Официальные извинения    1   457  | Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    87   2827  | «Пролетарская» Спартакиада 1928 г. и «буржуазное» Олимпийское движение    283   8353 

Инновационный тип развития экономики: способы перехода

Вопрос об универсальности рыночной экономики

Представление о  происходящем в мире человек приобретает двумя способами: в готовом виде от авторитетных для него людей либо самостоятельной перерабатоткой поступающей к нему информации.

Особый интерес представляет формирование отношения  к наиболее эффективной модели общественного устройства. Теория либерализма предполагает, что осознание всеми людьми перспективности той или иной модели общественного устройства происходит самостоятельно, при помощи сознательного, кропотливого анализа. То, что представления людей навязываются им СМИ, образованием и пропагандой, игнорируется.

Считается, что большинство оценивает события истории или выбирает политические партии обдуманно, методично, со знанием дела. Без этого идея демократического принятия решенийя не смогла бы выдержать даже элементарной критики: если признать что при голосовании люди всего лишь воспроизводят какую-то чужую точку зрения, подобный способ управления сразу же теряет легитимность.

Поэтому распространяться об обработке народных масс СМИ, продукцией Голливуда и образовательными программами в среде либералов не принято.

На деле лишь небольшая часть людей подходит к вопросу о своих экономических и политических убеждениях критически и обдуманно. Большинство принимает на веру все, что озвучивают авторитетные для них источники. Приятный досуг для него предпочтительней серьезных занятий по обретению дополнительных знаний, их анализу, систематизации и критике [9;10].

Так всегда было и, по-видимому, будет в дальнейшем. Важно четко осознавать, что каждое конкретное состояние общественного сознания вовсе не свидетельствует о его правоте. Конкретное содержание общественного сознания лишь отражает соотношение различных общественных сил в их борьбе за власть.

Вся история человеческих обществ основывается на том, что высшие социальные страты формируют содержание общественного сознания населения страны [7].

Зависимость общественного сознания от идеологической политики элиты, - норма. Но, в истории случаются периоды, когда общественное сознание оказывается противоположным представлениям, которые транслируется высшими стратами.

Это означает не то, что основная масса людей вдруг начала самостоятельно мыслить, а то, что процесс формирования общественного сознания перехватили какие-то другие группы. Такими "перехватчиками" были первые христиане, революционеры и оппозиционеры, подготовившие в СССР события 1991 года. Как правило, впоследствии эти люди низвергают власть и сами начинают формировать высшие страты нового общества.

Сегодня в сознании большинства людей сформировано представление о наибольшей эффективности модели общества, основывающейся на рыночной экономике и демократической власти [8].

Долгое время почти все развивающиеся государства старались двигаться в этом направлении и пытались обустроить свои страны по западным лекалам. Положительные результаты могут продемонстрировать лишь немногие. У большинства положительных экономических сдвигов так и не произошло. А у добившихся успеха его причиной мог быть как переход к рынку, так и раскрытие Западом своих рынков для их продукции.

Поскольку основным фактором экономического развития сегодня является распределение спроса на мировых рынках, второй фактор оказывается намного весомее перехода к демократии и рынку. (Одними таможенными и лицензионными рычагами, находящимися в руках Запада, можно легко «поднять» и подорвать почти любую промышленную страну).

Между тем поборники либерализма настойчиво уверяют, что только рынок и демократические преобразования способны обеспечить экономическое процветание развивающихся стран. Эту догму они стараются закрепить в общественном сознании самыми разными способами. Прежде всего – отсылкой к историческому опыту экономически развитых стран. Такой подход срабатывает только до осознания того, что конкурентная среда в период развития промышленности в Голландии, Англии и Франции была совсем иной, чем сейчас. Сегодня пробиться на мировые рынки значительно сложнее, чем тогда. Логика этого аргумента соотносима с детским вопросом о том, почему рыбы в настоящее время не эволюционируют в пресмыкающихся. Ответ очевиден – не успевают: их съедают представители более приспособленных видов, которые уже давно освоили сушу.

Пытаться повторить путь лидеров-первопроходцев – значит готовить себя на заклание. Промышленно более развитые государства в свои рыночные ниши никого не допустят: их производство более конкурентоспособно. Войти на мировой рынок можно только созданием собственных инноваций и новых производственных технологий.

Когда ссылка на опыт стран Запада перестает восприниматься, западные специалисты меняют аргументацию, сравнивая заинтересованность частного предпринимателя и государственного чиновника при управлении производством. Из признания того, что заинтересованность предпринимателей выше [8; С.30], вроде бы вытекает вывод о большей эффективности рынка по сравнению с централизованно управляемой экономикой.

