Ранний опыт государственного строительства большевиков и Конституция РСФСР 1918 года    7   23204  | Официальные извинения    968   97587  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    236   78780 

Коронакризис в Монголии

В постсоветском монголоведении последних лет отчетливо проявляются тенденции к фрагментации знания. Если не брать в расчет публикации, скользящие по грани исключительно одной проблемы, а попытаться проанализировать объемные монографии, то и в них сложно увидеть комплексный подход к изучению этой страны как системы, не только пространственно-временной, но и смысловой.

Особенностями Монголии можно объяснить и безуспешные попытки правящих кругов и ученых иностранных государств просчитать модели и сценарии ее развития и, в частности, механизмов выстраивания российско-монгольских отношений. Казалось бы, глубоко архаизированная страна кочевников – образ, укорененный в массовых представлениях россиян – или, наоборот, «новый азиатский тигр» – аналогичный предыдущему также распространенный штамп – предполагают предсказуемость. Тем не менее Монголия демонстрирует ситуации молниеносного реагирования на общемировые процессы и, одновременно, кажущуюся отвлеченному наблюдателю алогичность.

COVID-19, ставший синонимом ушедшего 2020 г., стал индикатором политических, социально-экономических, и культурных процессов, протекающих во всем мире и в отдельных государствах. В данной статье на примере реакции на распространение COVID-19 в мире и – через некоторое время – внутри страны рассмотрены кризисные моменты монгольского социума.

 

Экономическая и политическая сферы: несвободный рынок и иллюзия демократии.

Объявление пандемии вынудило руководство страны следовать всем рекомендациям ВОЗ или, по крайней мере, объяснять принимаемые решения и вводимые санитарно-эпидемиологические требования правилами ВОЗ. В этом уже проявились активная вовлеченность Монголии в глобальные организации, в мировую кредитно-банковскую систему и продолжающееся стремление снять с себя клеймо периферийной, постсоциалистической региональной «постреспублики», сводящееся к желанию вырваться из территориальной ограниченности, сформированной соседством с Россией и КНР.

Уже 27 января 2020 г., практически сразу после закрытия провинции Хубэй в КНР, задолго до объявления пандемии в мире Монголия начала вводить карантинные меры. Это можно объяснить абсолютной экспортной зависимостью от южного соседа и активными трансграничными перемещениями монгольских и китайских граждан [4]. С 12 февраля начал действовать режим повышенной готовности. Закон «О защите от чрезвычайных ситуаций» от 2017 г. предусматривает три степени ЧС: режим повседневной деятельности, повышенной готовности и всеобщей готовности. После 11 ноября страна перешла к всеобщей готовности [6].

Меры быстрого реагирования стали пищей для панегириков [9; 10; 14; 25] и псевдонаучных доводов [24], игнорирующих прогнозирование ситуации, которая могла бы проясниться, как минимум, при попытке ответа на вопрос: «Как долго можно находиться в изоляции, учитывая экономическую составляющую, включающую в себя регулярные переезды за границу и обратно водителей-дальнобойщиков?» Именно это обстоятельство, помноженное на очевидную девальвацию мероприятий, сопутствовавших активной фазе борьбы с инфекцией, и превращение этой борьбы в рутину, спровоцирует реальное распространение вируса внутри страны.

Тиражируемый на Западе имидж страны как «колыбели демократии» (к слову, подобная метафора была использована и финским автором в одной из упомянутых выше статей [14]) был поставлен под сомнение авторитарным методом борьбы с вирусом, продолжительными ограничениями перемещения по стране и внутри столицы, приведшими к гибели людей из-за оказанной с опозданием медицинской помощи и фанатичным упованием на истинность избранного пути. Экономические потери рядовых частных предпринимателей, интеллектуальная ограниченность, порождаемая образовательным неравноправием дистанционного обучения, – далеко не позитивные моменты для хрупкой в социально-экономическом отношении Монголии.

Закрытие города и дискуссии о необходимости эвакуации сельских жителей из Улан-Батора обратно в степь, возникшие в середине ноября, вновь продемонстрировали центростремительный характер монгольской действительности: вся общественная жизнь, все социальные институты сконцентрированы в столице.

