Ранний опыт государственного строительства большевиков и Конституция РСФСР 1918 года    6   8264  | Официальные извинения    715   53345  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    214   53019 

Феномен Wert(h) в аксиологическом измерении

Стоимость versus ценность

Несмотря на большой  массив  литературы,  посвященной  стоимости  [3. С. XVI; 7. С. XXVIII; 1. С. 28—30; 12. С. 254—268; 10. С. 218—233; 17. S. 165—177; 11. С. 104—121; 2. С. 122—154; 18. S. 13—66], тайна ее до сих пор остается скрытой для большинства интересующихся данной проблемой. Причиной этого является синтез двух исследовательских снобизмов. Во-первых, негласный культ первого тома «Капитала» не позволяет видеть всю полноту и целостность марксистской политической экономии тем, кто не успевает либо уже не хочет изучать все наследие классиков.

 Во-вторых, люди не хотят или не могут читать труды К. Маркса и Ф. Энгельса в подлиннике, доверяясь советскому переводу, который не всегда адекватно передает аутентичный смысл марксистского нарратива. На- пример, 100 лет назад в России в политэкономической литературе наря- ду с термином «стоимость» широко употребляли и слово «ценность» для обозначения немецкого Wert(h)1.

Утрата этой традиции пагубно сказалась на понимании сердцевины марксизма. Казалось бы, какая разница — переводим Wert(h) как «цен- ность» или как «стоимость»? На деле отличие существенное. Ведь, когда мы употребляем термин «ценность», то тем самым выходим на слово «ценить». А ценит, оценивает только человек: слово «ценность» несет на себе большой субъективный отпечаток. Если нет такого субъективного, ментально-чувственного акта, как рыночная оценка, то значит, нет и экономической ценности. И наоборот, когда мы употребляем термин «стоимость», то отталкиваемся от другого слова — «стоить». Иными словами, благо как бы само по себе сто´ит, без участия человека — находится в определенном состоянии. В результате перед нами полная объективизация процесса, ко- торый может протекать и без рыночной оценки и товарно-денежного об- мена. И если вы придерживаетесь трудовой концепции стоимости, то тогда вполне логичным выглядит вывод о том, что стоимость вечна, поскольку вечен трудовой процесс. Итак, вещь сама по себе стоит, а ценность, т. е. значимость, возникает именно в сознании человека.

Кроме того,  при  попытке  критического  анализа  лингвистики  текстов К. Маркса и Ф. Энгельса возникает много парадоксов. Так, классики марксизма употребляли отнюдь не немецкий эквивалент русского слова «стоимость» — Kosten. То, что у нас обычно переводят как «стоимость», у немцев (в том числе и у Маркса с Энгельсом, разумеется) передается словом Wert(h). С ним по существу совпадает русское слово «ценность», а не «сто- имость». Точнее, «стоимость» как экономическое понятие — лишь одно из значений понятия «ценность».

При  анализе  всего  блока  однокоренных  немецких  слов,  связанных с термином Wert(h), в глаза бросается явная искусственность одного из русских значений данного термина, а именно слова «стоимость». Оно находится в резкой дисгармонии с окружающими его словами «ценность», «ценить» (werten), «оценивать» (werten), «обесцененный» (wertlos), «оценка» (Wertung), «(драго)ценный» (wertvoll). Это косвенно доказывает позднее  происхождение  и  принудительное  внедрение  «стоимости»  в  массив «ценности» [8. С. 361; 9. С. 504—505]. В современных немецко-русских словарях при переводе немецкого Wert(h) слово «стоимость» представ- лено как ведущее значение, но в конце XIX в. все было наоборот. «Стоимость» располагалась на нижнем этаже в иерархии значений [4. С. 888; 6. С. 1453].

Парадоксальность переводов слова Wert(h) Г. А. Лопатиным, Н. Ф. Даниельсоном, Н. Н. Любавиным, В. И. Лениным, И. И. Скворцовым-Степановым и более поздними советскими переводчиками становится очевидной при рассмотрении известного отрывка из текста письма Ф. Энгельса К. Каут- скому от 20 сентября 1884 г.: “Ähnlich machst Du es mit dem Wert(h). Der jetzige Wert(h) ist der der Warenproduktion,  aber  mit  Abschaffung  der  Warenproduktion  “a¨ndert”  sich auch der Wert(h), d.h. der Wert(h) an sich bleibt, wechselt nur die Form. In der Tat  aber  ist  der  o¨konomische  Wert(h)  eine  der  Warenproduktion  angeho¨rige Kategorie  und  verschwindet  mit  ihr  (s.  ‘Du¨hring’,  S.  252—262),  wie  er  vor ihr  nicht  bestand.  Das  Verha¨ltnis  von  Arbeit  zu  Produkt  dru¨ckt  sich  vor  der Warenproduktion und nach ihr nicht mehr in der Form von Wert(h) aus” [15. S. 210].