В части хозяйственной деятельности этот вывод верен. Подлог в том, что развитие экономики страны – совсем не то же, что хозяйственная деятельность предпринимателя.

Первое включает развитие фундаментальной науки, прикладной науки, опытно-конструкторские разработки, внедрение и производство продукции со всеми инфраструктурными и социальными проектами, проводимыми в государстве. Второе же включает управление производством, разработку логистики и лишь последние стадии научно-технических работ по созданию новых средств производства.

Предприниматель как субъект хозяйствования появился только после возникновения классической науки. Пока ученые и изобретали не создали первые машины, станки и паровой двигатель, никаких предпринимателей не было и в помине. До эпохи машинного производства основными субъектами общественного производства были помещики с крепостными, мастера ремесленных цехов с наемными рабочими и купечество.

При этом заслуги предпринимателей в создании классической науки нет. Они и сегодня не вкладывают в развитие фундаментальной науки: это в 99 случаях из 100 приводит к потере вложенных средств.

Для предпринимателей от открытий в области фундаментальных исследований нет никакой пользы. Задачи, которые решает фундаментальная наука, с предпринимательством связаны лишь косвенно.

Фундаментальная наука разрабатывается в основном для создания мировоззренческих систем, которые необходимы для формирования общественных институтов. Использование плодов фундаментальной науки прикладной – лишь побочный эффект выполнения основного предназначения фундаментального знания. Поэтому интерес к ним проявляли только правящие классы: они всегда нуждались в легитимности своего господства.

Нелегитимных вождей свергают при первом удобном случае. Легитимность обеспечивают только институты, которые прочны, лишь если опираются на целостную мировоззренческую систему. Если последняя будет путаной и начнет противоречить жизненной практике, созданные на ее основе институты станут хлипкими и недолговечными.

Распад СССР во многом был предопределен тем, что официальная мировоззренческая система перестала отражать реалии времени. Ее надо было совершенствовать, но этим никто не занимался, и легитимность власти рухнула: из-под нее убрали идеологическую опору. В результате легкий ветерок экономических неурядиц очень быстро ее снес, хотя в период Великой Отечественной войны никакая сила не могла поколебать Советскую власть. Сила советских институтов, опирающаяся на целостную и самую прогрессивную в мире мировоззренческую систему, придавала советским людям такую духовную мощь, которая повергала в шок врагов, никогда не сталкивавшихся в своей жизни с подобным.

Высшие страты общества всегда нуждаются в хорошей разработке мировоззренческой основы их институтов. Этим всегда занимались профессионалы "идеологического фронта": в Древнем Египте и Вавилоне - жрецы, в средневековой Европе – теологи, в современном мире – ученые и философы.

Высшие страты общества создают условия деятельности ученых, разрабатывающих мировоззренческую систему, и осуществляют подбор и расстановку кадров, руководящих этой работой. Главным является то, какие методы формирования знаний использует эти кадры.

При общем подходе к их классификации выделяют два типа научного мышления: рассудочное и разумное.

 

Два способа научного мышления

 

При рассудочном способе обобщения различных предметов и явлений объединяются и связываются только чувственно воспринимаемые людьми эмпирические факты. В результате этого обобщения образуются определенные понятия и категории. При разумном способе обобщения происходит связывание между собой понятий, которые были образованны ранее.

Суть противопоставления рассудка и разума - в раскрытии механизма возникновения и формирования понятий и категорий. Отмечая роль и значение понятий и категорий в процессе познания, Э.В. Ильенков пишет: "Категории как раз и представляют собой те всеобщие формы (схемы) деятельности субъекта, посредством которых вообще становиться возможным связанный опыт, т.е. разрозненные восприятия фиксируются в виде знания" [2, С. 67]. Поэтому сущность деятельности работников науки - осуществление обобщений и поиск объективных, необходимых связей между явлениями. Характеризуя второй уровень обобщения, он замечает: "Речь идет уже не о схемах синтеза чувственных данных в рассудке, а о единстве самого рассудка и продуктов его деятельности в составе теории, в составе понятий и суждений. Конечно, обобщение фактических данных с помощью понятия и обобщение понятий с помощью теории, с помощью идеи или всеобщего руководящего принципа – совершенно разные операции. И правила здесь должны быть иные" [2, С. 71].

