Об основных вопросах китаизации марксизма    0   478  | Мировоззренческий универсум Дэн Сяопина    1   561  | Марксистская философия в современном Китае. Состояние и тенденции исследований    0   1078 

Мировоззренческий универсум Дэн Сяопина

Дэн Сяопин занимает исключительное место в истории не только Китая, но и всего мира в XX веке. В его необычной биографии в концентрированном виде отразилась история великой страны, прошедшей путь от национального унижения и отсталости к обретению чувства собственного достоинства, росту государственной мощи, прогрессу и реформам. Еще более важно, что эта история неотделима от его мышления и мудрости, которые так изменили китайское общество, что и сейчас заставляют поражаться загадочной исторической диалектике мышления и реальности.

Главная заслуга Дэн Сяопина - то, что он направил Китай по пути реформ и открытости. Поэтому его часто называют архитектором китайских реформ. В эпоху после Дэн Сяопина понимание Китая неотделимо от понимания его великого дела реформ и открытости. Только поняв основное содержание эпохи, можно успешно «оседлать» тенденции современного мира. Точно также, только поняв мир идей Дэн Сяопина, можно понять начатое им великое дело. И, хотя сегодня некоторые конкретные взгляды или решения Дэн Сяопина выглядят устаревшими или не лучшими, его способ и методология мышления имеют непреходящую ценность.

 

 

1. Мудрость продуманных решений

 

В высшей точке своей карьеры Дэн Сяопин оставил в памяти человечества не­обыкновенно яркий след. Его мудрость была не только личным достижением: изменив  Китай, она повлияла на весь мир.

Успех Дэн Сяопина выглядит чудом. В Китае второй половины XX века старые революционеры, подобные Дэн Сяопину, как правило, либо становились жертвами политической борьбы, либо, не сумев приспособиться к новым условиям, сходили с политической сцены, либо закостеневали в идейном плане и сами превращались в препятствие для прогресса. И только Дэн Сяопин, трижды изгнонявшийся из большой политики и каждый раз возвращавшийся вновь, стал высшим руководителем государства, причем с прогрессивными идеями.

Это чудо неотделимо от жизненной мудрости Дэн Сяопина. Он отличался высокими способностями руководителя и организатора, но в работе и в общении он всегда легко находил общий язык с людьми, никогда не напускал на себя неприступный вид, относился к другим терпимо и великодушно, не добивался славы или личной выгоды, не порождал у других руководителей опасения «затаившего рядом очередного Хрущева». В свое время Мао Цзэдун так охарактеризовал Дэн Сяопина: «Довольно тщательный, довольно справедливый, человек принципов, за него в принципе можно не опасаться» [4, c.112]. Даже в опале Дэн Сяопин не возмущался на несправедливость, не жаловался на судьбу, а молча терпел свое положение. Этот способ, - стиснув зубы и не привлекая внимания, справляться с трудной ситуацией, - и есть знаменитый принцип «[до поры до времени] скрывать свои способности, затаиться и ждать благоприятного момента». Он еще в годы гражданской войны сформулировал важный принцип военной стратегии: «надо стремиться, чтобы противник недооценивал вас». В книге Лао-цзы говорится: «высшее благодеяние подобно воде», «мягкость и слабость - путь жизни». Дэн Сяопин глубоко понимал заключающуюся в этих словах мудрость.

Говоря о жизненной философии «скрывания своих способностей и пребывания в тени» Дэн Сяопина, многие поверхностно изображают его в традиционном даосском образе человека, «не вступающего в соперничество с другими, и с которым поэтому невозможно соперничать». На самом деле это не так. В принципиальных вопросах он никогда не шел на уступки. В характеристике Мао Цзэдуна крайне положительно отмечается: «в его мягкости есть твердость, он как иголка, спрятанная в вате; внешне он добродушен, но внутри - как стальной стержень» [5, c.1674].

Дэн Сяопин не был фаталистом, пассивно принимающим события. Умение использовать благоприятные возможности, сыграть на опережение, своевременно броситься вперед сыграло ключевую роль в его судьбе. Например, когда Дэн Сяопин был во второй раз «свергнут» и находился в Цзянси, он узнал об уничтожении группировки Линь Бяо. Не теряя времени, он тут же написал Мао Цзэдуну большое письмо в 4000 иероглифов, выразив горячее желание снова вернуться к работе: «Мне кажется, мое здоровье еще достаточно крепкое. Хотя мне уже 68 лет, я вполне гожусь для какой-нибудь технической работы (например, научно-исследовательской работы). Я мог бы еще 7-8 лет поработать на благо партии и народа, восполнить ошибки и [быть полезен] на случай …неожиданностей».

Взлеты и падения карьеры Дэн Сяопина, как и его жизненная мудрость, отразили сложный процесс трансформации китайского социума. Еще важнее, что мудрость и прозорливость Дэн Сяопина изменили само направление развития Китая. Даже если не упоминать о способностях, проявленных им в эпоху гражданской войны, и о 50-70-х годах (когда он «во дворце думал о народе, а в опале пекся о благополучии государя»), - в период после третьего возвращения во власть он проявил творческую самостоятельность и идейное новаторство, а его мудрость нашла проявление в целом ряде ключевых направлений:

1. Дэн Сяопин остановил волны хаоса, открыл возможности для раскрытия потенциала народа. Десять лет «культурной революции» поставили Китай на грань катастрофы. После смерти Мао Цзэдуна Хуа Гофэн, хотя и разгромил «банду четырех», продолжал держаться за свою концепцию «двух что бы»: «что бы ни решил Мао Цзэдун, мы должны это твердо поддерживать, что бы ни было им указано, мы должны этому следовать». В результате последствия «культурной революции» не были преодолены, ошибочная логика продолжала довлеть над людьми. В 1977 г. Дэн Сяопин, сам еще не полностью восстановивший свои позиции во власти, четко указал: пресловутая теория «двух что бы» не соответствует марксизму, а в 1978 г. он и Ху Яобан статьей «Практика - единственный критерий истины» развернули дискуссию в масштабах всей страны. По сути это была критика идейных основ «культурной революции». В итоге догматизм левого толка потерпел поражение. Это стало важным шагом на пути раскрепощения сознания, продолжавшим традиции «Движения 4 мая». «Раскрепощение сознания» стало важным лозунгом теории Дэн Сяопина. Идеологическая линии КПК преобразовалось от призыва Мао Цзэдуна «искать истину в фактах» в установку эпохи Дэн Сяопина: «раскрепощать сознание, искать истину в фактах».

2. Правильно дав оценку Мао Цзэдуну, Дэн Сяопин обеспечил преемственность развития китайского общества. Раскрепощение сознания легко может дойти до крайности: чтобы распрощаться с прошлым, люди могут впасть в его полное отрицание. После смерти Мао Цзэдуна некоторые на основании его ошибок в последние годы жизни пытались, подобно Хрущеву, предавшему анафеме Сталина, полностью отрицать Мао Цзэдуна. Дэн Сяопин, пострадавший в результате ошибок Мао Цзэдуна, никогда не исходил из личной обиды, опираясь на исторические факты и долговременные национальные интересов. Он глубоко понимал теснейшую связь Мао Цзэдуна с КПК и строительством Нового Китая, а также то, что отрицание Мао Цзэдуна, отрицая историю КПК, ввергло бы Китай в идейную смуту, а общество - в нестабильность. Под ру­ководством Дэн Сяопина и Ху Яобана ЦК КПК принял в 1981 г. «Решение о некоторых вопросах истории партии в период после основания КНР», где была дана научная оценка достижениям и ошибкам, заслугам и просчетам Мао Цзэдуна. История показала прозорливость решения Дэн Сяопина: в Советском Союзе отрицание Сталина привело к идейному хаосу и способствовало краху СССР; в Китае же благодаря верной оценке Мао Цзэдуна одновременно с курсом на реформы и открытость придерживались «четырех основных принципов» и была сохранена общественная стабильность.