«Нечто подобное ты проделываешь со стоимостью. Теперешняя стоимость — это стоимость товарного производства, но с упразднением товарного производства “изменяется” также и стоимость, то  есть  сама  по себе стоимость остается, меняется лишь форма. На самом же деле экономическая стоимость — категория, свойственная товарному производству, и исчезнет вместе с ним (см. “Дюринг”, стр. 252—262) точно так же, как она не существовала до него. Отношение труда к продукту не выражается в форме стоимости ни до товарного производства, ни после него» (курсив мой. — В. В.) [14. С. 181].

В данном отрывке Энгельс наряду с немецким словом Wert(h) использует более  сложный  термин  der  o¨konomische  Wert(h),  отождествляя  их.  В  этой ситуации хороший переводчик, даже не особо знакомый с экономикой, чтобы не попасть впросак, переведет не «экономическая стоимость», что мы наблюдаем в тексте классического советского перевода, а «экономи- ческая ценность», ибо любой образованный человек понимает, что неэкономической стоимости в русском языке не существует. Поэтому этот термин переводил либо социально безграмотный переводчик, в чем мы сомневаемся, либо человек умный и знающий цену каждому слову класси- ков, которому надо было стереть из памяти нового поколения истинный смысл марксистского нарратива. Сделать это надо было с одной целью — отождествить экономическую ценность с ее носителем, т. е. с трудом и его результатами, дать ей самостоятельную жизнь вне рынка, конкуренции и товарно-денежной оценки и тем самым оправдать существование закона стоимости при советском социализме.

Сущность феномена Wert(h)

Все политэкономические и лингвистические дискуссии, которые велись на тему Wert(h), застряли в метафизическом противостоянии: если марксов термин Wert(h) есть стоимость, то, следовательно, он — не ценность и наоборот. В ходе изучения дискуссий о правильности перевода Wert(h) на русский язык стало очевидно, что начинать надо не с лексики и грамматики, а с сути феномена Wert(h), и тогда появится возможность естественно и гармонично перевести это слово в контексте открывшегося нам смысла. Значение понятия Wert(h) можно найти за пределами первого тома «Капитала» К. Маркса, т. к. он там прямо не раскрывается, но всегда учитыва- ется и подразумевается. О том, что такое Wert(h), прямо написано в работе Ф. Энгельса «Наброски к критике политической экономии». Разбирая пу- таницу буржуазной политической экономии по поводу Wert(h), Ф. Энгельс писал: «Ближайшей категорией, которая обусловлена торговлей, является стоимость

Экономист, оперирующий противоположностями, имеет дело… и с двоякой стоимостью: абстрактной, или реальной, стоимостью и меновой стоимостью. О сущности реальной стоимости шел долгий спор между англичанами, считавшими издержки производства выражением реальной стоимости, и французом Сэем, утверждавшим, что эта стоимость измеря- ется полезностью вещи…

Попытаемся внести ясность в эту путаницу. Стоимость вещи включает в себя оба фактора, насильственно и, как мы видели, безуспешно разъеди- няемое спорящими сторонами. Стоимость есть отношение издержек производства к полезности. Ближайшее применение стоимости имеет место при решении вопроса о том, следует ли вообще производить данную вещь, т. е. покрывает ли ее полезность издержки производства. Лишь после этого может идти речь о применении стоимости для обмена. Если издержки про- изводства двух вещей одинаковы, то полезность будет решающим момен- том в определении их сравнительной стоимости» [13. С. 551—553].

Таким образом, Энгельс показывает объективно-субъективную природу Wert(h): это те затраты труда, которые мы считаем важными и полезны- ми для себя и можем получить в ходе торговли. То же самое мы встречаем и у Маркса: «вещь не может быть стоимостью, не будучи предметом потреб- ления. Если она  бесполезна,  то  и  затраченный  на  нее  труд  бесполезен, не считается за труд и потому не образует никакой стоимости» [5. С. 49].

Как же складывается Wert(h)?

При любом обмене, нацеленном на получение выгоды, каждый его участник заинтересован в понимании как личной, так и общественной ценно- сти своего отдаваемого блага и блага, которое он хочет получить взамен.