Первое четкое понимание различия методов в постижении реальности было достигнуто И. Кантом. Э.В. Ильенков отмечал: "… в логике Канта возникает еще один этаж, своего рода "металогика истины", ставящая под свой критический контроль и надзор не отдельные акты рассудочной деятельности, а весь рассудок в целом, так сказать Мышление с большой буквы. Мышление в его высших синтетических функциях, а не отдельные и частные операциональные схемы синтеза. Стремление мышления к созданию единой, целостной теории не может и не хочет удовлетвориться простым агрегатом, простым нагромождением частных обобщений, а всегда старается свести их воедино, увязать друг с другом с помощью общих принципов" [2, С. 71-72].

Таким образом, диалектический способ мышления представляет собой создание системного представления о реальной действительности, то есть представления, взятого во взаимосвязи с другими явлениями. В отличие от него, метафизический способ мышления рассматривает явления и объекты самих по себе, вне взаимосвязи с другими объектами и явлениями.

Советский философ П.В. Копнин, отмечая недостаточную проработанность этой проблемы Кантом, писал: "В философии Канта противопоставление рассудка и разума выражено наиболее резко и отчетливо, но оно само… носит чисто рассудочный характер. Кант разделял их функции в познании, но дойти до разумного соединения, до понимания их единства в силу метафизического характера своей гносеологии не смог. Этот новый шаг в понимании рассудка и разума был сделан Гегелем, у которого рассудочное и разумное противопоставлены как метафизическое и диалектическое мышление" [3; С. 210-211].

На основе использования первого уровня научного познания была создана метафизическая картина мира, в которой все объекты и явления рассматривались сами по себе, порознь. На основе второго уровня познания начала складываться диалектическая картина мира. В отличие от метафизической, она должна была стать системно взаимоувязанной и логически не противоречивой, так изменив противоречащие друг другу понятия и законы, чтобы снять их противоречия.

Наука, появившаяся в XVII веке, основывалась на механистической картине мира, в которой связь между отдельными предметами и явлениями была эпизодической. Гегель описал ее так: "Атомистическая философия представляет собой ту точку зрения, в которой абсолютное определяет себя как для-себя-бытие, как одно и как множественность одних… Еще большее значение, чем в физике, атомистическое воззрение получило в политических учениях нового времени. Согласно последним, воля единичных лиц как таковых есть принцип государства; силой притяжения являются частные потребности, склонности отдельных лиц, а всеобщее – само государство  есть внешнее договорное отношение" [1, С. 239-240].

Учение Ж.Ж. Русо о естественных правах человека, индивидуализме и прекрасном прошлом, в котором жили простодушные дикари, было сформировано именно на основе таких либеральных взглядов. Моралист и экономист Адам Смит также внес свою лепту в создание идеализированного представления об индивидуализированном образе жизни. На основе этих постулатов либерализма происходило формирование новой институциональной системы капиталистического общества. Поэтому в ней и был утвержден приоритет естественных прав человека, неприкосновенности частной собственности, необходимость рыночной экономики, свободной конкуренции, невмешательства государства в частную жизнь.

Классический либерализм возник в XVIII веке. Он понимал свободу как ограничение государственного контроля над личностью, что было естественно для периода борьбы против абсолютной монархии. Либералы считали, что государство должно играть исключительно охранительную роль (роль "ночного сторожа"). Демократия для либерализма означает политическое равноправие людей, выборность властей и контроль граждан над госаппаратом. Либерализм видит только индивидуальные, частные интересы; наличие общего как субъекта общественных отношений им не признается. Либерализм отстаивает приоритет интересов гражданина над интересами государства.

 

Первые две попытки построения государств, основывающихся на инновационном типе развития

 

Атомистическая картина мира и вытекающий из нее либерализм –атрибуты этапа становления промышленного способа производства. Данный методологический подход позволил раскрыть множество законов механики, осуществить крупные физические открытия, создав базис для разработки  средств производства, которые вывели Англию, Францию, Голландию в лидеры мировой экономики.

Почему же другие страны мира не осваивали промышленный способ производства, несмотря на большую заинтересованность? Им мешало истощение потенциала развития экстенсивных и интенсивных факторов промышленного роста. Исчерпанность факторов экстенсивного развития выражалась в том, что вся территория, с которой можно было получить дешевое сырье и аграрную продукцию, уже были разобраны колониальными империями. Это означало, что при развитии новой промышленности ее продукция оказалась бы не конкурентоспособной.

Интенсивные факторы экономического роста, - знания: которые смогла предоставить классическая наука, - также были исчерпаны. Для получения новых фундаментальных знаний необходимо было создать условия для ее дальнейшего развития. В первых промышленных странах Европы в этом не было необходимости: они были монополистами.

 Вновь создавать условия для развития фундаментальной науки стали Германия и Австрия. Для этого ученые из феодальных государств должны были подняться на следующую ступень методологии научных исследований, перейдя от рассудочного к разумному типу мышления. Только после этого метафизическая картина мира могла уступить свое место видению мира на основе системно-диалектического мышления.

