Экономико-правовая реальность проектного капитализма    0   639  | Социальная база большевиков в 1917 году    0   377  | Какому обществу стоит опасаться роботов? К вопросу о грядущем закате «цивилизации труда»    0   341 

Программы есть, что дальше?

Высказываемые, в том числе президентом и премьером, общие «правильные идеи» не учитывают отсутствия механизмов их реализации и контроля за исполнением даже распоряжений самого что ни на есть высшего руководства страны, не говоря уж о предложениях и программах научно-экспертных сообществ.

Для выявления корней сложившейся ситуации надо прежде всего понять политико-правовой строй, в котором мы живем. Пришедшие в начале 90-х годов к власти под знаменами демократии Ельцин, Гайдар и их соратники заложили основы принципиально нового способа производства, исторически новой формации — государственно-феодального капитализма.

В политике его основное содержание — неконкурентная концентрация власти, ее неподотчетность гражданскому обществу и отсутствие обратной связи между центром и местами. В политико-экономической сфере это не просто глубокое проникновение власти в экономику, а  срастание государственного чиновника и бизнеса независимо от формы собственности, ведущее к мутации как самого государства, так и всех форм собственности. Производство и потребление, как присвоение, так и использование, стали невозможны без соучастия представителя власти, его личной заинтересованности в той или иной форме. Главным мотивом производительной деятельности, основным экономическим законом государственно-феодального капитализма является извлечение «бюрократической ренты»: без личной (клановой) заинтересованности представителя власти любое производство будет задавлено и постепенно зачахнет.

Мы должны высветить сущность государственно-феодального капитализма. Пока составители предвыборных программ не признают реальность мутирования и частной, и государственной собственности в производстве и обмене, сращивание власти и бизнеса — и в этой парадигме не начнут исследовать их, — ново-старое руководство страны не сможет устранить сдерживающих факторов развития России. К сожалению, все так и останется  болтовней. Все вновь уйдет в песок.

                                             *   *   *

Именно бюрократо-феодальный капитализм как стержень политико-экономической системы новой России стал фундаментальной причиной катастрофического падения страны в 90-е годы, а теперь — затяжной, беспросветной стагнирующей стабильности.

У сложившегося в стране в 90-е годы политико-экономического строя сформировались две фундаментальные компоненты:

1. Политико-правовая — Конституция, написанная «под Ельцина», в которой закрепленные ранее в 6-й статье роль и управленческие функции КПСС переданы президенту и, фактически, исполнительной власти под патронажем администрации президента [2].

Заложенные «под Ельцина» конституционные основы монополии влияния администраций глав государства, регионов и муниципалитетов на все ветви власти превратили демократическую атрибутику в ширму для большевистского инструментария преобразования собственности и реконструкции авторитарных механизмов власти: все вывески демократии соблюли, а содержание — противоположное.

Исполнительная власть не просто вышла из-под необходимого контроля представительной и судебной ветвей, но и  подчинила их себе. Механизм сдержек и противовесов перестал работать. В итоге утеряна возможность правового влияния общества на власть. Наступил Золотой век бюрократии.

Выход из него требует, прежде всего, внесения необходимых корректив в Конституцию РФ и далее, уже путем внедрения новой практики взаимоотношений трех ветвей власти. Изменения Конституции должны обеспечить необходимый баланс ролей судебной, законодательной и исполнительной властей, а также баланс интересов центра и регионов.

Без внесения корректив в выстроенную иерархию ветвей государственной власти все самые смелые и научные программы и концепции останутся маниловщиной.

Второй тезис – прозрачность. Когда власть  декларирует цели, это звучит как благое пожелание, как нечто, не обязательное к исполнению. Нужна объективная статистика выполнения всех программ и обещаний власти. Нужны ясные инструменты высвечивания слияния представителя власти и собственности, ограничения возможности чиновника в присвоении частной и государственной собственности.

Какие-то шаги в этом направлении предпринимаются, но они остаются недостаточными. Деофшоризация, валютный контроль, контролирование инвестиционных компаний, декларация собственности, - все это шаги правильные. И в этом направлении их надо продолжать.

Нужен дальнейший контроль общества за доходами и расходами неэкономических агентов. Чтобы всякий чиновник, который покупает машину, яхту, не мог это сделать, не показав источник доходов не просто своему начальнику, а продекларировав это в публичном доступе. Надо расширить публичную прозрачность доходов и расходов не только чиновников, но и менеджеров госпредприятий. Общество должно иметь всю полноту сведений о том, как они живут и откуда у них доходы. Дело тут не в мелочной экономии, хотя в условиях сокращения расходов на здравоохранение и это имеет значение. Но главное – это высветит иллюзорность, мистификацию государственной формы собственности, превращенную в бюрократо-клановую.