Количественная сторона товарно-денежной оценки возникает в силу того, что для потребителя недостаточно определить важность того или иного блага. Ему необходимо знать и его количество, чтобы соотнести со своими потребностями. Если в обмене участвуют результаты труда, то тогда через меновую ценность мы можем определить общественную цен- ность самих этих результатов труда. Единицей измерения при этом является количество ценности эквивалента. Поскольку обмен происходит с по- мощью денег, то и оценка результатов труда осуществляется с помощью денег. Но деньги скрывают сущность оценки, т. е. тот факт, что в реальности количественным выражением экономической ценности является рабочее время, потраченное на создание блага, но только при условии участия этого блага в обмене, т. к. без обмена невозможно вступить в ценностное отношение и выявить экономическую ценность блага. Поскольку мы имеем дело с результатами труда, то, следовательно, через их ценность мы устанавливаем ценность самого труда. Поэтому очевидно, что определенное количество труда и создает количественную основу будущей ценности.

Получить предмет и выявить, соизмерить затраты и результаты, связанные с ним, можно только на рынке, и поэтому оценка здесь происходит не напрямую, а окольным путем через составление пропорции соотношения затрат на основе эквивалента. Здесь индивидуальная оценка соотно- сится с объективированной в ходе спроса и предложения общественной оценкой блага. Хотя общественная объективированная оценка пробивает себе дорогу через всю совокупность индивидуальных оценок, но отдельная индивидуальная оценка товара может и не совпадать с общественной оценкой.

Итак, очевидно, что экономическая ценность, обозначенная К. Марксом и Ф. Энгельсом термином Wert(h), является разновидностью ценности во- обще, и поэтому она, как и любая ценность, существует только через диалектиче- ское единство субъективного и объективного моментов. Wert(h) субъективна по форме, т. е. по своему творцу, и объективна по содержанию. Иными слова- ми, она возникает и существует в голове человека, но ее внешним носите- лем может быть только объективный трудовой процесс и его результаты, а также объективированная общественная рыночная оценка.

Единство субъективного и объективного моментов выражается не толь- ко на уровне субъект-объектного отношения, т. е. рыночной оценки чело- веком какого-либо блага, но и субъект-субъектного отношения по поводу значимости блага, возникающего между участниками обмена. Игнориро- вание данной диалектической взаимосвязи субъективного и объективного в ценностном отношении породило два уклона, характерных для совре- менной политической экономии. Экономическая ценность либо  становится жертвой субъективизма, как в маржинализме, либо отождествляется со своим материальным носителем и превращается в самостоятельную экономическую субстанцию с помощью процесса гипостазирования.

Для преодоления данного метафизического «раздвоения» и абсолюти- зации исходных противоположностей вернемся к примеру Ф. Энгельса. Если мы имеем два продукта с одинаковыми издержками, но с разной полезностью (предположим, что это продукт «0» и продукт «1»), то с точки зрения именно ценностной парадигмы продукт «1» будет иметь ценность для покупателей. Поэтому он превращается в товар, и тогда количество труда, потраченное на его производство, становится его  стоимостью. При этом продукт «0», не имеющий какого-либо спроса, т. е. ценности для покупателей, не может стать товаром и приобрести количественное измерение на рынке, т. е. стоимость. И получается, что стоимость — это количественное выражение экономической ценности товара. И для того, чтобы прийти к стоимости, затраты труда различных товаропроизводителей снача- ла оцениваются, сопоставляются, моделируются, а затем уже объективируются в акте купли-продажи.

Раз речь чаще всего идет уже именно о востребованных товарах, т. е. благах, которые продаются с учетом их полезности, то и использование термина «стоимость» для количественного выражения ценности товара является правомерным. Однако нужно помнить, что экономическая цен- ность и стоимость товара — это две неразрывные противоположности, не существующие друг без друга. Отсюда вытекает и важное следствие: как только исчезает рыночный обмен и оценка товара, тут же исчезает и Wert(h) как диалектическое единство экономической ценности и стоимости товара.

Таким образом, перед нами феномен ценности, который имеет эконо- мическую специфику. Поэтому переводить Wert(h) в политэкономических трудах классиков надо как «ценность», но с уточнением — «экономическая ценность». Можно переводить и как «стоимость», но при этом оговаривая, что Wert(h) как стоимость — это количественное выражение экономической ценности.