Что предопределило появление условий для этого в Германии? Прежде всего, благожелательное отношение ее высших социальных страт к критике и разрушению либеральной мировоззренческой системы. Либерализм противоречил основам феодальной институциональной системы Германии. Его распространение настраивало немцев на свержение господства аристократии, заинтересовывая последнюю в поиске аргументов, опровергающих принципы либерализма. Политика монархии по подбору и расстановке кадров в университетах и научных учреждениях опиралась на идеи, противопоставляющие себя либерализму. Так, чиновничество Германии продвигало Гете, Гумбольдта, Канта, Фихте, Шеллинга. В конце своей жизни центральный, Берлинский университет возглавлял Гегель.

Немецкие философы и ученые естествоиспытатели Германии создали новую мировоззренческую систему. В ее основу был положен системно-диалектический метод мышления. Конечно, высшие страты Германии не могли спланировать будущее заранее и действовали под воздействием своих объективных интересов. Но этого было достаточно, чтобы развитие мировой фундаментальной науки сдвинулось с мертвой точки.

Об этом свойстве исторического развития Гегель писал: "Разум столь же хитер, сколь и могуществен. Хитрость состоит …в опосредствующей деятельности, которая, позволив объектам действовать друг на друга соответственно их природе и истощать себя в этом воздействии, не вмешиваясь вместе с тем непосредственно в этот процесс, все же осуществляет лишь свою собственную цель. В этом смысле можно сказать, что божественное провидение ведет себя по отношению к миру и его процессу как абсолютная хитрость. Бог дает людям действовать, как им угодно, не стесняет игру их страстей и интересов, а получается из этого осуществление его целей, которые отличны от целей, руководивших теми, которыми он пользуется" [1, С. 397-398].

Первоначально из всех сферы фундаментальных знаний наибольшее развитие в Германии получила философия. Новый методологический подход состоял в синтезе и исправлении уже раскрытых и определенных ранее понятий и категорий. Он состоял в критике метафизики и объединении всех раскрытых к тому времени понятий и категорий в единую мировоззренческую систему. Ее создание изменило содержание многих понятий и вывело их на новый уровень.

Этот этап развития науки Кант и Гегель назвали деятельностью не рассудка, а разума. Э.В. Ильенков отмечал: "Гегель показывает, что действительное развитие определений, т.е. реальное движение мысли вперед даже в самых простых случаях, не говоря уже о процессе развития науки, техники и нравственности, совершается именно через нарушение (через снятие) всех тех правил, которые установлены для мышления прежней логикой, через их диалектическое отрицание" [2, С. 134].

На основе преимущества нового способа мышления немецкие ученые во многих областях опередили ученых Англии и Франции. Рывок фундаментальной науки создал в Германии условия для ускоренного развития прикладных исследований. В стране стали появляться инновационные технологии, начали формироваться новые отрасли промышленности. За короткий исторический срок Германия обошла другие промышленные страны Европы по уровню технической и технологической оснащенности. Цель, поставленная высшими стратами Германии по развитию промышленного производства и выравниванию уровня благосостояния высших страт общества была достигнута.

Пример Германии показывает, что рыночная модель экономики эффективна, только пока имеется значительный потенциал научных знаний, созданных фундаментальной наукой. Используя его, в круг промышленных стран могут войти и бывшие прежде аграрными. Так в него в свое время вошла Франция. Но после того, как все места в нем оказываются занятыми, проникновение других аграрных стран в него прекращается.

После этого аграрная страна может сменить специализацию и стать промышленной только через инновации и создание новых производственных технологий. Для этого необходим новый виток в развитии фундаментальной науки.

Но при современном уровне фундаментальных наук их развитие требует мобилизации очень больших ресурсов, основная часть которых нужна для обеспечения высокого образовательного уровня населения и подготовки научных работников, которые могли бы по уровню своей подготовки обеспечить прорыв в развитии фундаментального знания. Это означает наличие мощной социальной инфраструктуры и крупного производственного потенциала. Поэтому специализация страны на разработке и создании новых производственных технологий обуславливает необходимость в централизованном управлении большей частью ее экономики.

Именно такой путь демонстрирует советская экономика. Чтобы попасть в "клуб" промышленных государств, правительству СССР надо было создать все условия для развития фундаментальной науки, прикладной науки и инновационной деятельности.