Опасаясь вспышки нового заболевания, руководство государства, вероятно, основывалось на реальном состоянии системы здравоохранения, не подготовленной к росту заболеваемости. Поэтому премьер-министр У. Хурэлсух еще в самом начале распространения коронавируса высказывался о невозможности открытия границ до изобретения вакцины и, соответственно, вакцинации жителей Монголии. При возникновении реальной угрозы распространения вируса, после 11 ноября 2020 г., совпавшей с переходом к финальной стадии разработок и испытаний вакцин в мире, обсуждение вакцинации в публичном пространстве усилилось. Страна вошла в программу «COVAX AMC», предполагающую равный доступ к вакцине. Российские вакцины СМИ обходили вниманием, не приводили их в качестве примера успешных разработок и официальные лица, такие, как, например, представители Минздрава [11].

8 января 2021 г. Минздрав совместно с ВОЗ, ЮНИСЕФ, Всемирным банком и Азиатским банком развития (последние выступают кредиторами покупки вакцин) пришли к выводу о подготовленности Монголии к вакцинации. Предусмотрено приобретение вакцин производства компаний «Pfizer», «AstraZeneca» и «Moderna» [8].

В результате ужесточения режима самоизоляции, закрытии ряда предприятий, ограничения финансово-хозяйственной и экономической деятельности граждан доля бедных в стране возросло к осени 2020 г. до 30% [12. С. 170], - а по данным экономиста Б. Мунхсоёл, приближается к 60% [22].

Но стандартные экономические показатели не всегда добавляют ясности при характеристике случая с Монголией. Серьезные экономические ограничения не привели к социальному взрыву по ряду причин.

Во-первых, финальное объявление режима всеобщей готовности в ночь на 11 ноября 2020 г. произошло тогда, когда все домохозяйства уже традиционно заготовили мясо на зиму и передали его часть родственникам в города. Это обеспечило горожан, как минимум на зимний сезон, мясомолочной продукцией – основой рациона питания среднестатистического гражданина Монголии.

Во-вторых, своевременное введение ряда льгот, а именно отмена коммунальных платежей для жильцов за свет и воду, скидка (до 70%) на обогащенный уголь – основное топливо населения юрточных кварталов – позволило сэкономить семейный бюджет большинству домохозяйств. Напомним, что большую часть Улан-Батора, где проживает свыше половины всех граждан страны, составляют юрточные районы, население которых занято в сфере обслуживания и торговли, подпавших под карантинные ограничения.

В-третьих, государство с апреля 2020 г. по конец июня 2021 г. увеличило ежемесячные пособия на детей с 70 тыс. туг. до 100 тыс. тугр. (примерно до 2,5 тыс. руб.) на одного ребенка, что компенсировало экономические потери большинства граждан. Также сюда добавляется потенциальная экономия на топливе в связи с запретом на перемещение на личном транспорте без наличия специального QR-кода и по причине введения всеобщего дистанционного обучения. Стоит отметить отсутствие у монголов традиции сбережения и накопления денежных ресурсов.

Финансовое состояние основной массы населения можно определить по характеру посещаемости продуктовых магазинов – единственных хозяйственных единиц, стабильно работавших на протяжении всего карантина. Ежедневные доходы владельцев небольших магазинов сократились с 500 до 100 тыс. тугр.. Эти обстоятельства, как и массовое приобретение товаров в долг, говорят о снижении покупательной способности граждан [23].

 

Националистическая риторика

10 марта 2020 г. в Монголии был выявлен первый зараженный. Им стал гражданин Франции, инженер горнорудной компании «Orano», специализирующейся в Монголии на добыче урана. Иностранный статус больного и его принадлежность к особо злободневной в стране теме разработки ядерного сырья [16] спровоцировали националистическую реакцию в интернете и в реальности. Под национализмом здесь мы понимаем политику и образ мысли, в центре которого является идея о самоценности нации.

