Об основных вопросах китаизации марксизма    0   478  | Мировоззренческий универсум Дэн Сяопина    1   561  | Марксистская философия в современном Китае. Состояние и тенденции исследований    0   1078 

Обращение главного редактора

 3  475

Китай стал главным событием конца ХХ и остается главным событием начала ХХI века. Масштаб его экономики вырос за время проведения реформ почти в 40 раз! Дав всему миру потрясающий пример эффективной и стремительной модернизации, он является живой инструкцией, как надо ее делать, — и не менее живым упреком тем, у кого не получается.

После уничтожения нашей Родины Западом (этот процесс изучается при подготовке китайских руководителей высшего и среднего звена с особой тщательностью) мы привыкли жить в Pax Americana, — но уже несколько лет назад в самых разных странах было трудно отделаться от ощущения, что Pax Americana тихо и незаметно, без особых скандалов и конфликтов превратился в мир Большого Китая.

Чтобы что-то продать, достаточно прорваться на китайский рынок. Чтобы что-то произвести, достаточно инвестировать в Китай. И даже чтобы что-то сделать в какой-то стране, оказывается достаточно договориться с местными китайцами.

Жители многих провинциальных районов Европы (например, в Бельгии или Франции) не любят говорить по-английски — и российские синологи уже привыкли расспрашивать о местных достопримечательностях владельцев китайских ресторанов.

Покупающих квартиры в Европе не удивляет, если дом, например, в Черногории оказывается построенным тремя китайцами: из Лондона, Москвы и Гонконга.

В конце концов, с 1996 года любое, практически без исключений серьезное обсуждение российско-американских отношений так или иначе включает в себя проблематику, связанную с Китаем.

Китайская экономика превысила американскую по своим масштабам (при расчете по паритету покупательной способности) — и идет дальше, неуклонно повышая сложность (а значит, и прибыльность) применяемых технологий.

Кажущееся невероятным «возвышение Китая» - результат не одних лишь трудолюбия и организованности китайского народа, но прежде всего государственной политики, государственных усилий.

Китайский аппарат госуправления производит шоковое впечатление высокой компетентностью, энергичностью и ответственностью чиновников. Как правило, они хорошо знают реалии не только своей, но и смежных сфер компетенции: иногда возникает ощущение, что занимающий ответственный пост не забудет и не перепутает ничего, даже если его растолкают посреди ночи. Умея и любя рапортовать об успехах, главные силы китайские чиновники направляют на выявление и исправление причин неудач (хотя, конечно, не будут распространяться о них посторонним). Как правило, они скромны и при этом, что производит особенно сильное впечатление, инициативны.

Это особенно важно в наше время, когда новые технологии меняют буквально все, включая казавшееся незыблемым. Как в 90-е годы, каждое утро приходится начинать с проверки — не изменилось ли за ночь что-то фундаментальное, начиная с гравитационной постоянной.

На наших глазах технологии меняют саму природу человека — иногда до неузнаваемости. На наших глазах деньги теряют значение, уступая свою социальную роль технологиям, а из тех вырастает социальный инжиниринг, позволяющий обеспечивать тотальную управляемость людей без малейшего покушения на их чувство личной свободы.

На наших глазах глобальные рынки, как протоматерик Гондвана, разделяются на макрорегионы. И в этом распадающемся человечестве нам предстоит создать новый, свой собственный мир, мир для себя: это наша общая работа.

Очень тяжелая, очень сложная, очень опасная.

Но, если мы пренебрежем ею и снова, как четверть века назад, толерантно и политкорректно отдадим ее на аутсорсинг, — нам снова придется жить в чужом мире, построенном нашими противниками без нас, не для нас и, в конечном счете, против нас. И, в отличие от 90-х, выжить в этом мире нам, скорее всего, уже не удастся.

А возможности построить целый мир для себя у нас есть.

Разница русской и китайской культур — не только барьер, от которого мы страдаем жестоко и порой совершенно неожиданно, но и огромные возможности. Мы действительно дополняем друг друга, и еще в 2014 году американские аналитики с ужасом указывали, что наш стратегический союз симбиотичен, причем не по замыслу руководителей или состоянию экономик, но в первую очередь по природе наших культур. Каждый из нас лучше всего умеет то, что не получается у другого: китайцы гениально производят стандартные изделия, в том числе весьма сложные, кропотливо улучшая их и доводя до совершенства, а мы способны создавать нечто принципиально новое. Это более серьезная основа нашего сотрудничества, чем простой обмен сырья на продукцию; именно это - залог нашего общего будущего.

Подобно тому, как разница электрических потенциалов рождает электрический ток, разница культурных потенциалов рождает возможности сотрудничества и совместного развития, взаимного обогащения.