Для перехода к промышленной специализации и создания передового инновационного комплекса было централизовано управление значительной частью экономики, выработаны новые методы планового управления народным хозяйством как единым производственным комплексом. В условиях экономической блокады Запада надо было освоить производство всего спектра машин и оборудования, необходимых для развития всех отраслей.

От аграрно-сырьевой специализации Российской империи СССР смог перейти к специализации на основе промышленного и инновационного развития. Решение этой сложнейшей задачи было обеспечено созданием условий развития фундаментальной науки и инновационной деятельности. Только за первые десятилетия Советской власти число научных организаций и конструкторских бюро выросло многократно. Была создана качественно новая система всеобщего образования и передовое здравоохранение. Произошел невиданный подъем культуры и искусства. Бурное развитие науки и конструкторской деятельности привели к становлению развитой, современной промышленности.

В раскрытии объективных законов функционирования и развития мира советскими учеными был применен самый передовой системно-диалектический способ мышления. Это явилось результатом внедрения в образовательный процесс передовых образовательных программ. Школьникам преподавалась программа, основывающаяся на системно-диалектическом методе, проводилось обучение на уровне фундаментальных знаний. Нигде в мире в этот период не существовало школьного образования такого высокого уровня. Подобный уровень подготовки предоставлял для науки и всего инновационного комплекса массу молодых людей, способных эффективно работать в сфере науки. Это было громадным преимуществом СССР перед всеми другими странами.

Поэтому никакая другая страна не достигла в развитии фундаментальной науки таких высот, как СССР. Значительная часть результатов, полученных советскими учеными, стали основой для прикладных исследований за рубежом. Многие инновационные разработки никогда не появились бы на Западе, если бы не открытия советских ученых. В самом Советском Союзе уровень развития производительных сил был поднят до уровня, при котором стала возможна великая победа над фашизмом, открыта дорога в космос и выкован ядерный щит.

После 50-х годов СССР попал в ту же ловушку благополучия, в которую прежде попала Германия. Методы управления научным и инновационным развитием должны были совершенствоваться, но этого сделано не было. К управлению наукой и инновационным комплексом стали приходить люди, не обладающие должной компетентностью. Отступление от эффективных форм управления наукой и инновациями стало снижать их результативность.

Успехи советской науки и производства не только повысили благосостояние народа, укрепили обороноспособность, повысили статус государства. Они же снизили качество подготовки высших страт советского общества, уменьшили их интерес к развитию фундаментальной и прикладной науки.

Результаты проявились очень скоро. Руководство советской науки начало заполняться послушными и посредственными людьми. Они не могли продуцировать новые идеи, но зато были легко управляемы. Эпоха Вавилова, Вернадского, Курчатова, Королева, Бернштейна и других начала уходить в прошлое.

Нижестоящие руководители в сфере науки и инновационной деятельности подбирались и назначались этими же бесцветными руководителями по своему подобию. В результате  ученых с разумным типом мышления стали вытеснять кадры с рассудочным типом, а системно-диалектический подход стал уступать метафизическому, что обеспечило снижение результативности науки.

Другой причиной, снизившей качество высших социальных страт, стало появление более легкого пути подержания приемлемого уровня жизни населения, чем развитие науки и инновационной деятельности. В случае с Германией причиной ухода с инновационного пути развития стала борьба за передел «мирового колониального пирога». В случае с СССР такой причиной стала появившаяся возможность приобретения валюты за счет распродажи природных ресурсов, - в первую очередь углеводородов.

Появление нового, более легкого пути развития так легко снизило качество высших социальных страт потому, что ни в Германии, ни в СССР не было институционального механизма поддержания этого качества.

Для обеспечения инновационного развития страны необходимо создать действенный механизм подбора и расстановки руководящих кадров в государстве. Если он будет создан, то в науке также пойдет обновление и улучшение руководящих кадров.

После определения основной причины отсутствия инновационного развития необходимо рассмотреть возможные пути создания такого институционального механизма.

 

Способ создания эффективного механизма подбора и расстановки руководящих кадров.

 

Формирование институционального механизма воспроизводства качества высших страт имеет несколько этапов. При аграрном способе общественного производства оптимальной формой управления государством была монархия, так как в тот период перед государством стояло лишь две задачи: защита от нападения врагов и поддержание внутреннего порядка. Монархия как форма власти была простой, понятной и наиболее эффективной для стран с аграрной специализацией [5.].

После появления мануфактур и промышленных предприятий число задач, решение которых необходимо для сохранения политической и экономической устойчивости, при появлении промышленности увеличилось на две. Первая из новых - установление равных условий экономической деятельности для всех групп предпринимателей. Вторая - обеспечение преимуществ для отечественных предпринимателей в их конкуренции с иностранцами. Решая ее, буржуазные государства захватывали колонии и участвовали в колониальном переделе мира.