Из-за усиления националистической риторики и для обеспечения личной безопасности француза и здравоохранения жителей столицы зараженный был эвакуирован в Восточно-Гобийский аймак. Вызванного в МИД Монголии посла Франции в тот же день 10 марта «призвали сосредоточить особое внимание на выполнении инструкций и рекомендаций» [5]. Сама Франция будет закрывать учебные заведения на карантин и ограничивать массовые собрания только после обращения президента Макрона 12 марта. В той же беседе с госсекретарем МИДа посол «выразил обеспокоенность по поводу безопасности этого человека», поэтому причины для переговоров имелись у обеих сторон. Спустя десять дней после первого случая заболевания посол Франции передал вице-премьеру официальное письмо от компании «Orano» и ее пожертвование на сумму в 1 млрд. тугр. (примерно $360 тыс.) [17].

Рост числа заболевших в приграничном Кяхтинском районе Бурятии и, в целом, по всей Республике вызвал озабоченность монгольской общественности, что привело к закрытию в ноябре ряда российско-монгольских КПП. 11 ноября, несмотря на меры по пресечению распространения вируса, появилась информация о возможной внутренней передачи инфекции от монгольского водителя-дальнобойщика, прибывшего из России в Улан-Батор. Это стало причиной популяризации обвинений россиян в несоблюдение строгих санитарных мер, аналогичных монгольским.

Монголия продемонстрировала относительную эффективность почти десятимесячного режима повышенной готовности, сопровождавшегося закрытием границ, что привело ко множеству трудностей, связанных, как минимум, со свободой перемещения. С другой стороны, сложно смоделировать ситуацию, которая могла бы возникнуть при несоблюдении ограничительных мер (хотя известны примеры стран, отказавшихся от карантина).

В результате внутренней вспышки коронавируса возникло два очага заражения: в столице и в Селенгинском аймаке на севере страны. Если в первом передача вируса произошла из-за нарушений пребывания указанного водителя в гостинице-обсерваторе на карантине, то во втором, несмотря на выявление «нулевого пациента», механизм его заражения так и не был выяснен до конца.

С националистической риторикой связана и кампания по эвакуации монгольских граждан из-за рубежа. С 27 января по 31 декабря 2020 г. чартерными авиарейсами и наземным транспортом было вывезено 27729 чел. На 2021 г. подали заявку 2000 монголов в 30 странах, причем 1500 граждан находятся в Республике Корея [1]. 15 января 2021 г. спецрейсом из Республики Корея в Улан-Батор прибыло 165 граждан Монголии [13].

Сам характер вызволения схож с сюжетом приключенческого фильма: от конкретного случая почти месячного пути одной студентки из Чехии до рядовых, но не менее обсуждаемых случаев эвакуации больных и пожилых лиц и беременных женщин. Ежедневно в новостях освещалось количество возвратившихся, их состояние здоровья, курьезные случаи и т.п. Промедления властей в этом деле вызывали критику правительства со стороны общественности [3].

Само уникальное географическое положение Монголии, расположенной между Россией и КНР, иногда видится националистически настроенным общественным деятелям ключевым фактором, тормозящим развитие страны. Но с точки зрения ограничения распространения вируса оказалось, что наличие всего двух хорошо охраняемых границ – скорее плюс.

Невозможно представить ни одну монгольскую тему, в которую не был бы вплетен образ Чингисхана – «отца-основателя» современной монгольской нации. Упование на особые климатические условия, специфическую мясомолочную диету, интеллектуальное наследие великого хана, кочевой образ жизни, дисциплина, выкованная именно ханом в процессе построения империи [24] – все это не просто этнические автостереотипы и черты некоего национального менталитета (категории предельно субъективной и не всегда поддающейся научному осмыслению), но элементы актуальной национальной мифологии и современной духовной культуры монголов.

