаких отопительных приспособлений, колосники устроены так, что печь может развить довольно высокую температуру. Пол печи покрыт слоем костного пепла. Пепел зарывался во дворе. … Садовая 33 символ большевистского террора» [40].
Эта версия причин отсутствия мест массового захоронения жертв большевистского террора не прижилась — в спешке гитлеровцы не собрали «свидетельств» местных жителей о смраде от сжигания тел прямо в центре города. Сведения о расстрельных полигонах НКВД в Ростовской области отсутствуют до настоящего времени.
Версия о мясорубке для уничтожения трупов в здании Краснодарского УНКВД, вброшенная пронацистскими пропагандистами позднее, была не менее фантастична, но все же нашла отклик даже у профессора МГИМО [29.С.966]. Отсутствие фотографий этой «мясорубки» и сообщений иностранных журналистов, которым ее якобы показывали, могло не насторожить только будущего иноагента, впоследствии критиковавшего присоединение Крыма [41].
В Краснодаре названо лишь одно место массового захоронения жертв НКВД — «на пересечении Красных Партизан и Котовского» [12]. Останки детей в этом раскопе не упоминаются, но имевшиеся у расстрелянных при себе химические карандаши, кобуры, портупеи и планшеты ставят под сомнение версию о принадлежности обнаруженных останков к казненным в мирное время, пусть и в ускоренном порядке. Проломы черепа или отсечение макушки рубящим оружием как причина смерти некоторых из них это сомнение лишь усиливают.
Таким образом, еще два региона из состава бывшего СССР оказываются лишены расстрельных полигонов НКВД, то есть становится неясным место захоронения еще нескольких десятков тысяч человек [35].
Помимо рассмотренных групп свидетельств, имеются и такие, как личные свидетельства непосредственных участников Большого Террора, которые также позволяют усомниться массовых казнях.
К моменту побега начальника УНКВД по Дальневосточному краю Люшкова в Японию 13 июня 1938 г. число казненных в СССР должно было достичь по современным представлениям 500 тыс.чел.. Но, он, перебежавший для борьбы со Сталиным и не имевший мотива для приуменьшения масштабов репрессий, в личных интервью говорил лишь о тысячах жертв, и корреспонденты даже нацистских газет не услышали в его заявлениях чисел, превышающих 10 тыс. казненных [1.С.208, 39, 76, 89]. В связи с этим нацистская пресса уже тогда попыталась приписать СССР свои методы уничтожения людей и заявляла, что Сталин построил для приговоренных к смерти специальные лагеря [84, 90]. Разумеется, в СССР ИТЛ не строились, как в нацистской Германии, для уничтожения людей. В СССР лагеря строились для перевоспитания преступников или для производственных потребностей, но речь об уничтожении осужденного непосильным трудом не шла [44].
Возможно, что специальные лагеря, построенные в СССР для приговоренных к смерти, попросту имели более строгий режим. Об этом свидетельствует и другой непосредственный участник событий, который, опираясь не на память, а на свои дневниковые записи 1938 г., заявлял, что первая категория по оперативному приказу 00447 не обозначала казнь, поскольку в следственных документах проставлялась следующая запись: «На основании приказа НКВД СССР № 00447 подлежит аресту и содержанию в тюрьме по первой категории» [36, 37.С.59].
Подобные записи, конечно, могли являться свойственными только некоторым региональным управлениям НКВД — и на эти белые пятна в истории могли бы пролить свет исследования региональных ученых.
Заключение
В статье освещена лишь часть — на примере казней только детей и женщин — противоречий в документальном и археологическом следах сталинских репрессий, и уже она не может не ставить под сомнение нарратив Большого Террора. Другие основания, приводящие к сокращению уже в целом археологического следа массовых казней в СССР, в том числе по примененному нетабельному для НКВД оружию, были лишь упомянуты и являются перспективным направлением исследований.
Взвешенный подход к изучению происхождения массовых захоронений в каждом регионе позволит исключить необоснованные обвинения СССР и его правопреемницы России не только в убийствах детей и массовых казнях женщин. Изучение всех версий происхождения массовых захоронений может противодействовать русофобской пропаганде в сопредельных государствах, — как в Польше, так и бывших советских республиках, заявляющих, что их население массово казнили в СССР 1930-х гг. в ходе т.н. «национальных операций НКВД».
Версии происхождения массовых захоронений не могут быть выдвинуты без изучения истории региона, в котором обнаружено каждое из них. В связи с этим трудно переоценить весомость вклада краеведов в столь необходимый комплексный анализ расстрельных полигонов и документов о массовых репрессиях в СССР, способный привести к неполитизированной исторической истине. В связи с этим нельзя не призвать наших ученых начать эту работу на местах.