Монархия не могла справиться с установлением равных условий экономической деятельности для всех групп предпринимателей потому, что с появлением класса предпринимателей появилась новая реальность, новая сфера борьбы самих этих предпринимателей друг с другом. В этой реальности еще не сложились институты цивилизованного разрешения спора между хозяйствующими субъектами, и борьба за выживание велась самым диким способом, с применением всех средств, позволяющих убрать с дороги конкурента. Самым эффективным оружием был подкуп властных структур для получения привилегированного режима хозяйствования. Приближенным к власти предпринимателям доставались госзаказы, налоговые и таможенные льготы. 

Такое положение неизбежно порождало монополизм приближенных к власти предпринимателей. Им не нужно было развивать инновационную деятельность: надо было лишь наладить связи с коррумпированными чиновниками. Предприниматели постепенно пришли к пониманию того, что только передача всей полноты власти в руки их коллективного органа способно перевести их борьбу за равные условия хозяйствования в цивилизованное русло. Таким органом стал парламент, в котором различные группы предпринимателей через своих лоббистов отстаивали свои интересы в диспутах и спорах.

Как только силы буржуазии и аристократии сравнялись, власть перешла к парламенту. Парламенты, созданные в Англии и во Франции, вполне справлялся с выполнением всех четырех задач, от решения которых зависело благополучие государства. Причем они справлялись с этими задачами так хорошо, что в мире не могла больше появиться ни одна другая промышленная страна.

Все возможности перехода других европейских стран к промышленному способу производства были перекрыты странами-первопроходцами, уже взошедшими на эту ступень экономического развития. Другим оставался единственный способ перехода к промышленной специализации: развитие науки и создании производственных технологий, которых не было ни в Англии, ни во Франции, ни в Голландии.

Первой проторила путь в этом направлении Германия. В период правления Бисмарка она совершила скачок в развитии всей мировой науки. Для развития фундаментальной науки и инновационной деятельности в ней была создана передовая система школьного и вузовского образования, значительное развитие получила Академия наук, начали создаваться другие научные учреждения, была создана мощная производственная инфраструктура, был активизирован процесс создания крупных акционерных компаний.

Решение всех этих задач взяло на себя государство во главе с монархом и его чиновничьим аппаратом. Это была совершенно новая форма по сравнению с формами феодальной власти, существовавшими в предреволюционной Англии и Франции. В Германии аристократия сделала для себя правильные выводы из уроков английской и французской революций, в подавляющем большинстве плавно трансформировавшись в крупных буржуа. Монарх и канцлер оказались демиургами создания национальной промышленности и формирования новых экономических отношений. От феодализма в Германии сохранялся лишь принцип централизованного управления государством.

Специфическая форма управления экономикой, возникшая в Германии, являлась лишь первым, начальным этапом на пути формирования экономики инновационного типа. Поэтому централизация была представлена не так отчетливо, как в последующих таких экономиках. Вместе с тем та форма централизации, которая сложилась в Германии, вполне соответствовала тогдашнему уровню развития науки.

Следующий этап в развитии науки и инновационной деятельности, пришедшийся на первую половину ХХ века, потребовал создания новых организационных форм госуправления экономикой и наукой. Новую форму управления создал Советский Союз. Основное отличие советской модели состояло в том, что государство решало еще больше задач, чем это было необходимо в период экономического подъема Германии.

В период, когда был создан Советский Союз, развитие науки требовало от государства компетентного выбора наиболее перспективных направлений науки.

Так, если бы США первыми не создали бы атомное оружие, атомный проект не был бы осуществлен в СССР в столь короткие сроки. Имелось множество других проектов восстановления разрушенной страны, но угроза была так серьезна, что на атомный проект были брошены лучшие умы физиков, конструкторов, инженеров, мобилизованы колоссальные финансовые и материальные средства. В другие периоды истории, приоритетными оказывались другие научные проекты. Так, Ленин, выбрал в этом качестве проект электрификации России, и первой научно-производственной программой в молодом Советском государстве стал план ГОЭЛРО.

Обеспечить финансовыми средствами развитие науки по всему фронту ее возможных направлений нельзя. Поэтому одна из главных задач правительства - определение направлений приложения сил, в которых эффект исследований обещает быть максимальным. Такой выбор - сложная научная задача, требующая привлечения широкого круга специалистов. Поэтому в государстве, поставившем цель перехода к инновационной экономике, должен быть создан орган, определяющий наиболее перспективные направления развития науки и технологий. Выбранные им направления должны включаться в государственные планах развития науки и поддерживаться государственным финансированием.