И при этом мы находимся практически в одинаковом положении по отношению к Западу: для глобальных спекулянтов, использующих США как свою организационную структуру и место базирования, уничтожение и Китая, и России является категорическим идеологическим, чтобы не сказать религиозным, императивом. Он не проявляется в отношении Китая так открыто, с такой ненавистью и цинизмом, как в отношении России, лишь из страха, так как Китай сильнее и не стесняется защищать свои национальные интересы, — однако необходимость максимально возможного отсечения китайской экономики от американского рынка является консенсусом всех групп американской элиты. Разница между Обамой и Трампом заключалась лишь в том, что первый хотел провести «линию отсечения» по административным границам Китая (чтобы потом оторвать от него и разрушить Большой Китай – китайскую экономику, созданную в других странах), а второй согласен сдвинуть ее на границы США. Однако в обоих случаях это нанесет страшный удар сегодняшней китайской экономике и в обоих случаях задумывается именно поэтому.

Перед лицом все более серьезных угроз и краха недостаточно обоснованных надежд мы не должны забывать, что в силу объективных культурных, технологических и хозяйственных причин двум нашим народам принадлежит не только наше собственное будущее, но и будущее всего мира (одним из символов чего стала встреча В.В.Путина и Си Цзиньпина накануне саммита «большой двадцатки»). И управленческая, кадровая, образовательная катастрофа Запада, от которой так жестоко страдает весь мир, и его нежелание и неспособность обуздывать созданные им силы глобального терроризма и варваризации лишь подтверждают этот факт.

И нам – России и Китаю – предстоит распорядиться этим миром, который принадлежит нам и которым нам предстоит перестраивать для себя, с умом и пользой.

Экономический пояс Шелкового пути — не торговая и даже не логистическая концепция, но концепция глубочайшего, коренного преобразования всей Евразии китайским капиталом и, отчасти, китайскими руками. И ЕАЭС является центральной частью этого нового Шелкового пути отнюдь не по одним только географическим причинам (хотя объективно и служит его ядром), а прежде всего потому, что мы обладаем признаваемым и друзьями, и врагами умением стратегического видения (пусть и не используя пока его) и колоссальными свободными ресурсами.

Кроме того, именно Россия, причем в силу не столько исторических, сколько опять-таки культурных причин сохраняет и даже развивает (пусть пока и вне государственных и крупных коммерческих структур) технологии будущего, получившие название «закрывающих». Созданные в основном в недрах советского ВПК, они основаны на парадоксальном объединении знаний из разных областей и отличаются простотой и сверхпроизводительностью. В сегодняшнем мире они блокируются бюрократией и, главное, монополиями, объективно ориентированными на завышение, а не снижение издержек, — однако после неизбежных срыва в глобальную депрессию и резкого сжатия рынков они станут единственной возможностью сохранения технологической цивилизации в привычном для нас виде. Китай очень хорошо понимает это и внимательно следит за большинством разработок такого рода; надеюсь, их важность успеет осознать и российское государство.

Мы любим и умеем жаловаться на жизнь, но ни одно поколение в истории человечества не имело и тени наших сегодняшних возможностей, и мы должны уметь их видеть и использовать — умно, быстро, полно.

Глядя на них с разных точек зрения, мы — русские и китайцы — получаем стереоскопическое, объемное видение, от которого не ускользнет ничто. Как говорил Мао Цзэдун, которого помнят и уважают и в нашей стране, «лучше идти на двух, чем на одной или на полутора ногах», — и мы уже идем в неизвестность, идем вместе, по мере сил преобразуя хаос в гармонию, комфорт и порядок.

И в силу того, что значение партнерства России и Китая для мира, как и значение наших стран друг для друга будут только возрастать, мы должны с особым вниманием относиться друг к другу, в том числе – к научной мысли друг друга.

Поэтому редакция «Свободной мысли» с огромным интересом и удовольствием в год 100-летия Великой Октябрьской Социалистической революции предоставляет основную часть данного номера китайским ученым, размышляющим над ней и связанными с нею проблемами.

комментарии - 3
Владимир Михайлович 21 октября 2017 г. 23:08:37

Констатация фактов и сделанные выводы точны . совершенны . истинны . У нас был шанс тоже пойти по китайскому пути и он благополучно и преступно упущен командой Ельцина - Гайдара . Путин продолжает их линию . Хотя и у него была возможность вырулить на почти китайский беспроигрышный путь . А сейчас ... потрепыхаемся с оборонкой и будем дальше деградировать !

Passer-by 25 октября 2017 г. 12:52:27

А мне кажется прав Иван Антонович Ефремов, определив китайсикей социализм как "муравьиный" - лучше не скажешь

Руслан 12 ноября 2017 г. 8:02:22

Статья,ну так скажем,направляющая общими фразами и направлениями.Но глубокого анализа
и причин,по которой кремлевские чубайсы довели страну и народ до экономического и социального тупика,с указанием имен и должностей,кроме самодура и врага народа ельцина,в статье не прозвучало.А жаль.Народ должен знать своих"героев"кто обворовал страну и народ.

Мой комментарий
captcha