В ходе этих исследований должны быть обнаружены либо документальные доказательства казней в СССР детей и массовых расстрелов женщин, либо археологические свидетельства деятельности НКВД, не содержащие детских трупов и значительной доли останков женщин (другие расстрельные полигоны). Также в ходе этой работы надо документально доказать использование НКВД для казней всех тех видов оружия, что обнаружено в каждой из локаций, считающихся расстрельным полигоном НКВД.
В противном случае все более набирающая популярность версия о том, что далеко не все приговоренные к смертной казни во время Большого Террора были казнены, станет весьма вероятной.
Литература
1. Антонов-Овсиенко А.В. Портрет тирана. New York: Khronika Press, 1980.
2. Бортников А.В. ФСБ России свободна от политического влияния. Российская газета. 2017.19.12.
3. Бутовский полигон. 1937-1938 гг. Книга Памяти жертв политических репрессий. Выпуск 8. М.: Альзо, 2004.
4. Бутовский полигон: лекарство от коммунизма. // Нескучный сад. https://clck.ru/3Siffw [Дата обращения: 25.06.2026].
5. Быковня — это Катынь под Киевом // SB BY. https://clck.ru/3ShCCF [Дата обращения: 25.06.2026].
6. Верховный суд ликвидировал международный «Мемориал» // РБК. https://clck.ru/3Sdmsc [Дата обращения: 25.06.2026].
7. Верховный суд признал международное движение "Мемориал" экстремистским // РИА Новости. https://clck.ru/3T3G8t [Дата обращения: 25.06.2026].
8. Винница — второй Катынский лес. Двинский вестник. 1943.17.07.
9. «… Включен в операцию». Массовый террор в Прикамье в 1937–38 гг. Пермь: Пермский государственный технический университет, 2006.
10. Владивосток. Седанкинский перевал // Национальная трагедия. Места массовых захоронений жертв политических репрессий 1937-1938 гг. на территории Российской Федерации. https://clck.ru/3Shbsv [Дата обращения: 25.06.2026].
11. В Москве прошло заседание Научного Совета // Российское военно-историческое общество. https://clck.ru/3SYb5f [Дата обращения: 25.06.2026].
12. Воскрешение памяти // Беz формата. https://clck.ru/3ShspA [Дата обращения: 25.06.2026].
13. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. Р-7021. Оп. 114. Д. 38. Л. 1.
14. ГАРФ. Ф. Р-7021. Оп. 116. Д. 174. Л. 11.
15. ГАРФ. Ф. Р-7021. Оп. 149. Д. 60. Л. 5.
16. ГАРФ. Ф. Р-7021. Оп. 149. Д. 60. Л. 8, 12.
17. ГАРФ. Ф. Р-8131. Оп. 38. Д. 6. Л. 62-64.
18. ГУЛАГ (Главное управление лагерей). 1918-1960. М.: МФД, 2000.
19. Документы из «пакета № 1» // Архивы России. Архивные справочники. — https://clck.ru/3SYbGy [Дата обращения: 25.06.2026].
20. Дризе Д. Интересно, что будет дальше // Коммерсантъ. — https://clck.ru/3SjZ7e [Дата обращения: 25.06.2026].
21. Дугин А.Н. Тайны архивов НКВД СССР: 1937-1938 (Взгляд изнутри). Москва, Берлин: Директмедиа Паблишинг, 2020.
22. Дугин А.Н. Тайны архивов: вырванные страницы. Москва, Берлин: Директмедиа Паблишинг, 2021.
23. Дюков А.Р. Миф о геноциде: репрессии советских властей в Эстонии (1940-1953). М.: Алексей Яковлев, 2007.
24. Жертвы красного террора. Голос правды. 1943.17.07.
25. Захаров В.В., Уль М., Хаустов В.Н. Чекист, сбежавший к самураям. М.: Вече, 2022.
26. Земсков В.Н. Масштабы политических репрессий в СССР (против спекулятивных и мифологических построений). Известия Самарского научного центра Российской академии наук, 2012, т. 14, № 3-1.
27. Золотая гора без Сахарова // https://clck.ru/3ShaUW [Дата обращения: 25.06.2026].
28. Ильин И.А. Собрание сочинений: Гитлер и Сталин. Публицистика 1939-1945 годов. М.: Русская книга, 2004.
29. История России. XX век: 1894-1939. М.: Астрель: АСТ, 2010.
30. История сталинского Гулага. Конец 1920-х — первая половина 1950-х годов. Собрание документов в 7-ми томах. Т. 1. Массовые репрессии в СССР. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2004.