В СССР таким органом стал Государственный комитет по науке и технологиям (ГКНТ). Именно он определял, какие научные исследования и на какие деньги проводиться в стране. Далее, для создания инновационных технологий необходимы были конструкторские бюро, опытные заводы и полигоны, а также материалы, здания и сооружения.

Кроме того, необходимо было обеспечение всех работников инновационного комплекса всеми материальными благами. Планированием этих потребностей инновационного комплекса занимался другой орган централизованного управления – Госплан СССР. ГКНТ и Госплан являлись основными органами формирования государственной политики в области фундаментальной, прикладной науки и инновационной деятельности.

Впоследствии были созданы вспомогательные службы, в состав которых входили Госснаб, Госкомцен, Госкомтруд, Госстандарт. Все народное хозяйство стало работать как единый научно-производственный комплекс.

В дальнейшем при централизованном управлении процессами развития науки и инновационной деятельности роль ГКНТ и Госплана должна была еще более возрасти. Но, чтобы это оказалось возможным, необходимы были высококвалифицированные кадры, которых не оказалось. Почему это произошло?

Валюта от продажи природных ресурсов поступала в количестве, достаточном для безбедной жизни. Достигнутый уровень развития позволял представителям номенклатуры жить в комфортных условиях и с надежной военной защитой от внешнего нападения. На увеличение технологического отставания от Запада смотрели как на досадную мелочь.

Представители власти относились к науке с метафизических позиций, согласно которым наука развивается сама по себе, и поэтому государству не нужно регулировать и контролировать этот процесс. Это обрекало науку на застой, который был на руку тогдашней партхозноменклатуре.

Ведь развитие науки и технологий всегда обуславливает кадровое изменение в верхних эшелонах власти. Сложными научными и технологическими процессами сложнее управлять. Поэтому развитие технологий неизбежно привело бы к смене высшего руководства. На такой "подвиг" властные структуры обычно идут только при появлении серьезных угроз их безопасности. Но в послевоенный период таких угроз уже не существовало.

Поэтому качественных перемен в кадровом составе высших органов власти долгое время не происходило. Кадры подбирались в основном по принципу личной преданности. Такая же политика проводилась в науке и во всей сфере инновационной деятельности. В результате развитие науки стало останавливаться.

При самом общем подходе выход виделся в смене состава высших звеньев власти. Вместо партхозноменклатуры, разбирающейся в проблемах реального сектора советской экономики, к власти должны были прийти люди, разбирающиеся в современной науке и инновационной деятельности.

Партхозноменклатура в силу специфики своей профессиональной компетенции не могла выполнять функции по прогнозированию и развитию современной науки и экономики. С наступлением века автоматизированных производств и робототехники навыки и умения руководителей, специализирующихся только на организации и управлении производствами, становились все менее востребованными.

Для преобразований, способных изменить качество высшей власти, надо было начать с совершенствования базисных принципов избирательной системы. Право выбора людей должно было соответствовать уровню подготовленности людей к его компетентному осуществлению.

Так, все население прекрасно осознает свои экономические и социальные интересы. Но большая часть людей плохо разбирается в хитросплетениях внешней и внутренней политики и в качествах тех или иных  кандидатов. Поэтому все население должно участвовать только в выборах политических партий в парламент страны и в местные органы власти.

Население неплохо разбирается в том, что необходимо для обеспечения нормальной жизни общества. Большая часть электората способна разобраться в программах политических партий. Поэтому для получения большего числа мест в парламенте политические партии должны работать со своим электоратом.

Избрание членов правительства и его главы должно быть делом исключительно парламента. Компетентность депутатов от каждой партии, получившей места в парламенте, позволяет осуществить такой выбор компетентно. Примерно такая модель избрания парламентариев и глав правительства существует в современных западноевропейских государствах.

Второй важный принцип эффективного управления государством - разделение властей. В свое время Гегель писал: "Государство, например, несовершенно, если оно не знает определенного различия сословий и занятий и если различные по своему понятию политические и административные функции еще не развились в особые органы, подобно тому, как это, например, имеет место в развитом животном организме с различными функциями  ощущения, движения, пищеварения и т.д." [1, С. 204].

В большинстве государств СНГ этот принцип носит декларативный характер, а его осуществление связано с деформациями. Так, большая часть законов разрабатывается не в парламенте, а в ведомствах, управляющих соответствующими отраслями общественного производства. Парламент получает уже готовые проекты законов и только вносит в них коррективы, не затрагивающие их суть.