 

Коронавера как религиозный фанатизм

После случаев передачи вируса внутри страны рассуждения об отсутствии инфодемии как побочного эффекта коронавируса [7] стали бессмысленны. Не всегда интернет, анализ которого позволил Американскому журналу тропической медицины и гигиены делать выводы об отсутствии в Монголии коронакризисной паники, способен проецировать реальное положение дел в обществе. Подавляющее большинство граждан, учитывая и грудных детей, регулярно и стабильно соблюдало масочный режим, в т.ч. и на улице, руки постоянно обрабатывали дезинфицирующими средствами, соблюдалась дистанция. Все это происходило задолго до 11 ноября, т.е. до появления информации о случае внутренней передачи вируса. К сожалению, все старания населения никаким образом не повлияли на распространение инфекции внутри страны. Последнее было вызвано исключительно нарушениями размещения в карантинных изоляторах граждан, прибывших из-за границы.

По мере развития ситуации монгольское общество не смогло избежать типичных для других стран эксцессов, вызванных страхом, паникой и не до конца продуманными механизмами реакции. Как и во всем мире, постепенно в монгольском сегменте интернета стали распространяться фейки, полиция блокировала бетонными плитами некоторые районы столицы и отдельные подъезды в домах (без уведомления и предупреждения жильцов о сроках карантина) в случае выявления здесь заболевшего. По этой причине говорить об уникальности общественной реакции в Монголии на коронавирус не приходится. Особенностью является то, что никто из переболевших не высказывается ни в общественном пространстве, ни в личных блогах или на страницах социальных сетей о своем состоянии, как это было на начальном этапе распространения заболевания, к примеру, в России.

Через страницы в Facebook, активно используемый монгольским населением, общество было подготовлено к встрече с коронавирусом, к активным мерам по самоизоляции государства и ограничению перемещения в городе и стране. На первых порах граждане не могли не гордиться отсутствием вспышки заболевания по сравнению с соседними странами. Не всегда верифицируемая информация из интернета, помноженная на специфический характер массовых представлений о новом коронавирусе, порождает страх. Скорее, именно он стимулировал одобрение политики правительства и мероприятий, проводимых Государственной комиссией по ЧС.

Случаи актов гражданского неповиновения единичны. К таковым, с оговоркой, можно отнести малочисленную демонстрацию работников крупнейшего рынка «Нараантуул» 5 декабря 2020 г. Причина заключалась не в общем недовольстве карантинными мерами, а в их внезапности: продавцы потеряли возможность пройти к своим скоропортящимся товарам, но никто не освобождал торговцев от арендной платы.

Большинство негатива, вызванного карантинными мерами, традиционно выплескивалось в интернет. Отдельные сюжеты обсуждались не только в соцсетях, но и в массовых СМИ. К примеру, о детях, выпущенных без матери из инфекционного отделения без диагноза и не пущенных соседями домой, и о невозможности граждан вернуться в родные аймаки, оказавшихся в столице взаперти в результате внезапного закрытия Улан-Батора [21].

На конец ноября 2020 г. граждане Монголии подали 539 жалоб, в т.ч. и о нарушении прав и свобод людей в процессе организации и проведения карантинных мер Государственной комиссией по ЧС [20]. Ссылка, по которой предлагалось ознакомиться с перечнем жалоб, была недоступна со дня публикации новости.

Вера в экстраординарную опасность коронавируса привела к тому, что в публичном пространстве не обсуждались иные чрезвычайные происшествия, приводившие к гибели людей, кроме домашнего насилия. По количеству социальной рекламы, по густоте сообщений в СМИ можно судить, что семейное (домашнее) насилие стало ярким негативным последствием самоизоляции граждан. Ежедневно в полицию поступало 50–100 вызовов, связанных с этой проблемой [19].

Все прочие события оттенялись коронавирусной тематикой. Все внимание населения было сконцентрировано на ежедневных скрупулёзных подсчетах эвакуированных из заграницы соотечественников, граждан, у которых взяли анализы на вирус, и общем росте числа заболевших.

 

Дистанционное обучение: путь в никуда

В целом об особенностях дистанционного образования в Монголии в период пандемии говорилось ранее [2; 15], этой же темы касался Д.В. Ушаков [18Профильное министерство, действительно, оперативно реагировало на ужесточение режима ЧС в стране. Так, 11 ноября, в день, накануне которого ночью было объявлено о введение режима всеобщей готовности, около 10.00 в интернете на специализированном сайте было размещено расписание телеуроков. Информация об этом была выставлена на основных новостных порталах. Таким образом, школьники не потеряли ни одного учебного дня.