3. Взяв на себя разработку главной стратегии, Дэн Сяопин проложил курс на реформы и открытость. Основываясь на глубоком понимании практических вопросов Китая и на хладнокровных наблюдениях сложной обстановки, он обеспечил спокойный и упорядоченный режим процесса реформирования и обеспечения открытости. Дэн Сяопин подчеркивал необходимость начинать с реформы экономического механизма и лишь затем перейти к политическим преобразованиям. С точки зрения пространственно-временного фактора он предусмотрел для Китая знаменитую стратегию «трех шагов»: в пространственном отношении сначала открытость будет продвигаться в юго-восточных районах Китая, а затем распространится на внутренние районы; с точки зрения структуры экономики реформы пойдут от сельского хозяйства к промышленности, от деревни к городам; в плане конкретных действий сначала будут осуществляться эксперименты в отдельных районах, а затем успешный опыт будет постепенно распространяться вширь; некоторым категориям людей следует дать обогатиться в первую очередь, а затем они потянут за собой остальных. Дэн Сяопин, будучи гениальным стратегом, сделал все 9,6 млн. кв. км территории Китая полем своей шахмат­ной партии. Действуя по заранее обдуманному плану и хладнокровно, он направил Китай в новую эпоху последовательного продвижения вперед. Дэн Сяопин подчеркивал, что Китай не должен копировать модель реформирования Советского Союза, - и история подтвердила его правоту.

  1. Дэн Сяопин ориентировался на практическую эффек­тивность. В Китае в процессе осуществления реформ и открытости шли длительные изнурительные дискуссии о том, как относиться к капитализму и о том, как определить характер модернизации Китая, - при том, что с момента основания КНР бесконечные дискуссии об «измах» уже навязли у всех на зубах. В новых исторических условиях Дэн Сяопин дал новое определение социализму, которое стало следствием раскрепощения сознания и, в свою очередь, стало новым шагом в раскрепощении сознания. Идейная мудрость, заключающаяся в лозунге Дэн Сяопина «поменьше дискутировать», проистекала из потребностей развития страны, была ориентирована на эффективность и результаты, проистекала из марксистского понимания практики как критерия истины. Выдвижение лозунга «трех полезных» дало новый критерий оценки, преодолевавший традиционный принцип «политика решает все». Дэн Сяопин объединил социализм и рыночную экономику, выдвинул базовые идеи о социалистической рыночной экономике. До него как в социалистических, так и в капиталистических странах политики и ученые рассматривали плановую и рыночную экономики как наиболее существенную особенность соответственно социалистического и капиталистического строя. Когда Китай объявил о строительстве социалистической рыночной экономики с китайской спецификой, был найден ключ к модернизации и интеграции со всем миром. Как порождение истории и политики, вопрос о единстве Китая занимал важное место в идейном мире Дэн Сяопина. Формула «одно государство - две системы» была достижением его подхода с точки зрения избегания идеологических дискуссий. В разрешении территориальных споров с соседними странами Дэн Сяопин выдвинул и реализовывал принцип «отложить в сто­рону споры, совместно развиваться». Эффективность этих действий очевиднаем.
  2. Внимательно анализируя обстановку в мире, Дэн Сяопин все усилия направлял на внутреннее развитие страны. Понимание ситуации в мире и главного содержания эпохи было базовым фоном развертывания идей Дэн Сяопина. История Китая, да и всего мира с эпохи нового времени можно охарактеризовать названием книги В.И. Ленина «Война и революция». Мышление первого поколения руководителей КПК разворачивалось именно на этом фоне. Дэн  Сяопин же считал, что с 70-80-г годов XX основными тенденциями эпохи стали мир и развитие. Поскольку весь мир нуждался в развитии, отсталый Китай тем более нуждался в развитии; поскольку человечество нуждалось в мире, и существовала возможность длительного поддержания мира, то Китай мог выиграть возможность иметь международную среду для мирного развития. Совпадение потребности и возможности сделало развитие Китая реальностью. В области внешней политики Дэн Сяопин потребовал отказаться от жесткой линии, «скрывать свои возможностей в ожидании благоприятного шанса», «ни в коем случае не лезть вперед, отдавать все силы наращиванию своих сил», «сделать экономику самой главной политикой», проявлять всю возможную гибкость, чтобы обеспечить благоприятную международную среду и выиграть время для развития. Теперь, после 30-летнего юбилея начала реформ и открытости, когда граждане Китая могут посмотреть на весь процесс перехода от бедности к базовой обеспеченности едой и одеждой, а затем к уровню «малой зажиточности», а также стремительного усиления международного влияния Китая, они могут понять всю значимость непростого выбора, который сделал Дэн Сяопин, а также мотивы его решений.

6. Подготовив упорядоченный механизм передачи власти, Дэн Сяопин обеспечил стабильность Китая. Он понимал важность обеспечения социальной стабильности и много раз подчеркивал принцип: «стабильность перевешивает все остальное». Дэн Сяопин полагал, что стабильность требует организационных гарантий. Возможная нестабильность может в основном проистекать изнутри партии, поэтому важна грамотная передача власти следующей команде руководителей. С высоты исторического анализа Дэн Сяопин разделил руководителей Китая на три поколения: Мао Цзэдун и его соратники представляли первое, Дэн Сяопин и его сверстники - второе, Цзян Цзэминь - третье. Кроме того, Дэн Сяопин подчеркивал, что «любой коллектив руководителей должен иметь ядро или сердцевину, руководство без ядра не надежно....руководители третьего поколения лидеров тоже должны иметь сердцевину...., необходимо сознательно поддерживать сердцевину, то есть в данном случае поддерживаемого всеми товарища Цзян Цзэминя» [2, c. 310]. Когда же авторитет нового коллектива руководителей устоялся, Дэн Сяопин без колебаний ушел на заслуженный отдых, чтобы «не вмешиваться в ваши повседневные дела». Развитие Китая после Дэн Сяопина показывает: осуществленный им процесс передачи власти был правильным и своевременным, обеспечив Китаю преемственность и стабильное развитие на долгие годы.

Изложенное далеко не исчерпывает того, что сделал Дэн Сяопин даже только в период после Мао Цзэдуна. Например, в экономике он сформулировал тезис «развитие - это трудная дорога» говорил, что нужно обязательно использовать благоприятный момент и через каждые несколько лет подниматься вверх на ступеньку; в политической области подчеркивал необходимость «четырех трансформаций» кадровых работников, сформулировал идею отмены пожизненной системы кадровых работников и подчеркивал ключевую роль обеспечения главенства закона; в культурной сфере он указывал на необходимость усвоения ценностей обеих цивилизаций. Без тщательно просчитанных решений Дэн Сяопина многое из того, что мы считаем само собой разумеющимся, не было бы доступно Китаю.

 

 

2. Мышление, обращенное ко всему миру

 

С точки зрения мирового развития самым поразительным в начинаниях Дэн Сяопина является то, что он направил Китай, который составляет одну пятую человечества, навстречу глобализации. В 1979 г. в первом номере «Тайм» это было названо самым «потрясающим воображение грандиозным начинанием» с тех пор, как существует человеческая цивилизация. В начале XXI века, когда мы можем свободно общаться со всем миром, трудно представить степень закрытости Китая раньше, и мы зачастую недооцениваем историческую ценность ее преодоления.

С XV века, когда Запад все более широко выходил в мир, Китай, наоборот, шел ко все большей закрытости. В 1840-е гг. опиумные войны унижением со стороны колониальных держав насильственно втянули его в мировую историю. Бурные события в периоды «движения заморских дел», движения тайпинов, «100 дней реформ», Синьхайской революции не изменили его пассивного положения. Первое поколение руководителей Нового Китая, попыталось начать интеграцию, но в эпоху, главной тенденцией которого были «война и революция», этому препятствовали как объективное противодействие враждебных государств, так и субъективные идеологические препятствия. Поэтому до конца 70-х годов XX века Китай находился в состоянии закрытости: связь между внутренними и внешними импульсами была очень невелика.

В отличие от руководителей первого поколения, «готовыми воевать», Дэн Сяопин подметил смену эпохи: «возможность того, что в течение длительного периода не начнется большая война, существует; надежды на мир во всем мире не безосновательны» [2, с.310]. На этой основе он решительно сделал заключение: «мир и развитие есть две главные тенденции современного мира» - и прозорливо понял значимость внешней открытости. Он много раз указывал, что развитие Китая неотделимо от развития мира: «Нынешний мир - это открытый мир. Китай в сравнении с революцией в технологиях на Западе превратился в отсталую страну, и одна из важнейших причин этого - закрытость и замкнутость. После основания государства нас подвергли блокаде, и в определенной степени мы и сами закрылись изнутри, это вызвало немало трудностей… Пребывая в со­стоянии закрытости, нельзя вести строительство государства, не получится развитие» [2, с.310]. Так называемая внешняя открытость Дэн Сяопина - это открытость не только по отношению к развитым странам: США, Японии, странам Западной Европе, - но и по отношению к третьему миру, а также к тогдашнему СССР и странам Восточной Европы.