При таком подходе парламентариям не нужно быть профессионалами в тех сферах, для которых они принимают законы. Однако все может коренным образом измениться, когда парламентарии должны будут самостоятельно разрабатывать все законопроекты. Тогда партии будут проводить в парламент депутатов, профессионально и компетентно разбирающихся в вопросах управления государством.

Еще одним фактором в работе парламентов СНГ, тормозящим развитие их государств, является то, что они не занимаются вопросами определения научной, технической и военно-технической политики государства в таком виде, в каком это требуется для успешного развития страны. Сейчас требуется очень детализированная разверстка тех направлений НТП, которые станут приоритетными для страны в последующий период.

Решение всех этих вопросов сейчас формируется в структурах исполнительной власти. Эта практика порочна и существует только потому, что депутаты не обладают компетентностью для решения таких вопросов. Между тем финансирование тех или иных научных исследований и инновационных разработок закладывает базис всего последующего развития экономики.

Законодатели должны определять стратегию технического и технологического развития общественного производства. После ее принятия парламентом она должна обретать силу закона, как Государственный план социально-экономического развития СССР. Исполнительная власть не должна разрабатывать стратегию развития, - ее дело состоит только в исполнении этой стратегии и выработке тактических мер ее реализации.

По мере объективного усложнения науки и инновационной деятельности определение наиболее перспективных направлений развития науки и техники должно стать главной задачей парламентов стран СНГ. Второй их главной задачей должно стать формирование такой структуры народного хозяйства и таких форм управления им, которые способствовали бы наиболее успешному развитию науки и инновационной деятельности. Лишь третьей по важности задачей парламента является разработка институциональной системы, обеспечивающей условия для успешного проведения в жизнь стратегии научного и инновационного развития страны, принятой парламентом. Без предварительного определения концепции и стратегии развития страны вырабатывать целостную институциональную систему государства ошибочно. 

Выработка единой программы развития науки и инновационной деятельности будет идтиь посредством столкновения мнений и позиций различных партий. Чтобы позиция каждой политической партии была научно обоснована, в каждой из них должен работать свой прообраз ГКНТ и Госплана. Обсуждаться на заседаниях парламента должны различные варианты уже готовых и обоснованных концепций развития страны. Средства на создание структур ГКНТ и Госплана в каждой парламентской партии должны содержаться в бюджете страны.

Еще одна важная задача парламента - подбор и расстановка кадров в органах руководства крупными научными исследованиями и инновационными проектами, а также в правительстве. Руководители всех силовых структур должны назначаться также только решением парламента.

При установлении четкого разделения властей в партиях сразу же обострится конкуренция за продвижение в их руководство, а диктатура председателя партии ослабнет. Если партии будут построены на демократических принципах, то к руководству будут приходить самые способные их члены.

Таким образом, состав парламента окажется намного более компетентным, чем сейчас. Это будет парламент, способный обеспечить продвижение стран по пути промышленного и инновационного развития. Только тогда в странах СНГ будет сформирована эффективная научно-техническая, экономическая, социальная и внешняя политика.

 

Литература:

 

1. Гегель Г.В.Ф. "Энциклопедия философских наук". Том 1. Наука логики, Москва, Издательство "Мысль". 1974 год,  452 с.; (Академия Наук СССР. Институт философии. Философское наследие).

2. Ильенков Э.В. "Диалектическая логика: Очерки истории и теории" – 2-е изд., доп. – Москва: Политиздат, 1984 год. – 320 с.

3. Копнин П.В. "Гносиологические и логические основы науки". Москва, Издательство "Мысль",1974 год, 568 с.

4. Копнин П. В. Рассудок и разум и их функции в познании // Вопросы философии. 1963. № 4; От «рассудка» к «разуму».

5. Ортега-и-Гассет Х. "Дегуманизация искусства и другие работы"; - Москва, Издательство "Радуга", 1991 год, - 639 с.

6. Соловьев В.С. "Сочинения в двух томах", 2-е изд., Т.2, Москва, Издательство "Мысль", 1990 год, - 824 с.; (Академия наук СССР. Институт философии, Философское наследие).

7. Убайдуллаев С.Н. "Экономические институты: возникновение и развитие", - г. Ташкент, Издательство "Истиклол", 2007 год – 152 с.

8. Хайек Ф.А. "Пагубная самонадеенность. Ошибки социализма", -Москва, Издательство "Новости", 1992 год – 304 с.

9. Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность: Т. 1; Москва. Издательство "Педагогика", 1986 год. – 408 с.

10. Шибутани Т. "Социальная психология", Издательство "Прогресс", Москва, 1969 год, - 536 с.

 

комментарии - 0
Мой комментарий
captcha