Конечно, речь идет исключительно о государственных школах, частные учебные заведения по-разному и с различной скоростью реагировали на происходящее. Оксюморон дистанционного обучения проявляется в сочетании положительных и отрицательных эффектов. Например, с виду продуктивная для отдельных учеников индивидуализация образования в домашней, возможно, комфортной обстановке (в отличие от переполненного класса с 50-60 учениками) сочетается с общей сжатостью учебной программы: вместо положенной ежедневной нагрузки в день предусматривается, к примеру, в среднем звене 3 урока по 13-15 минут. Продолжительное дистанционное обучение позволяет более детально проанализировать этот феномен и выявить иные специфические черты, присущие его монгольскому варианту.

Так, по постановлению правительства Монголии ученикам запрещено использовать в школе смартфоны, что привело в ряде случаев к отказу родителей от приобретения «умных телефонов» в пользу более простых моделей. Тем не менее ученики обязаны фотографировать тетрадные страницы с выполненным домашним заданием и высылать учителю через социальную сеть Facebook, правила которой, к слову, запрещают регистрацию детей до 13 лет.

Районные управления образования столицы требуют от школ и учителей ежедневного выполнения учениками своей домашней работы. В таком случае не рассматривается техническая оснащенность обучающихся: имеется ли у него телевизор и/или компьютер, а также телефон с фотокамерой и возможность выхода в интернет? Известно, что монгольские семьи многодетны, и 3 ребенка здесь скорее норма. Учитывая это обстоятельство, нужно умножать количество технических средств на число детей.

В отдельных ситуациях возникают курьезы, когда в семье, как минимум, из 4 человек оба родителя – учителя и должны проводить уроки онлайн в режиме реального времени, а дети обязаны обучаться либо в режиме реального времени с использованием технологий дистанционного обучения, либо изучать предметы через видеоуроки посредством интернета. В такой семье требуется наличие 4 компьютеров или аналогичных технических средств. Но если обучающихся детей в семье 3, 4 и больше?..

Конечно, в будущем стоит оценить последствия, которые вызовет коронакризис в части образования детей, поступивших в 1 класс накануне пандемии, ведь половина 2019-2020 уч. г. и большая часть 2020-2021 уч. г. уже прошли в дистанционном режиме без социализации и по усеченной программе. Личный педагогический опыт автора позволяет предполагать тотальное отставание обучающихся по всем предметам и недополучение детьми целого блока фундаментальных знаний. Подобный вывод можно сделать исходя из наблюдения за учениками, возвратившимися в сентябре 2020 г. за парты после 4-х месячного дистанционного обучения и последовавших вслед за этим летних каникул.

*          *          *

Коронакризис в Монголии вскрыл структурные проблемы монгольского общества. Превентивная политика правительства, возможно, стала следствием общего сокращения на всем постсоциалистическом пространстве социальных и медицинских учреждений, т.е. то, что принято называть оптимизацией.

В экономике проявилась зависимость страны от внешних рынков сбыта сырья, а также возможность реанимации натуральным форм ведения хозяйства. Авторитарный характер введения карантинных мер поставил вопрос о демократичности Монголии. С первого случая заражения в течении всего времени вплоть до начала активной фазы передачи заболевания внутри самой страны обсуждение проблемы шло на фоне националистической риторики.

К числу обстоятельств, сформировавших модель массовой реакции на пандемию и карантинные меры правительства, относится страх и отсутствие достоверной информации. Ноябрьские меры Госкомиссии по ЧС не до конца учитывали мировой опыт борьбы с вирусом. Указанные особенности в сумме с религиозно-фанатическим восприятием гражданами коронавируса объясняют общественное одобрение всех мер правительства.

В Монголии усилилась тенденция изоляционизма в противовес ранее демонстрируемой открытости. Немотивированный отказ от российской вакцины, предоставляемой на льготных условиях, закрытие границ для въезда/выезда иностранных граждан, сокращение объемов торговли, сведение на нет культурно-образовательного сотрудничества, научного обмена и народной дипломатии приведут к ухудшению отношений с рядом государствам.