Раз можно избежать большой мировой войны, Китай может рассчитывать на развитие; раз мир - это открытый мир, Китай должен открыться вовне. Другими словами, у Китая есть возможность в процессе открытия осуществить мирное возвышение. Это была логика Дэн Сяопина. Чтобы понять его «важнейший шаг», нужно рассмотреть его модель мышления и методологию рассуждений. Ядром глобального мышления Дэн Сяопина были: комплексное понимание мира, Китая, индивида; ориентация на весь мир, на модернизацию, на будущее; диалектичность мышления.

  1. Мышление глобального характера

В 1981 г. в предисловии к английскому изданию «Собрания сочинений Дэн Сяопина» он с чувством писал: «Я горд тем, что как представитель китайской нации я стал гражданином мира. Я - сын китайского народа. Я горячо люблю мою Родину и народ» [6, 302]. В этих словах отразилась горячая любовь Дэн Сяопина к своей Родине и народу, а также его жизненная установка, в которой идеи разворачиваются на трех уровнях - на уровне всего мира, на уровне Китая, и на уровне своего «я»: с высоты общемирового взгляда развертываются идеи своего «я»; собственная мудрость и знания посвящаются усилению Китая и прогрессу всего мира; в этом процессе происходит становление собственного «я».

Как говорил Маркс, в центре всех отношений стоит собственное «я». То, насколько мышление конкретного человека может превзойти границы его «эго», определяет, насколько широки и глубоки его кругозор и мировоззрение. В сфере истории люди привыкли изучать вопросы с точки зрения отношений индивида («эго») и общества. Но издавна общество понималось в рамках государства или еще более ограниченных общностей. Хотя и в Китае, и в других странах получали распространение идеи космополитизма, они не изменили представлений большинства людей. В эпоху глобализации их ограниченность и узость, следствием которых часто являются закрытость и отсталость, очевидны. Никогда еще в прошлом человечество не ощущало себя таким единым, как сейчас. Это обусловливает необходимость серьезных подвижек в мышлении всех членов мирового сообщества.

Дэн Сяопин как раз и был человеком, предсказавшим эти перемены в мышлении и приспособившимся к ним. Его схема мышления - мир, Китай, «я» - продолжает идеи Маркса (о том, что человек являет собой триединство индивидуального, коллективного и общевидового существования) в новую эпоху. Как индивид человек принадлежит не только к конкретной нации, государству, но и ко всему миру, он является гражданином мира. Понятие «гражданин мира» уже содержит в себе идею глобального общества. Мир, нация или государство, и индивид - эти три уровня образуют комплексную систему понимания, поддерживая новую ментальную вселенную. Эта ментальная конструкция преодолевает рамки мышления индивид-общество, ее отличительная особенность - мировой масштаб, который сразу открывает новые горизонты, позволяет получить широкую панораму событий и явлений, творчески исследовать новые ситуации.

  1. Глобальная направленность мышления

В 1983 г. Дэн Сяопин сделал каллиграфическую надпись для средней школы Цзиншань в г. Пекине: «образование должно ориентироваться на модернизацию, на весь мир, на будущее» [2, с.310]. Хотя это было сказано применительно к образованию, это характеризует все мышление Дэн Сяопина. Ориентированность на весь мир была основой системы его идей, из которой проистекали ориентированность на модернизацию и на будущее.

Модернизация была стержневым вектором глобального мышления Дэн Сяопина. Причины унижений Китая в новом времени обобщил Мао Цзэдун: «будешь отсталым - вечно будешь битым». Дэн Сяопин хорошо понимал эту истину и поднял важность модернизации до тезиса о том, что это «самая важная политика» вплоть до того, что «то, что мы называем политикой, суть четыре модернизации» [1, с.162, 163, 194, 234]. Руководители Нового Китая тоже подчеркивали необходимость модернизации: представители первого поколения делали акцент в «опоре на собственные силы», а Дэн Сяопин подчеркивал необходимость направленности на мир, внешней открытости.

Обращенность к будущему - еще одна важная черта мышления Дэн Сяопина. Он может считаться сознательным модернизатором, всю жизнь искавшим пути и формулы модернизации для Китая. Подход с точки зрения «будущего», а не «прошлого» - важная отличительная черта современности. Дэн Сяопин использовал идеалы модернизации, чтобы оценивать реальность, а ее рассматривал как основу, которую надо превзойти: это и было обращенное к будущему мышление. В его представлении в ближайшем будущем можно было превратить Китай в экономически сильную и богатую державу, достичь политической демократии и построения духовной цивилизации, то есть осуществить ве­ликое возрождение китайской нации; более отдаленной целью было построение коммунистического общества. Поскольку было необходимо ориентироваться на модернизацию, было необходимо и возможно развивать рынок, перенимать опыт западных капиталистических стран; поскольку же надо было ориентироваться на будущее, надо было придерживаться пути социализма. Ориентация на будущее Китая  означала и ориентацию на будущее всего мира.

3. Диалектический метод мышления

Дэн Сяопин смог так предупредительно и успешно действовать, создать мир идей, ориентированных в глобальном масштабе потому, что он воспринял передовую методологию мышления - диалектический метод. В традиционной китайской культуре содержатся богатые диалектикой идеи, что было одной из важных предпосылок распространения и развития марксизма в Китае. Однако диалектика, свойственная традиционной китайской культуре, была достаточно простой. До Маркса Гегель олицетворял собой апогей развития диалектического метода. Однако после Гегеля различные философские направления третировали его и, одновременно с отрицанием его огромной системы идеалистической философии, отрицали и дух его диалектического метода. Только Маркс продолжил его диалектические идеи и преобразовал их с помощью материализма. Мао Цзэдун обогатил пришедшую с Запада материалистическую диалектику теорией отношений между общими и особенными противоречиями, которая вскрывает сущность противоречий, подробно анализирует взаимосвязь между основными и второстепенными противоречиями, основными и неосновными сторонами противоречия. Мао Цзэдун был большим мастером использования диалектического метода.

Дэн Сяопин учился во Франции, Советском Союзе, овладел сутью марксистско-ленинской диалектики, был боевым соратником и учеником Мао Цзэдуна. Диалектическое мировоззрение вошло в его плоть и кровь. 27 января 1957 г. на совещании секретарей провинциальных парткомов Мао Цзэдун сказал: «необходимо решать вопросы в соответствии с диалектикой. Об этом говорил товарищ Дэн Сяопин» [3]. Многие самые знаменитые взгляды и концепции Дэн Сяопина были связаны с его выдающимся талантом к диалектическому мышлению. В частности, это относится к его оценке Мао Цзэдуна и «культурной революции», понятию «социализм с китайской спецификой», базовой линии «одного центра и двух опорных точек» (экономическое строительство в качестве центра, придерживаться реформ и открытости, а также четырех базовых принципов в качестве двух опорных точек), теории начальной стадии социализма, социалистической рыночной экономики, формуле «одно государство - две системы» и т.д.

 

 

3. Практицизм и хладнокровность мышления

 

В Китае многим молодым людям, читающим сейчас статьи Дэн Сяопина, в силу простоты и незатейливости их стиля кажется, что они не содержат никакой глубокой теории или идейной системы, а просто передают богатый и своеобразный жизненный опыт пожилого человека. Однако на­стоящая большая мудрость диалектическим образом возвращается к практическому миру повседневной жизни, она лишена всякой мишуры и показной учености; то, что на вид кажется простым, на самом деле может быть самым необыкновенным, а самое обыденное может оказаться самым чудесным.