31. Капитанов В.А. О происхождении «10 лет без права переписки». Вестник Костромского государственного университета, 2025, т. 31, № 4.
32. Корнилова О.В. Ни могил, ни трупов, ни свидетелей: нацистская «Акция 1005» по уничтожению следов собственных преступлений // История.РФ — https://clck.ru/3SYbLf [Дата обращения: 25.06.2026].
33. Королева Н.C. С.П. Королев. Отец: к столетию со дня рождения. Кн. 2: 1938-1956 годы. М.: Наука, 2007.
34. Кочеткова Н.А., Обухов Л.А. «Большой террор»: гендерный аспект (по материалам Прикамья). Вестник Пермского университета, 2007, вып. 3 (8).
35. Кропачев С.А. Политические репрессии на Кубани в 1930-1940-е годы. Культурная жизнь Юга России, 2010, № 4.
36. Литвинцев А. Я, Александр Литвинцев, свидетельствую… Советская молодежь. 1988. 18 октября.
37. Литвинцев А. Я вспоминаю. Сибирь. 1991. № 4.
38. Лукашенко: Меланья Трамп попросила меня обсудить с Путиным детей с Украины // Известия. https://clck.ru/3SgVmL [Дата обращения: 25.06.2026].
39. Люшков не мог прекратить хаос на Дальнем Востоке. Голос эмигрантов. 1938.26.06.
40. Милорадов Н. Садовая 33 … Новое слово. 1942.27.12.
41. Минюст признал иноагентами журналиста Лошака и профессора Зубова // РБК. — https://clck.ru/3ShqSf [Дата обращения: 25.06.2026].
42. Мрачные тайны Золотой горы. Почему тему репрессий «закапывают» даже спустя 80 лет // 74.RU. https://clck.ru/3Share [Дата обращения: 25.06.2026].
43. Мягков М.Ю., Борисенок Ю.А. Черная книга. Краткая история польской русофобии XX-XXI вв. М.: Проспект, 2025.
44. Назаренко К.Б., Яковлев Е.Н. Сталинские репрессии. Реальные цифры и причины (хронометраж 00.57.00-01.11.00) // Цифровая история. https://clck.ru/3Tpv7k [Дата обращения: 25.06.2026].
45. На Колыме завершают пересмотр решений о реабилитации власовцев // РИА Новости. — https://clck.ru/3SYbSq [Дата обращения: 25.06.2026].
46. Население России в XX веке. В 3-х т. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН), 2000, т. 1.
47. Новый Катын. За Родину. 1943.17.07.
48. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов. Т.1. М: ГИЮЛ, 1952.
49. Нюрнбергский процесс. Сборник материалов. Т.2. М.: ГИЮЛ, 1951.
50. Обнаружены новые братские могилы жертв НКВД. Набат. 1943.06.07.
51. Органы государственной безопасности СССР в Великой Отечественной войне: Сборник документов. Том 2. Книга 2. Начало. 1 сентября — 31 декабря 1941 г. М.: Русь, 2000.
52. Переписка Председателя Совета Министров СССР с Президентами США и Премьер-министрами Великобритании во время Великой отечественной войны 1941-1945 гг. Т. 1. Переписка с У. Черчиллем и К. Эттли (июль 1941 г.-ноябрь 1945 г.). М.: ГИПЛ, 1957.
53. Прокуратура за два года добилась отмены реабилитации для 4 тысяч жертв репрессий // Вести. — https://clck.ru/3SYbVp [Дата обращения: 25.06.2026].
54. Протоиерей Кирилл Каледа. Новомученики. Православная газета. 2018.22.05.
55. Путин заявил, что Запад использует пропаганду по заветам Геббельса // ТАСС. https://clck.ru/3ShWYu [Дата обращения: 25.06.2026].
56. Путин заявил, что историю нельзя ни замалчивать, ни позволять использовать против России // ТАСС. https://clck.ru/3SYbX7 [Дата обращения: 25.06.2026].
57. Путин: РФ прошла период, когда прежние политики пошли на разрушение страны // ТАСС. https://clck.ru/3Sgqnp [Дата обращения: 25.06.2026].
58. Рябенко С. Українська міліція Львова: «бандерівська» чи «робітничо-селянська»? // Центр досліджень визвольного руху, 18.06.2018 г. https://cdvr.org.ua/28089/2018/06/30/ [Дата обращения: 25.06.2026].
59. С-12266 на Вильчук В.А., л. 2, 10 // MediaFire. https://clck.ru/3St2NR [Дата обращения: 25.06.2026].