Среди обучающихся сильно проявилось неравенство: произошло расслоение на тех, кто имеет доступ в интернет, телевизор, компьютер, и на тех, кто этим не обеспечен. Экономическая выгода от дистанционного обучения в части сокращения коммунальных расходов, расходов на содержание и обслуживание учебных корпусов, возможно, будет способствовать его пролонгации, учитывая колоссальную степень коммерциализации всей системы образования Монголии. Резкое падение уровня знаний при умелом маркетинге и рекламе можно обойти вниманием.

Коронакризис заморозил все процессы как внутри государства, так и на внешнеполитической арене, обострив, одновременно, множество вопросов. В частности, проблему юрточного пояса. Центральная часть столицы фактически огородилась карантинными мерами от «юрточного полумесяца» и людей, его населяющих. Не имея системы водоснабжения и прочих элементарных средств жизнеобеспечения, они были вынуждены неоднократно нарушать регламентируемый порядок перемещения по улице.

После окончания в будущем карантина и сокращения в конце июня 2021 г. мер социальной поддержки допустимо сохранение общего состояния кризиса, особенно среди жителей «юрточного полумесяца» Улан-Батора, число которых, по разным оценкам, приближается к 1 млн человек [6]. Требование сохранения социальных льгот рядом неимущих граждан, сплоченных за период карантина благодаря плотному обращению к социальным сетям в интернете, – перспективная причина радикализации общества и выступления народных масс. В связи с этим стоит учитывать политический фактор, а именно, выборы президента страны, которые состоятся также в июне 2021 г.

 

 

Литература.