1. Мышление простое на вид, но не по содержанию

Настоящее имя Дэн Сяопина - Дэн Сяньшэн, во время учебы в школе оно стало звучать Дэн Сисянь. Иероглифы «шэн»[1] и «сянь»[2] отражали желание его родителей видеть будущее сына отличным от сверстников. Но в процессе учебы он изменил имя на Дэн Бинь. Иероглиф «бинь» состоит из двух частей - «вэнь» (гражданский) и «у» (воен­ный), то есть означает способность сочетать в себе и те, и другие качества. Хотя это выглядело не так возвышенно, как в случае с иероглифами «шэн» и «сянь», но все равно отражало стремление Дэн Сяопина лучше основной массы сверстников. Однако впоследствии он назвал себя «Сяопин». Это имя, звучащее как имя самого простого, рядового человека, отражало то, что с достижением зрелости характера он стремился уже не к внешнему, показному, а к просму и безыскусному. Во время праздничной демонстрации в день 35-летия создания КНР студенты Пекинского университета неожиданно развернули полотнище с надписью «Здравствуйте, Сяопин». В прямом эфире этот инцидент увидели зрители по всему миру. То, что простые граждане обратились к руководителю государства по имени, пропустив фамилию, было неслыханным для истории Китая. Тем не менее ни в руководстве, ни в народе никто не воспринял это как проявление неуважения или фамильярности, так как простой и демократичный характер Дэн Сяопина действительно вступил во взаимодействие с его народом: они вместе теперь создавали новую эпоху без богов и героев на пьедестале. Простые люди в Китае очень одобрительно относились к простому и безыскусному стилю жизни Дэн Сяопина. Так, было широко известно, что он любит блюда сычуаньской кухни, курить сигареты и играть в бридж (иногда он удовлетворенно говорил: «в бридж я играю очень даже неплохо»!) Дэн Сяопин любил плавать, принимать холодный душ, и даже зимой не изменял этой привычке. Среди видов спорта он был особенно неравнодушен к футболу; говорят, что до «культурной революции» он практически не пропускал ни одного матча, которые проходили в Пекине, не исключая даже женского футбола. А в 1990-м году во время чемпионата мира по футболу из 52-х матчей он посмотрел в прямой трансляции и в записи 50 матчей. Демократичный стиль жизни - внешнее проявление простого и бесхитростного внутреннего мира.

Всю свою жизнь Дэн Сяопин был убежденным марксистом и выступал против начетничества и ложного академизма в марксизме. Он считал, что важно не много изучать, а усвоить самое главное в марксизме: то, что можно применить для решения практических вопросов. Сейчас мы признаем, что Дэн Сяопин был великий мыслитель, но в собрании его сочинений мы не обнаружим никаких крупных произведений. Он не любил оснащать свои работы множеством ссылок и примечаний, не любил «изображать из себя ученого». Даже по отношению к классическим марксистским работам он считал, что достаточно понять их главное содержание и научиться правильно его использовать, а не щеголять теоретическими рассуждениями. Он убеждал: «Большие трактаты будут читать только немногочисленные специалисты, как их смогут прочитать массы? Заставлять всех читать трактаты - это формализм, это нереально. Я сам изучал марксизм по «Коммунистическому манифесту» и «Азбуке коммунизма»... Там содержится все главное в марксизме. Надо изучать именно так, а не впадать в догматизм....Я сам много не читаю, но я верю в принцип Председателя Мао, что нужно искать истину в фактах. В прошлом мы под руководством этого принципа воевали, сейчас ведем строительство, с этим принципом осуществляем реформы. Некоторые всю жизнь только и делают, что изучают марксизм. На самом же деле марксизм - это не какая-то загадка или тайное знание. Марксизм - это очень простая штука, простая истина» [2, с.310] .

В анализе конкретных проблем он никогда не ходил вокруг да около, а любил сразу решать проблему, откровенно занимал позицию, даже в самых запутанных ситуациях сразу вычленял главное звено, ухватывал сущность вопроса. «Развитие - это трудная дорога», «стабильность перевешивает все остальное», «наука и техника являются первейшей производительной силой», «сплотиться воедино и смотреть вперед», «браться двумя руками, причем браться крепко». Эти и другие лаконичные фразы совершенно недвусмысленны, при этом образны и прекрасно передают смысл той или иной установки. Дэн Сяопина прекрасно умел использовать народные выражения. Во время всекитайской кампании по изучению его теории кто-то использовал такой образ для ее обощения: «один камень, две кошки, три рыбины, четыре курицы». «Один камень» - это фраза «ощупывая ногами камни, переходить реку»; «две кошки» - тезис «неважно, черная кошка или белая - главное, чтобы хорошо ловила мышей»; «три рыбины» - парафраз выражения о «трех полезных» («рыба» в кит. яз. является омонимом «полезный для» - примеч. перев.); «четыре курицы» - это «четыре основных принципа» (иероглиф «основной» звучит также как «курица» - примеч. перев.). Такое обобщение грешит легковесностью, но оно верно ухватило общедоступность образности мышления Дэн Сяопина. Мышление образами есть своего рода искусство, позволяющее в виде метафоры выйти за рамки строгой логики, передавая вещи, которые невозможно полностью изобразить в ее рамках. Мышление образами ничуть не ниже абстрактного мышления; оно есть практическая мудрость, его предпосылками являются широта кругозора, понимание опыта простых людей. Это результат совпадения опыта мыслителя и народных масс.

2. В спокойствии - сопричастность

Поразительная выдержка Дэн Сяопина проявилась в том, что в тяжелых ситуациях он действовал неторопливо, но уверенно. В своей карьере он три раза терпел взлеты и сокрушительные падения, но всегда сохранял присущее ему добродушие и оптимизм, не жаловался на судьбу и не обвинял других. А когда в трудной ситуации оказывалась страна, нация, то его выдержка и хладнокровие становилось спасением для народа. В конце 80-х - начале 90-х годов XX века Советский Союз и Восточная Европа катились к краху, капитализм в мировом масштабе праздновал победу без единого выстрела. В Китае в 1989 г. возникли студенческие волнения и мятеж. Накопившиеся за 80-е годы проблемы прорвались наружу, Запад во главе с США под предлогом событий на площади Тяньаньмэнь наложил на Китай экономические санкции, постарался изолировать Китай. Казалось, что над Китаем сгустились черные тучи, и многие растерялись от страха. Но Дэн Сяопин остался непоколебим. Он предупредил иностранцев: «Мы не испытываем волнения и не пребываем в пессимизме, а спокойно решаем наши вопросы. У Китая запас прочности достаточно велик, такому малому ветерку нас не опрокинуть» [2, с.310]. Внешняя агрессия, угрозы только усилят сплоченность китайского народа, его патриотизм, поддержку социализма, коммунистической партии, заставят его быть более бдительным. Одновременно он разъяснил гражданам Китая: «по отношению к международной обстановке, обобщив, можно сказать тремя фразами: первое, хладнокровно наблюдать; второе, укрепить свои позиции; третье, быть готовыми реагировать. Не надо волноваться, волнением ничего не добьешься. Надо быть дважды хладнокровными, еще больше работать, заниматься своим делом, нашими внутренними проблемами» [2, с.310]. Хладнокровие Дэн Сяопина позволило тогда Китаю избежать дальнейших потрясений, возникновения хаоса и преодолеть тот непростой период, сохраняя свою уникальность, и явить пример бурного развития.

Хладнокровный стиль мышления Дэн Сяопина проявился также в том, что, когда другие впадали в азарт и горячку, он сохранял нормальное спокойное отношение и всегда мог, невзирая на помехи, продолжать практическую работу. Во время Большого скачка и «культурной революции» он избежал общего возбуждения и был среди тех, кто на ранней стадии увидел возникавшие негативные тенденции. Когда ему позволяла обстановка, он хладнокровно разворачивал экономическую работу по восстановлению дисбалансов и перекосов. Когда реформы и открытость осуществлялись уже много лет, многие руководители стран третьего мира стали посещать Пекин для изучения китайского опыта. Однако Дэн Сяопин хладнокровно говорил им, что у каждой страны есть своя специфика и что опыт Китая, возможно, не подходит к их условиям. Когда некоторые страны искренне называли Китай лидером третьего мира, Дэн Сяопин очень твердо отверг это, казалось бы, весьма почетное звание. Он считал, что не нужно становиться лидером какого-то лагеря, а если станешь - то ничего хорошего из этого не выйдет. К тому же Китаю было накладно становиться таким лидером, поскольку собственных сил было недостаточно. Оставаться таким хладнокровным на фоне явных успехов Китая и всеобщего восхваления - достаточно редкое качество.