Двойственная природа Tauschwert(h) и Gebrauchswert(h)

Экономическую ценность, а следовательно, и стоимость одного блага, количественно выраженную через экономическую ценность и стоимость другого блага с помощью экономической ценности и стоимости эквива- лента обмена, можно назвать меновой стоимостью Tauschwert(h). Для нее совершенно «безразлично», что под ней прячется: природное благо или рукотворное, продукт материального или духовного производства, продукт или процесс, вещество или энергия, — для обмена не важен субстрат меновой стоимости. Если на рынке представлены не результаты труда, меновая стоимость как количественное выражение рыночного соотношения экономической ценности обмениваемых благ может существовать без стоимости товара, которую она представляет. Но стоимость товара всегда выражается через меновую стоимость, и поэтому экономическая рыночная ценность результатов труда до участия в обмене, т. е. до встречи с меновой оболочкой, не существует.

Наличие меновой стоимости не предполагает существование меновой ценности, ибо и стоимость, и меновая стоимость есть проявления одной и той же экономической ценности товара, при которой стоимость сводится к количеству затраченного на него труда, а меновая стоимость — к его обмениваемому количеству. Этот вывод близок к выводам В. Я. Чеховского о Tauschwert(h). Он также приходит к выводу о том, что речь идет о коли- чественном выражении, и поэтому переводить используемый К. Марксом термин надо с помощью русского слова «стоимость». Отличие его подхода от нашего в том, что он не учитывает субъективного опосредования затрат труда в виде экономической ценности, а сразу выводит Tauschwert(h) как количественную форму «выражения общей всем товарам субстанции — человеческого труда» [11. С. 104].

Как же на самом деле происходит восхождение от абстрактного к кон- кретному в процессе товарно-денежной операции?

Взаимодействие объективного и субъективного моментов экономиче- ской ценности/стоимости идет по схеме триады Гегеля. Затраты труда (непосредственно данные, если это относится  к  нашим  продуктам,  или уже ограниченные полезностью, конкуренцией,  спросом  и  предложением, если речь идет о чужих товарах) в ходе распредмечивания  (рыночной оценки)  переходят  в  свой  антитезис.  Его  содержание  составляет модель обмена, т. е. математическая пропорция обмена,  выраженная через эквивалент и подтверждающая полезность блага. В ходе второго отрицания, сутью  которого  является  опредмечивание  конкретной  моде- ли обмена, мы приходим  к  синтезу,  т.  е.  к  акту  купли-продажи  (обмену  затратами  труда).   Последовательные   действия   «распредмечивания» и «опредмечивания» в реальности зачастую слиты и представляют собой разновидность не только временной, но и имманентной триады (затраты труда — модель обмена — акт купли-продажи). Иными словами, в голове человека один и тот же предмет может одновременно  рассматриваться по-разному:  как  конкретное  благо,  как  экономическая  ценность и как стоимость товара.

Такой же двойственный (объективно-субъективный) характер имеет и «потребительная стоимость» — Gebrauchswert(h). С одной стороны, это потребительная ценность или полезность, с другой — потребительная стоимость. И опять, как и в случае Wert(h), именно полезность блага определяет само благо: «Полезность вещи делает ее потребительной стоимостью» [5. С. 44]. Иными словами, во время осознания потенциальной пользы возможного удовлетворения от потребления блага возникает мысль об его полез- ности. Так рождается потребительная ценность — как духовный субстрат и антитезис потребляемого блага. И уже именно благодаря потребительной ценности в ходе второго отрицания благо становится потребительной стоимостью, выражающей уже не значимость вещи для потребителя (что делает потребительная ценность), а «вещественное содержание богатства» в его «количественной определенности» [5. С. 44].

Выходит, потребительная стоимость по механизму своего формирования — это количественное выражение и опредмечивание (материализация) потребительной ценности; т. е. потребителю важен не просто предмет, а конкретный предмет в его количественной вещественности. Исходя из этого, потребительная ценность и потребительная стоимость функционально совпадают, являясь при этом совершенно различными феноменами по механизму своего формирования. Это создает путаницу, сокрытую одним и тем же термином Gebrauchswert(h).

Чем же отличается потребительная ценность от экономической ценности? Первая характеризует значимость блага для потребителя, вторая — для покупателя. Первая универсальна и в географическом, и в темпоральном аспектах; вторая ограничена товарно-денежными отношениями. Первая более фундаментальна — вне ее экономическая ценность теряет смысл. Поскольку без экономической ценности не существует стоимости, а без потребительной ценности — потребительной стоимости, то, следовательно, стоимость и потребительная стоимость также оказываются на разных полюсах хозяйственной жизни. Потребительная стоимость — это атрибут всей человеческой жизни, а стоимость — атрибут жизни в рамках товарно- денежных отношений.