60. Садовская Е.Ю., Толоконников Э.А. Метод групповой идентификации останков жертв массовых расстрелов. // Корни травы. Сборник статей молодых историков. М.: Звенья, 1996.
61. Светланин А. Дальневосточный заговор. Мюнхен: Посев, 1953.
62. Сербский журналист у массовых могил в Виннице. Двинский вестник. 1943.04.08.
63. СО-39969 на Шамонина М. Н. // MediaFire. https://clck.ru/3SszNv [Дата обращения: 25.06.2026].
64. Сообщение Правительственной комиссии, созданной решением Совета Министров УССР от 24 декабря 1987 г. Правда Украины. 1989.16.04.
65. Сообщение РАТАУ. Правда Украины. 1988.06.01.
66. СССР и поляки. Новое слово. 1943.14.02.
67. Танюк Л. В Быковне лежит и мой дед, известный киевский юрист Николай Кенигсфест // Факты. — https://clck.ru/3ShBWy [Дата обращения: 25.06.2026].
68. Тарусский Е. Иудейская ненависть. Новое слово. 1943.21.04.
69. Убиты в Калинине, захоронены в Медном. Книга памяти польских военнопленных — узников Осташковского лагеря НКВД СССР, расстрелянных по решению Политбюро ЦК ВКП(б) от 5 марта 1940 года. В 3-х томах. М., 2019, т. 3.
70. Уголовный кодекс РСФСР. Москва: Государственное издательство «Советское законодательство», 1935.
71. Учредительная конференция, Москва, 28-30 января 1989 г. (хронометраж 04.10-04.35; 02.55-03.30; 07.18-07.25) // YouTube. https://clck.ru/3StmrA [Дата обращения: 25.06.2026].
72. Ханевич В. Колпашевский Яр. М.: Каменный мост, 2004.
73. Хрущев Н.С. Воспоминания. Время. Люди. Власть. В 2 кн. Кн. 1. М.: Вече, 2016.
74. Центральный архив Федеральной службы безопасности Российской Федерации (ЦА ФСБ). Ф. 66. Оп. 1. Д. 323. Л. 263-265.
75. Чеховская Ядвига Константиновна; Беганская Мария Васильевна; Сачковская Капитолина Григорьевна; Вильчинская Оттилия Антоновна // Пермский государственный архив социально-политической истории. — https://clck.ru/3SuFZh; https://clck.ru/3SuFiV; https://clck.ru/3SuFyE; https://clck.ru/3SuG3Q [Дата обращения: 25.06.2026].
76. Что показывает Лушков. Русское обозрение. Чикаго. 1938.23.07.
77. Шляхом мордувань. Українське слово. 1941.08.10.
78. Эксгумация захоронения жертв массовых репрессий в Дубовке // YouTube. НТВ. https://clck.ru/3St9B9 [Дата обращения: 25.06.2026].
79. Эксперт: версия о виновности СССР в "катынском деле" игнорирует несколько фактов // ТАСС. — https://clck.ru/3TpsdS [Дата обращения: 25.06.2026].
80. Яковлев Е.Н. О взглядах Ивана Ильина на фашизм, Вторую мировую войну и СССР (хронометраж 00.33.50-00.34.07) // Tynu40k Goblina — https://clck.ru/3StmMc [Дата обращения: 25.06.2026].
81. Amtliches Material zum Massenmord von Winniza. Berlin, Zentralverlag der NSDAP, 1944.
82. Arhiva Naţională a Republicii Moldova (A.N.R.M.) Chşn. Fond 706, inv. 1, dosar 16, vol. 3, filele 558, 566, 562, 542.
83. Coox A. D. The lesser of two hells: NKVD general G.S. Lyushkov's defection to Japan, 1938–1945, part II. The Journal of Slavic Military Studies. 2007, 11:4.
84. Eine million Menschen sitzen in Sowjeugefangnissen. Jeversches Wochenblatt, 1938.14.07
85. Goldman W.Z. Inventing the Enemy: Denunciation and Terror in Stalin's Russia. New York: Cambridge University Press, 2011.
86. “GPU Morde in Kiew”. Teltower Kreisblatt, 1941.29.09.
87. Massacre in Vinnitsa. New York: Ukrainian congress committee of America, 1953.
88. Shapoval I.I. Traces matérielles des répressions staliniennes à Bykovnia, Ukraine. Les Cahiers Sirice, 2017, 2-19.
89. Schenke W. Millionen sitzen in sowjetkerkern. Völkischer Beobachter, 1938.14.07.
90. Stalins blutterror. Zschopauer Tageblatt und Anzeiger, 1938.14.07.
Ранний опыт государственного строительства большевиков и Конституция РСФСР 1918 года
7