Хладнокровие Дэн Сяопина проявилось также в его способности видеть позитив там, где обычные люди видели только негатив. В эпоху после Мао Цзэдуна Дэн Сяопин не считал, что отказ от «культурной революции» сам по себе исправил положение. Более того, он видел положительные аспекты в субъективных мотивах и объективном воздействии «культурной революции»: «нужно придерживаться научно-исторического подхода. Когда товарищ Мао Цзэдун начал эту революцию, он исходил из необходимости выступить против ревизионизма, принять меры против опасности ревизионизма в Китае» [1, с.162, 163, 194, 234]. В десятилетии Культурной революции были и здоровые стороны, например в области внешней политики. В 1986 г. Дэн Сяопин, встречаясь с американским корреспондентом Уоллесом, упомянул, что «культурная революция» «на первый взгляд была плохим делом, однако в общем итоге оказалась в том числе и хорошим делом, так как заставила нас думать, заставила разбираться, где наши ошибки... Извлекая опыт из «культурной революции», мы выдвинули ряд мер по реформированию, …изменили жизнь людей. Так что плохое дело превратилось в хорошее дело». В 80-е годы в Китае несколько раз возникали студенческие волнения, многие были настроены очень пессимистически. А Дэн Сяопин считал, что в том, что «студенты побуянили не­много», была «своя польза»: напоминание о необходимости тщательно анализировать опыт реформ, посмотреть более внимательно на сферы, где накопились вопросы. Хотя в 1989 г. произошли беспорядки, Дэн Сяопин считал, что мятеж заставил злонамеренных людей обнаружить себя, «это на самом деле было хорошее дело». «Пережив мятеж, модернизация Китая и дело реформ и открытости можно осуществлять еще лучше, мятеж преподнес нам прекрасный урок» [2, с.310].

Еще более хладнокровие Дэн Сяопина проявилось в оценке самого себя. Когда после возвращения во власть он полностью изменил ситуацию в стране, повсеместно распространились славословия в его адрес. Часто высокую оценку Дэн Сяопину объединяли с критикой Мао Цзэдуна. Дэн Сяопин же трезво проанализировал свои прошлые ошибки: «не надо создавать впечатление, будто все были совершенно правы, и только один человек был неправ… Я сам совершал ошибки. В 1957 г. во время «борьбы с правыми» мы все были активистами, но расширение масштабов кампании - это моя ответственность, я был в то время генсеком. В 1958 г. во время Большого скачка мы все поддались горячке... Это не вопрос одного человека… Нет людей, не совершавших ошибок. Взять хотя бы меня. Если достичь соотношения сорок на шестьдесят, то есть шестьдесят процентов сделанного мной оценить как положительное, сорок процентов - как неудачное, - уже было бы неплохо....» [1]. Дэн Сяопин был против культа личности Мао Цзэдуна, но выступал и против складывания своего собственного культа личности.

Хладнокровие Дэн Сяопина проистекало из прозорливости, проницательности, бескорыстия. Иногда возникало ощущение, что ему уже открылись тайные пружины мироздания, и это позволяло ему быть естественным и непринужденным. Он не потирал руки от радости когда обстановка была благоприятной, и не печалился из-за совершенных самим ошибок, а старался сохранить в своих действиях принцип «искать истину в фактах». Осторожно и бережно, словно ступая по тонкому льду, он действовал исходя из интересов государства и народа. Именно поэтому мы не можем изображать его выдержку как философское спокойствие отрешенного от мира мудреца. Хладнокровие Дэн Сяопина было олицетворением глубокой сопричастности. Она включала глубокое чувство к Родине и народу, постоянную заботу о благополучии нации и развитии государства. Когда все были опьянены энтузиазмом кампаний, подобных «культурной революции», он подчеркивал, что в центре внимания должно быть экономическое строительство; когда существовала опасность крайней левизны, он подчеркивал не­обходимость борьбы с левым поветрием; в момент, когда появилась буржуазная либера­лизация, он выступил за «четыре основные принципа»; когда возник мятеж, он подчеркивал, что «стабильность превыше всего»; когда поветрие буржуазной либерализации превратилось в целое движение и возникла опасность негативного воздействия на экономическое строительство, он подчеркнул, что «развитие есть трудная дорога»; когда возникли зацикленность на стабильности и страх потрясений, он призвал ускорить темп реформ и смело экспериментировать. Его сопричастность выглядела как хладнокровие потому, что всегда существовала в рациональной форме.

 

4. Ценностные ориентиры мышления Дэн Сяопина

 

Мышление человека развертывается в сочетании с определенными ценностными установками и служит им. Мышление Дэн Сяопина имело ясную ценностную ориентацию.

1. Факты как главный критерий истины и поиски практической эффективности - главное в мышлении Дэн Сяопина. Поиск истины в фактах при всей универсальности имеет и конкретное содержание. Для Дэн Сяопина он стал эталоном, он постулировал необходимость исходить из реальности, а не из догм. «Факты» в формуле «искать истину в фактах» означают реальные вещи, которые противопоставляются теории, но также и означают реальность современного мира, Китая, каждого района, каждой отрасли экономики.

Ориентация на практическую эффективность - это внутреннее требование тезиса о поиске истины в фактах, это также цель поиска истины в фактах. Подчеркивание, что во всех видах деятельности необходимо ориентироваться на конечный результат - это самый нетривиальный аспект идей Дэн Сяопина. Бывший помощник президента США на национальной безопасности 3.Бжезинский говорил, что самое важное достоинство Дэн Сяопина - в его уникальной способности правильно оценить стратегическое положение: он никогда не тратил время на второстепенные вопросы, сосредотачиваясь на главной цели. Многие считают ценностные установки Дэн Сяопина классическими ценностями утилитаризма. Вопрос не в том, чтобы отрицать сходство с этим течением мысли, а в том, чтобы понять причины позиции Дэн Сяопина. В период до его прихода к власти страна была во власти разгула революционного романтизма, и, когда разгул пустой риторики дошел до логического предела, Дэн Сяопин стал своего рода перегибанием палки в обратную сторону. Одновременно отсталость Китая и бесчисленные упущенные шансы придали ему ощущение неотложности, поэтому он подчеркивал, что нельзя тратить время и упускать шансы в бесплодных дискуссиях.

2. Ориентация на интересы нации - базовая направленность мышления Дэн Сяопина. Центром и фокусом его мышления была Китайская Народная Республика или китайская нация. Дэн Сяопин подчеркивал необходимость ориентации на мир, но цель этой ориентации состояла в том, чтобы добиться возрождения китайской нации. Если вопрос касался интересов Китая, он ни в коем случае не шел на уступки, подчеркивал, что «государственный суверенитет, государственная безопасность должны всегда быть на первом месте» [1]. На вопрос журналистов, почему Тайвань непременно должен принадлежать Китаю, Дэн Сяопин сказал, что прежде всего это национальный вопрос, вопрос национальных чувств. Обсуждая с «железной леди» М. Тэтчер вопрос о возвращении Китаю Гонконга, он сказал: «Что касается вопроса о суверенитете, то по этому вопросу у Китая нет возможности для маневра… Вопрос о суве­ренитете не может даже обсуждаться». Когда после 1989 г. Запад ввел санкции против Китая, Дэн Сяопин не был поколеблен, он прямо и без обиняков заявил: «Некоторые люди выступают за права человека, но не забывайте, что есть еще суверенитет. Когда мы говорим о человеческом достоинстве, давайте не забывать, что есть еще и достоинство государства». «Суверенитет гораздо важнее прав человека» [2]. Национальные интересы были высшим принципом Дэн Сяопина, когда он занимался международными делами, сила и мощь китайской нации были для него отправной точкой размышлений о мире.

При обдумывании взаимоотношений между индивидом и государством Дэн Сяопин выступал за патриотизм и коллективизм, указывал, что интересы нации и го­сударства должны стоять на первом месте. Как говорил Ленин, патриотизм - это глубокое чувство по отношению к своей Родине. А коллективизм - это рациональные моральные принципы, в соответствии с которыми при столкновении между коллективными и индивидуальными интересами вторые осознанно подчиняются первым. В глазах Дэн Сяопина польза или вред для своей Родины есть водораздел, определяющий жизненные ценности: «Китайский народ имеет свое чувство национального достоинства и гордости, считая величайшим достоинством горячую лю­бовь к Родине, принесение всех сил на алтарь строительства социалистической Родины, а нанесение вреда интересам социалистического Китая, достоинству и авторитету – самым большим позором» [2]. Интересы нации были для него главной ценностной установкой. Многие западные специалисты считают его намного большим националистом, чем коммунистом.