* * *

Итак, феномен Wert(h) представляет собой единство экономической ценности и стоимости товара, качественной и количественной стороны рыночных отношений. С другой стороны, Wert(h) не может возникнуть без феномена Gebrauchswert(h), который, в свою очередь, является диалектиче- ским единством потребительной ценности и потребительной стоимости. Важным, завершающим звеном возникшего товарно-денежного механизма становится меновая оболочка экономической ценности и, следователь- но, стоимости в виде меновой стоимости. Отсюда следует, что затраты тру- да связаны со стоимостными отношениями лишь через экономическую оценку и меновую стоимость. Их исчезновение фактически означает исчезновение и самого феномена Wert(h).

Литература

1. Брагинский С. В., Певзнер Я. А. Политическая экономия: дискуссионные проблемы, пути обновле- ния. М. : Мысль, 1991.

2. Васина Л. Л. «Ценность» versus «стоимость» — «за» и «против» // Альтернативы. 2015. № 2.

3. Даниельсон Н. Ф. Предисловие ко второму русскому изданию I тома «Капитала» К. Маркса // Маркс К. Капитал : Критика политической экономии. СПб. : [б. и.], 1898. Т. I.

4.Ленстрем Н. Немецко-русский словарь. Зондерзгаузен ; Лейпциг ; СПб. ; М. ; Одесса ; Рига ; Дерпт, 1871—1886. Ч. II: Немецко-русская часть.

5.Маркс К. Капитал : Критика политической экономии. М. : Издательство политической литературы, 1988. Т. 1. Кн. I: Процесс производства капитала.

6. Павловский И. Я. Немецко-русский словарь. Изд. 3-е, исправл. и значит. доп. Рига : Издание Н. Ким- меля, 1888.

7. Струве П. Б. Предисловие редактора русского перевода // Маркс К. Капитал : Критика политической экономии. СПб. : О. С. Попова, 1899. Т. I.

8. Толкачев А. И. Немецко-русский словарь. Кострома : ОАО «Кострома», 2005.

9. Толкачев А. И. Учебный толковый немецко-русский словарь (словообразовательный). Новосибирск : Сибирское соглашение, 2000.

 10. Чеховский В. Я. О переводе марксова понятия “Wert” на русский язык // Новые материалы о жизни и деятельности К. Маркса и Ф. Энгельса и об издании их произведений / Институт марксизма-ленинизма при ЦК КПСС : сборник. М., 1989. Вып. 5.

11. Чеховский В. Я. Предисловие ответственного редактора и переводчика : Карл Маркс. Капитал. Том I / пер. с нем. // Альтернативы. 2015. № 2.

12. Шухов Н. С. Ценность и стоимость (опыт системного анализа). М. : Издательство стандартов, 1994. Ч. 1: Проблемы ценности и стоимости в зарубежной литературе.

13. Энгельс Ф. Наброски к критике политической экономии // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Изд. 2-е. М. : Издательство политической литературы, 1955. Т. 1.

14. Энгельс Ф. Письмо Ф. К. Каутскому от 20 сентября 1884 года // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Изд. 2-е. М. : Издательство политической литературы, 1964. Т. 36.

15. Engels an Karl Kautsky in Zu¨rich. London, 20. Sept. 1884 // Marx K., Engels F. Werke. Berlin : Dietz Verlag, 1979. Bd. 36.

16. Marx K. Das Kapital. Kritik der politischen Oekonomie. Hamburg : Verlag von Otto Meissner, 1867. Erster Band. Buch I: Der Produktionsprocess des Kapitals.

17. Tschechowski  V.  Zur Übersetzung des Marxschen Begriffs Wert ins Russische // Beitra¨ge zur Marx— Engels—Forschung. Neue Folge. Hamburg : Argument Verlag, 2007.

18.Ruben Р. Was bleibt von Marx’ o¨konomischer Theorie? // Die o¨konomische Theorie von Marx was bleibt? Reflexionen nach dem Ende des europa¨ischen Kommunismus /  C. Warnke, G. Huber (Hg.). Marburg : Metropolis Verlag, 1998.

комментарии - 1
юрий 20 ноября 2022 г. 21:40:27

ПОХОЖЕ ПРОИЗВОДИТЕЛИ ТОВАРОВ В СССР О ПОТРЕБИТЕЛЬСКОЙ ЦЕННОСТИ НЕ ДОГАДЫВАЛИСЬ

Мой комментарий
captcha