  1. Ариунбаяр Б. В уходящем году 27729 граждан вывезены из зарубежных стран. 23.12.2020. – https://montsame.mn/ru/read/247763 (дата обращения: 01.01.2021)
  2. Бикмаева К.И. Дистанционное обучение в Монголии в период пандемии коронавируса в 2020 г. // Современное педагогическое образование. 2020. № 5.
  3. Более 10 тысяч человек ждут возможность вернуться в Монголию. 30.07.2020. – https://regnum.ru/news/polit/3024260.html (дата обращения: 29.12.2020)
  4. Витульева Т.А., Оюунгэрэл Б. Влияние пандемии на социально-экономическое положение Монголии // Проблемы и перспективы развития экономики и образования в Монголии и России: материалы Международной научно-практической конференции (Улан-Батор, 30 октября 2020 г.) / под ред. Н.В. Антиповой. Чебоксары: ИД «Среда», 2020.
  5. Госсекретарь МИД Монголии призвал посла Франции к сотрудничеству. 10.03.2020. – https://montsame.mn/ru/read/218342 (дата обращения: 01.01.2021)
  6. Жаргалсайхан Д. Экономика карантина. 03.12.2020 – http://jargaldefacto.com/article/ekonomika-karantina-2sh2sh (дата обращения: 15.01.2021)
  7. Исследование о вирусе паники. Монголия вошла в список стран с достоверной информацией о COVID-19. 17.08.2020. – https://babr24.com/mong/?IDE=203935 (дата обращения: 04.01.2021)
  8. Монголия вакцинирует от COVID-19 60% населения. 13.01.2021. – http://asiais.ru/society/36766.html (дата обращения: 15.01.2021)
  9. Монголия: лучшая в мире реакция на COVID-19. 28.07.2020. – https://grraen.livejournal.com/137108.html
  10. Монголия остановила коронавирус. 29.07.2020. – https://gazeta-n1.ru/news/society/88855/ (дата обращения: 20.12.2020)
  11. Монголия стала одной из первых стран, включенных в программу «Ковакс». 23.11.2020. – http://asiais.ru/society/34645.html (дата обращения: 25.11.2020)
  12. Монголова Н.В., Бишрэлт Ж. Оценка влияния пандемии COVID-19 на экономическое развитие страны // Проблемы и перспективы развития экономики и образования в Монголии и России: материалы Международной научно-практической конференции (Улан-Батор, 30 октября 2020 г.) / под ред. Н.В. Антиповой. – Чебоксары: ИД «Среда», 2020.
  13. Мөнхзүл Б. 165 монголов вернутся сегодня на родину из Республики Корея. 15.01.2021. – https://montsame.mn/ru/read/250146 (дата обращения: 15.01.2021)
  14. Сирен В. Helsingin Sanomat (Финляндия): Монголия блестяще справляется с вирусом и на этой неделе будет вводить меры, отличные от финских. 28.05.2020. – https://inosmi.ru/social/20200528/247513325.html (дата обращения: 24.12.2020)
  15. Терентьев В.И., Каминскене Л.В. Особенности дистанционного обучения в российской школе за рубежом (на примере Монголии) // Школа будущего. 2020. № 4.
  16. Торопчин Г.В., Терентьев В.И. Перспективы развития рынка ядерного сырья и технологий в Монголии // Азия и Африка сегодня. 2020. № 12.
  17. Французская компания пожертвовала Монголии миллиард тугриков. 20.03.2020. – https://regnum.ru/news/polit/2890765.html (дата обращения: 25.12.2020)
  18. Ушаков Д.В. Монголия. Социальные меры противодействия распространению COVID-19 // Азия и Африка сегодня. 2021. № 2.
  19. Лутбаяр Д. Өчигдөр гэр бүлийн хүчирхийлэлтэй холбоотой 90 дуудлага бүртгэгджээ. 02.01.2020. – https://gogo.mn/r/994n8 (дата обращения: 02.01.2020).
  20. Лутбаяр Д. Хүний эрхийн Үндэсний Комиссоос Улсын Онцгой Комисст зөвлөмж хүргүүллээ. 27.11.2020. – https://gogo.mn/r/y02m0 (дата обращения: 30.11.2020).
  21. Оргил Э. Коронавирусийн халдвар авсан иргэний хоёр хүүхдийг байрныхан нь гэрт нь оруулсангүй. 04.12.2020. – https://gogo.mn/r/lv770 (дата обращения: 07.01.2021)
  22. Өрөг хэлэлцүүлэг: гурван хүн тутмын хоёр нь ядуурлын эгнээнд шилжих нь. 09.12.2020. – https://www.urug.mn/news/4505 (дата обращения: 13.12.2020)
  23. Хандмаа О. СУРВАЛЖИЛГА: Иргэдийн худалдан авалт буурч, дэлгүүрүүдийн өрийн дэвтэр зузаарсаар. 08.01.2021. – https://gogo.mn/r/5doky (дата обращения: 08.01.2021)
  24. Ankhtuya. Chinggis Khaan and defeating COVID-19. 22.06.2020. – https://news.mn/en/793087/ (дата обращения: 15.12.2020)
  25. Sharing COVID-19 experiences: The Mongolian response. 01.11.2020. – https://www.youtube.com/watch?v=LKA9UeN5rhk&feature=emb_logo (дата обращения: 14.01.2021)
комментарии - 2
unsaste 23 июня 2022 г. 4:31

[url=https://newfasttadalafil.com/]buy cialis online from india[/url] Generic Zithromax Azithromycin However with the increased recognition of the role of comorbidities in COPD allcause mortality has become a paramount endpoint for the evaluation of novel therapies. Hyzkco <a href=https://newfasttadalafil.com/>best site to buy cialis online</a> https://newfasttadalafil.com/ - buy cialis 20mg Yimlxo Find Secure Ordering Generic Pyridium Online Ups With Free Shipping

tollary 9 июля 2023 г. 5:07

This Shank3 G mouse shared similar phenotypes with the Shank3 О”C mouse, including loss of SHANK3 protein isoforms, novelty avoidance, motor deficits, and deficits in synaptic transmission in area CA1 of the hippocampus Speed et al <a href=https://cialiss.skin>buy cialis 5mg</a> Beta blockers alone do not work as well in African Americans, but they are effective when combined with a thiazide diuretic


Мой комментарий
captcha