3. Модернизация была главной темой мышления Дэн Сяопина. С XIX века прогрессивные китайцы осознавали связь между отсталостью Китая и его национальным унижением. Отсюда начались поиски путей модернизации; с ХХ века в Китае произошло множество разнообразных событий, большинство которых были связаны с выбором пути развития. Дэн Сяопин в юные годы отправился в заморские страны именно потому, что тоже был занят поиском пути модернизации Китая. На этом пути он и его соратники прошли через множество испытаний. Победившая революция была частью целой системы модернизационных усилий. В 1979 г. на совещании в области теоретической работы Дэн Сяопин отметил: «В чем наша главная задача на сегодняшний день и на достаточно длительный исторический период? В двух словах, осуществлять модернизацию. От того, удастся ли осуществить четыре модернизации, зависит судьба государства, судьба нации» [1]. Дэн Сяопин видел большой разрыв между реальностью Китая и целями модернизации. Поэтому в его мышлении в первую очередь утвердилось: наша страна все еще очень бедная, стать полноправными гражданами мира нам не хватает ресурсов, а бедность - это не социализм. Далее Дэн Сяопин определил место Китая в системе координат мировой истории: то, что Китай находится на начальной стадии социализма! Это определение положения Китая, указание на разрыв между реальностью и целями модернизации стимулировали энтузиазм китайского народа. Как можно было организовать этот энтузиазм, чтобы сократить этот разрыв? Дэн Сяопин выдвинул макростратегию «трех шагов», начертав будущий путь модернизации.

Отсталость Китая проявлялась во всех отношениях, но наиболее явно она была препятствием в экономике. Дэн Сяопин считал экономическое строительство центральной частью реформ и открытости. Среди таких критериев как «решение проблемы пищи и одежды» (вэньбао), «уровень малой зажиточности» (сяокан), «базовое осуществление модернизации» {цзибэн шисянь сянь-дайхуа) самыми важными были экономические критерии, а «достижение зажиточности всем вместе» (гунтун фуюй) является комплексным критерием экономической модернизации. Одновременно Дэн Сяопин подчеркивал, что модернизация не сводится к экономическому развитию, в ней очень важное место занимает духовная цивилизация. Один из важных показателей достижения целей модернизации - воспитание «человека четырех новых»: обладающего новыми идеалами, моралью, культурой и дисциплиной. Хотя стратегия модернизации Дэн Сяопина отличалась от других бывших социалистических стран, где пошли по пути проведения сначала политических реформ, это не значит, что Дэн Сяопин не уделял внимание политической модернизации. Он всегда считал, что без демократии нет социализма и, соответственно, нет и модернизации. Он личным примером положил конец системе пожизненных кадровых работников, дал толчок развитию правовой системы Китая.

4. Интересы народа - ценностный критерий мышления Дэн Сяопина. Его требования практической эффективности, «полезности» были направлены на защиту интересов масс; его мышление, отводящее приоритет национальным интересам, было ориентировано на удовлетворение интересов всего народа китайской нации, а интересы нации, государства и народа для него были едины. Модернизация Китая - главная тема мышления Дэн Сяопина - была нужна, чтобы дать народу зажиточную, демократическую, цивилизованную жизнь. «Три благоприятных» - это ценностный критерий Дэн Сяопина для оценки любого вида работы. «Благоприятный ли для развития производительных сил социалистического общества?» - это критерий производительных сил; «благоприятный ли для увеличения совокупной мощи социалистического государства?» - это национальный критерий и совокупный критерий; «благоприятный ли для повышения уровня жизни народа?» - это критерий интересов народа. В конечном итоге критерий производительных сил, национальный критерий, совокупный критерий являются инструментальными и базовыми, а критерий интересов народа говорит о конечной цели. Таким образом, интересы народа - коренная основа ценностной оценки.

 

5.  Исторические сравнения мышления Дэн Сяопина

 

Сравнение - метод овладения характеристиками вещей. В анализе мышления Дэн Сяопина важными факторами, помимо марксизма-ленинизма, являются китайские традиционные идейные системы, метод мышления Мао Цзэдуна и метод мышления руководителей Китая в эпоху после Дэна.

1. Сравнение с традиционными идейными системами Китая                                Дэн Сяопин горячо любил свою страну и землю, влияние на него традиционной китайской культуры было очень глубоким. Традиционное мышление оказало на него огромное влияние: мышление Дэн Сяопина имело отчетливые национальные черты. Это проявилось в том, что он унаследовал и развил традиционные китайские представления о каждодневном самосовершенствовании (цзыцян бу си). Дэн Сяопин не только сотворил чудо под руководством этих идей, но и повысил их до статуса современной идейной системы государства и нации, благодаря чему они превратились в источник неиссякаемой энергии для китайского народа в движении по пути модернизации. Содержащиеся в традиционном китайском мышлении практичность и прагматизм оказали большое влияние на Дэн Сяопина. Он уделял много внимания повышению уровня жизни народа, выступал против любых схоластических дискуссий, не соответствовавших «трем благоприятствующим»; лаконизм и простота стиля мышления Дэн Сяопина свидетельствуют о воздействии традиционного китайского стиля мышления. Он унаследовал китайскую традиционную диалектичность мышления, которая сыграла важную роль в формировании Дэн Сяопина как мастера диалектического метода. Традиционная стратагема «скрывать свои возможности и оставаться в тени» {таогуан янхуй) сыграла важную роль в формировании жизненной философии Дэн Сяопина и всей китайской государственной стратегии.

Различия мышления Дэн Сяопина и традиционного мышления заключаются в пре­одолении им рамок последнего.

Прежде всего, основанная на осознанном использовании марксистской методологии устремленность мышления Дэн Сяопина на мир и будущее коренным образом отличается от китайской традиции. Традиционное мышление, хоть и полное сил и энергии по своей внутренней жизненной силе, по своему кругозору было закрытым, ориентированным вовнутрь и глядящим в прошлое.

Во-вторых, мышление Дэн Сяопина отличает новаторство, в то время как традиционное мышление не понимало необходимости и даже выступало против новаций и нововведений. Раскрепощение сознания, за которое выступал Дэн Сяопин, развивало инновационное мышление, плодами которого были созданные им понятия «социализма с китайской спецификой» и «идеи Дэн Сяопина».

В-третьих, мышление Дэн Сяопина отличал осознанный упор на развитие науки и техники. Хотя в Древнем Китае имелись достижения в этой области, которыми можно с полным основанием гордиться, китайское традиционное мышление в целом относилось к науке и технике невнимательно и даже пренебрежительно. Дэн Сяопин же прозорливо указывал: «наука и техника - это первейшая производительная сила». И, исходя из необходимости выживания и развития нации, подчеркивал, что в научно-технической области Китай должен занять подобающее ему место в мире.

Наконец, важным отличием мышления Дэн Сяопина от традиционного, ориентировавшегося на внутренние размышления и медитацию, была опора на богатый внешний опыт.

Китайское традиционное мышление - это мышление внутренних переживаний, стремящееся реагировать на проблемы реальности морально-нравственными размышлениями. Дэн Сяопин уделял большое внимание идеалам и морально-нравственному воспитанию, но более значимым считал организационное строительство. Он считал, что установления и институты «гораздо в большей степени носят коренной характер, всеобъемлющий характер, стабильный и долговременный характер» [1], являются гарантией стабильного существования и упорядоченного развития общества.

2. Сравнение мышления Дэн Сяопина и Мао Цзэдуна

Мао Цзэдун был учителем и соратником Дэн Сяопина. Они оба были защитниками и продолжателями марксизма, а также национальными героями китайской нации. С точки зрения идейного спектра один является продолжателем другого, их отли­чия - это отличия в рамках одного направления мысли.

Во-первых, с точки зрения ценностной ориентации и, Мао Цзэдун, и Дэн Сяопин ставили главной целью своих размышлений могущество и богатство китайской нации. Все, что делал Дэн Сяопин, было завершением того, что хотел, но не смог (или не смог как следует) сделать Мао Цзэдун. Во-вторых, их мышления объединяет «поиск истины в фактах». Этот принцип был выдвинут Мао Цзэдуном, Дэн Сяопин рассматривал его как основу идей Мао Цзэдуна. Весь теоретический и практический вклад Мао Цзэдуна проистекал из этого принципа. В-третьих, мышление Мао Цзэдуна и Дэн Сяопина было стратегическим. Они любили и умели управлять сложными ситуациями, могли в простой и безыскусной манере одним движением, проявив государственную мудрость, полностью изменить ситуацию. В-четвертых, Мао Цзэдун и Дэн Сяопин оба были мастерами диалектического метода, обладали ярким диалектическим мышлением. Особенно это касалось способности использовать анализ содержания и сути диалектики - анализ противоречий. Наконец, они, не сговариваясь, полагали китайскую деревню ключевым звеном в решении всех основных вопросов Китая. Мао Цзэдун считал крестьянский вопрос центральным вопросом китайской революции, он открыл путь революции по принципу «деревня окружает город». Дэн Сяопин, размышляя о последовательности шагов в процессе реформ и открытости, также сделал фокусом вни­мания китайскую деревню, сделал точкой прорыва систему деревенского производственного подряда.

Конечно же, различия в мышлении Дэн Сяопина и Мао Цзэдуна, вызванные различием исторических условий и темперамента, также очень заметны.

Во-первых, хладнокровие и практицизм Дэн Сяопина можно рассматривать как исправление романтизма и горячности Мао Цзэдуна. Дэн Сяопин по характеру был очень простым и скромным человеком, у него не было «геройства» Мао Цзэдуна; в простых, лишенных всякого украшения лаконичных фразах Дэн Сяопина явственно чувствуется логическая отправная точка: он признавал только одну истину, а именно ту, что Китай очень беден, необходимо найти способы сделать так, чтобы людям в Китае «было, что есть», и чтобы, в конце концов, они пришли к зажиточности.

Во-вторых, различие бескомпромиссности, идеализма и прагматичности, терпимости. Мао Цзэдун в своих ценностных суждениях, как правило, отталкивался от идеалов и понятия чистоты, пытался быстро создать идеального человека и построить идеальное общество. Отправной точкой мышления Дэн Сяопина были реалии Китая: то, что он только что освободился от пут феодального общества, существовавшего несколько тысяч лет, что население огромно, инфраструктура слаба, страна отстает от капиталистических. С точки зрения Дэн Сяопина принцип эффективности может быть поставлен впереди принципа справедливости.

В-третьих, различие между политической революцией и экономическим строительством. Основная тема эпохи Мао Цзэдуна - война и революция, а также то, в чем он был наиболее успешен: политическая революция. Дэн Сяопин определил главную тему в эпоху после Мао Цзэдуна как «мир и развитие». Он считал, что «экономическая работа - это в настоящее время самая важная политика, экономические вопросы перевешивают все политические вопросы...то, что мы называем политикой, суть четыре модернизации» [1]. Его понимание сути социализма тоже не совпадало с пони­манием Мао Цзэдуна, отталкивавшегося от производственных отношений. Оно исходило из того, что суть социализма - в раскрепощении и развитии производительных сил.

В-четвертых, различие между ориентацией на мораль и на законность. Общество - это упорядоченная система, которая на двойной основе моральных и институциональных норм. Мао Цзэдун и Дэн Сяопин придавали большое значение реконструкции этих норм, но. Мао Цзэдун больше обращал внимание на моральные, а Дэн Сяопин - на институциональные. В этом аспекте его мышление обладало большей современностью. Он сформировал его в ходе осмысления ошибок, допущенных в последние годы жизни Мао Цзэдуна.

3. Сравнение с мышлением лидеров Китая в эпоху после Дэн Сяопина

            В Китае после Дэн Сяопина уже сменились три эпохи – Цзян Цзэминя, Ху Цзиньтао и Си Цзиньпина, которые сознательно наследовали и развивали его теорию. Только сравнив сходство и различие между ними, можно понять характер мышления Дэн Сяопина и его историческое место. Стиль управления и способ мышления Си Цзиньпина отличаются от Цзян Цзэминя и Ху Цзиньтао, причем в этом отношении отличий между Цзян Цзэминем и Ху Цзиньтао сравнительно мало. Поэтому постдэновскую эпоху можно разделить на два больших периода: эпоху Цзяна и Ху и эпоху Си.

Третье поколение руководителей Компартии Китая, ядром которого был Цзян Цзэминь, уделяло очень большое внимание выявлению, упорядочению, пропаганде и развитию теории Дэн Сяопина в соответствии с потребностями времени. На ХVI съезде КПК в 2002 году выдвинутая Цзян Цзэминем идея тройного представительства была включена в Устав партии. Избранное на ХVII съезде КПК новое  руководство партии во главе с Ху Цзиньтао определило в качестве руководящей политической идеи лозунг «высоко подняв великое знамя теории Дэн Сяопина, глубоко осуществлять важную идею тройного представительства». На ХVII съезде КПК выдвинутая Ху Цзиньтао концепция  научно обоснованного развития вместе с теорией Дэн Сяопина и идеей «тройного представительства» стали составными частями теоретической системы социализма с китайской спецификой.

Идейная преемственность Дэн Сяопина и следующего поколения лидеров КНР. отражает базовое единство способа мышления. Во-первых, всемерное продвижение развития Китая является отправной точкой и одновременно финальной целью, его альфой и омегой. Во-вторых, в поиске точки Архимеда, в опоре на которую можно было бы сдвинуть с мертвой точки дело развития Китая, и Дэн Сяопин, и его преемники крайне большое значение придавали науке и технике. В-третьих, в идейной области они подчеркивали важность инноваций. Кроме того, и Дэн Сяопин, и его преемники обладают широким взглядом на мир, устремлены в будущее и преследуют коренные интересы широких народных масс и т.д. Поддержание стабильности они рассматривали как предпосылку и гарантию успехов всей работы. Базовые причины этих сходств заключаются в том, что: 1) Главное содержание эпохи в виде мира и развития не изменилось, поэтому фон и объект мышления не претерпели качественных изменений. 2) Историческое положение Китая не претерпело существенных изменений, он продолжает находиться на первоначальной стадии социализма, великое возрождение китайской нации продолжает оставаться исторической задачей. Поэтому отправная и финальная точка мышления совпадают. 3) Руководящие идеи и дух практически совпадают. Теория Дэн Сяопина, важные идеи «тройного представительства», научно-обоснованная концепция развития - все имеют марксистскую основу.

Конечно, развитие всегда подразумевает диалектическое отрицание, подразумевает отличие последующего от предыдущего. Коренная причина возникновения различий в мышлении состоит в изменении мира, на который направлено это мышление. В период работы третьего и четвертого поколений руководителей главная тема эпохи в целом осталась прежней, но появились некоторые новые моменты. На рубеже двух веков ускорилась глобализация, Китай после долгих переговоров вступил в ВТО, мир в экономическом отношении стал действительно объединен рынком. Усиление международных и межличностных контактов повысили интенсивность культурных конфликтов, сделали экологический кризис и терроризм глобальными. Мир вступил в эпоху высокой взаимосвязи между сохранением и разрушением различных компонентов. Реформы привели к тому, что китайская экономика добилась признанных во всем мире успехов, Китай в целом решил проблему «обогреть и накормить» население.

Однако в ходе реформ накопились противоречия и проблемы - такие, как имущественное расслоение, ухудшение экологии, коррупция и моральное разложение, распространение суеверий. Только решив эти проблемы, Китай сможет действительно стать сильным и богатым. Эти проблемы, которые не имелись или не проявились в достаточной степени в эпоху Дэн Сяопина, стали повесткой дня руководителей постдэнсяопиновского периода. Это стало объективной основой относительно новых особенностей в идейной сфере.

Отличия мышления лидеров постдэнсяопиновского периода от мышления Дэн Сяопина сводятся к следующему:

Во-первых, в постдэновский период больше под­черкивается рациональность мышления. В эпохи Цзян Цзэминя и Ху Цзинтао большинство руководителей Китая были специалистами в области технических наук, получили строгую научную подготовку. В анализе проблем и принятии решений они в еще большей степени подчеркивают логическую всесторонность, осуществимость, просчитываемость. Они еще больше учитывают рекомендации аналитических центров, в которых работают интеллектуалы высокого уровня. Дэн Сяопин тоже обращал внимание на рациональность мышления и роль интеллигенции, но, поскольку он обладал начитанностью, которой не было у подавляющего большинства людей, колоссальным опытом и уникальной силой логики и интуиции, его мышление демонстрировало особый стиль: в нем сочетались опыт и логика, при этом опыт превосходил логику; совмещались интуиция и рациональность при более важной роли интуиции.

Во-вторых, различная степень акцентирования ключевого звена и всего остального в работе и в мышлении. Дэн Сяопин был, как и Мао Цзэдун, большим мастером диалектики, мастером овладения самым важным противоречием и самой важной стороной конкретного противоречия. Величие Дэн Сяопина состояло в том, что он нащупал главное звено отсталости экономики Китая и, устранив помехи внутри и вовне государства, без колебаний поставил экономическое строительство в центр всей работы. Тогда это было единственно верное решение. Но неизбежными последствиями этого стали имущественное расслоение, коррупция и моральное разложение, ухудшение экологии. По отношению к этим проблемам лидеры постдэнсяопиновского периода также подчеркивают необходимость развития, но развитие у них наполнено новым, более научным содержанием: они выдвинули концепцию «научно обоснованного развития». В ней указывается, что первейшей задачей является развитие, сердцевиной -установка «человек в основе всего», основным требованием - существление все­сторонней координации и последовательности, основным методом - единое планирование, учет всех факторов. Они также восстановили марксистские идеи важности всестороннего развития человека, зафиксировали «способствование все­стороннему развитию человека» в качестве критерия модернизации и цели борьбы китайских коммунистов.

В-третьих, хотя и Дэн Сяопин, и третье и четвертое поколения руководителей КНР прилагают все силы к решению задачи построения социализма с китайской спецификой, Дэн Сяопин больше обращал внимание на такие стратегические вопросы, как «что такое социализм, как строить социализм». У Цзян Цзэминя фокус осмысления стратегических вопросов был иным: «какую партию строить, как строить партию», а у Ху Цзиньтао - «какое развитие надо осуществлять, как развиваться». Дэн Сяопин в момент кризиса международного коммунистического движения заново сформулировал позицию Китая и ответил на вопрос о легитимности социализма в нем, а лидеры постдэнсяопиновского периода в условиях, когда реформы и открытость осуществлялись уже много лет, перед лицом новых проблем смогли заново сформулировать и обосновать позиции Коммунистической партии Китая, ее легитимность как правящей партии, а также ответить на вопросы о методах и способах ее строительства и строительства социализма в стране.

В-четвертых, в решении международных вопросов руководители третьего поколе­ния, базируясь на продолжении принципа «скрывать свои возможности и оставаться в тени» начали акцентировать принцип активной дипломатии (ю со цзовэй). В эпоху Дэн Сяопина государственная мощь Китая была невелика. Однако в эпохи Цзян Цзэмина и Ху Цзинтао стремительно развивалась глобализация, беспрецедентно выросла степень взаимосвязи Китая с миром. Происходящие в мире события затрагивают интересы Китая как крупной развивающейся страны и требуют того, чтобы Китай принимал решения, брал на себя ответственность. После тридцати лет развития у него появилась определенная экономическая база, в особенности, когда после эпохи Ху Цзинтао Китай стал вторым в мире государством по экономической мощи. Поэтому постепенный переход Китая ко все более активной внешней политике - естественный процесс.

Победоносное открытие ХVIII съезда Компартии Китая означало вступление Китая в эпоху Си Цзиньпина. Более тридцати лет политики реформ и открытости, успехи быстрой модернизации вернули Китай в центр мировой арены. Он вызывает во всем мире восхищение и зависть, но также и тревоги и страх. Испытывая  удовлетворение от  успехов, по многим конкретным вопросам китайцы выступают с жалобами и критическими замечаниями. На рубеже второго десятилетия ХХI века, сложилось такое общее впечатление: китайская нация по сравнению с любым прошлым периодом в наибольшей степени приблизилась к великому возрождению, но ей не «хватает последнего удара», и люди надеются на новую политику, новые установки государства.

Си Цзиньпин ответил на эти требования, как только встал во главе страны, заявив: «Мечты народа о счастливой жизни – цель нашей борьбы». Его индивидуальный стиль положил начало новому идеалу, новым идеям, новой стратегии государства. Его стиль мышления отличается от мышления как Цзян Цзэминя и Ху Цзиньтао, так и Дэн Сяопина. Наиболее глубокое впечатление на людей производит следующее: во-первых, в системном мышлении особо выделяется многоуровневое планирование и оптимизация структуры; во-вторых, при наличии всестороннего мышления особо подчеркивается роль главного звена и отстаивание правильного направления в решении вопросов; в-третьих, при подходе к глобальным проблемам больше обращается внимания на роль Китая в мире; в-четвертых, в научном мышлении делается больший упор на национальные культурные особенности; в-пятых, в гуманитарном и моральном воспитании больше внимания обращается на нормативное мышление.

         Однако, как считают многие внутри страны и за рубежом, Си Цзиньпин фактически начал в Китае второе издание политики реформ и открытости; его новые идеи, новая стратегия в управлении государством и политикой завершают, углубляют и повышают уровень соответствующих идей Дэн Сяопина, в особенности идей реформ. Си Цзиньпин считает, что выдвинутая им всеобщая цель всестороннего углубления реформы «совершенствования и развития строя социализма с китайской спецификой, продвижение вперед системы управления государством и модернизации способностей к управлению» являются ответом и современным развитием слов Дэн Сяопина о том, что «через тридцать лет мы сможем создать во всех отношениях ещё более зрелый и более сложившийся строй». При  реализации общего плана  «четырех всесторонностей»[3], осуществления всеобщего стратегического плана китайской мечты о великом возрождении китайской нации, главная идея Си Цзиньпина заключается в необходимости руководить и обеспечивать общественный порядок. Это продолжение идейного принципа Дэн Сяопина о том, что при проведении реформ ими необходимо руководить и при этом обеспечивать общественный порядок.

 

Литература

1. Дэн Сяопин вэньсюань (Избранные работы Дэн Сяопина). Изд. Жэньминь чубаньшэ, 1994, т.2 (на кит.яз.).

2. Дэн Сяопин вэньсюань (Избранные работы Дэн Сяопина). Изд. Жэньминь чубаньшэ, 1993, т.З, с. 310.

3. Мао Цзэдун сюаньцзи (Избранные произведения Мао Цзэдуна). Т. 5, Издательство Жэньминь чубаньшэ, 1977, с. 361 (на кит.яз.).

4. Мао Цзэдун сюаньцзи (Избранные произведения Мао Цзэдуна). Т. 7, Жэньминь чубаньшэ, 1999, (на кит.яз.).

5. Мао Цзэдун чжуань (1949-1976). (Биография Мао Цзэдуна). Институт изучения документации ЦК КПК. Изд. Чжунъян вэньсянь чубаньшэ, 2003, т.4. с. 1674 (на кит.яз.).

6. Чжэн Сяого. «Во ши чжунго жэньминь дэ эрцзы» («Я - сын китайского народа»). Изд. Чжунго гоцзи гуанбо чубаньшэ, 1993, с. 302 (на кит.яз.).

 

 

 

 

Перевод А.Н.Карнеева

Редакция В.Г.Бурова

 



[1] Гениальный, выдающийся

[2] Добродетельный, достойный, одаренный

[3] «Четыре всесторонности»: добиваться всестороннего  построения среднезажиточного общества, всестороннего углубления реформ, всестороннего управления государством на основе законов, всесторонне осуществлять  в партии строгую дисциплину – прим.перев.

комментарии - 1
KodnetSnink 13 ноября 2017 г. 8:52:29

Washercar - простейший способ стать хозяином собственного бизнеса

Мойки с самообслуживанием в последние десять лет стали одним из самых ярких трендов в отечественном предпринимательстве, просто потому что открытая в крупном городе мойка такого типа окупает цену своей установки примерно за 6 месяцев и начать приносить солидную прибыль. Самый лёгкий способ приобщиться к такому доходному бизнесу и завладеть своей мойкой автомобилей — это пользоваться фрашнизой от компании washercar.ru

За фактически десяток лет работы, указанная фирма ухитрилась спроектировать фирменное оборудование для моек и расширить свою сеть моек под маркой Wash and Go, что и распространяется по франшизе. Приобретая оборудование названной фирмы, вы в пакете получаете сопроводительную франшизу Wash and Go для собственного бизнеса.

Автомобильная мойка на пять мест способна пропустить через себя до четырёхсот машин за сутки и в среднем приносит до миллиона рублей чистой прибыли в месяц. Вместе с таким новеньким оборудованием вы получите сложную облачную систему CRM, которая в десятки раз упрощает процесс взаимодействия с клиентом. Система облегчит для вас процесс приёма платежей, подарит возможность построить бонусную систему для частых клиентов и в полуавтоматическом режиме создает финансовые отчеты.

Обитатели государств СНГ пока только привыкают к автомойкам с самообслуживанием у которых есть значительное число достоинств перед классическими портальными автомойками.

Среди этих достоинств: немаленькая экономия денег клиента, возможность самостоятельно контролировать качество мойки кузова и др. И поэтому [url=https://washercar.ru/catalog/mojka-pod-klyuch1/]строительство автомойки самообслуживания под ключ цена[/url] через парочку лет может сделать вас богатым человеком, поспешите присоединиться.

Мой комментарий
captcha