                                                 *   *   * 

2. Экономическая компонента. В ходе фактической раздачи общенародной собственности [1] людям, оказавшимся приближенными к власти: родственникам, друзьям и вообще всем, кто мог делиться, - главный атрибут феодализма — кормление — был неотъемлемым условием и стал функцией новой собственности. Это глубинная сущность новой формации — бюрократо-феодально-капиталистического политико-экономического строя. В производстве и торговле частная форма собственности в классически капиталистическом виде стала невозможной, поскольку без покровительства и, соответственно, участия представителя власти в доходах предприятия ни производство, ни торговля невозможны. Сращивание административно-государственной власти с бизнесом происходило одновременно на всех ее уровнях. Родился механизм кормления «бюрократов-родителей», превращения их в класс рантье, жирующего за счет своего административного ресурса. Современные госуправленцы-аппаратчики не только превратились в «совладельцев» государства, подчинив себе процесс формирования всех структур власти, но и, подмяв под себя весь сколько-нибудь значимый бизнес, цинично «отжали» в лично-клановую собственность наиболее лакомые куски государственного «пирога» [3].

Пока в многочисленных предлагаемых ныне программах не будут учитываться особенности нынешнего способа производства как крутой закваски феодализма, капитализма и авторитаризма с примесью криминала, все благие пожелания наших экономистов и политиков останутся нереализуемыми.

Элементы капитализма есть, потому что все при этом строе подчинено прибыли. Включая и всю работу чиновников. Они идут в госструктуры, как правило, чтобы получать не столько зарплату, сколько бюрократо-ренту. Поэтому и есть основания говорить, что наступил «Золотой век бюрократии» — все стороны общественной и государственной жизни страны подчинены частнособственническому присвоению власти.

Элементы социализма тоже имеются: у него заимствовано подчинение всех ветвей власти и механизма их формирования авторитарно-бюрократической вертикали исполнительной власти. Отсюда монополия исполнительной власти (по значительно ухудшенному образу и подобию КПСС) в экономике и политике.

Есть и элементы феодализма, прежде всего — система рентных отношений.

Скажем, был в Москве мэром Ю. Лужков. Жена стала миллиардером. После 90-х не было случая, чтобы он или жена проиграли дела в московских судах. Мэр пользовался огромным авторитетом, рейтинг его был запредельно высок. И его отставка осенью 2010 г., по-моему, — один из примеров, раскрывающих элементы феодализма в иерархии власти.

Во-первых, знаменательна сама причина отставки. Хотя к тому времени давно накопилось множество оснований, по которым необходимо было провести кадровую чистку в Москве, освободили Ю. Лужкова от должности, по сути, за то, что он не наладил отношения с  тогдашним президентом Д. Медведевым, -  «в связи с утратой доверия».

Во-вторых, новоназначенный мэр — С. Собянин — получил неограниченные права на полную замену властной элиты Москвы со всеми вытекающими из этих перемещений экономическими последствиями для бизнеса и собственности. (А все дела в судах семьей бывшего мэра сейчас же стали почему-то проигрываться.)

В данном случае дело не в том, правильно ли это решение по сути или нет. Важно понять и констатировать принцип функционирования власти. С одной стороны, верховная власть авторитарна, но, с другой стороны, на каждом уровне начальник имеет властные и экономические права и обязанности, во многом схожие с правами и обязанностями феодала. Замены властных элит неизбежно ведут к переделам собственности и перезакреплению бюрократо-ренты.

Другой пример. А. Лившиц, в бытность свою министром финансов при президенте Ельцине, как-то бросил крылатую фразу в отношении бизнеса: «Надо делиться!» Это емкая характеристика нового способа производства, который уже выстраивался тогда в России.

С кем надо делиться? - С бюрократией, конечно! С начальством.

Кому надо делиться? - Бизнесу.

В итоге, сегодня у нас в России нет частной собственности в чистом виде. Бизнес может существовать только тогда и там, когда и где он либо «крышуется» кем-то из начальников-чиновников, либо в нем участвуют их дети, прочие родственники или друзья.

Местные власти, поглощая мелкий бизнес, являют собой местных олигархчиков. Региональные (за исключением столиц) — подчиняют себе средний бизнес. А крупный бизнес контролируется отдельными представителями федеральных властей и властями столиц, образуя вершину олигархата.

Можно ли считать бюрократо-феодализм характеристикой сложившейся у нас системы? Я полагаю, что это есть глубинная существенная характеристика политико-экономического устройства общества.

                                                 *   *   *

Таким образом, все предложения на тему «Как нам обустроить Россию», на мой взгляд, должны, прежде всего, исходить из понимания необходимости конституционного изменения самой сущности утвердившегося в России и ведущего к ее загниванию политико-правового устройства.

Без учета реалий способа производства все благие пожелания наших экономических светил, которые повторяют свои заклинания-рекомендации с незапамятных времен, так и останутся маниловщиной. Потому что «что-то мешает их реализовать». Надеюсь, понятно, что именно.

Если политическая элита России решится на реальное изменение роли представительной и судебной властей, тогда будущее России — в создании лучшего в мире правового поля для бизнеса, заниматься которым при желании сможет любой гражданин, вне зависимости от его близости к так называемой «элите власти». Бизнесы всех форм собственности должны быть подвластны не исполнительной власти, а только закону, иметь в государстве равные возможности — это позволит им  действительно честно (на основе общего права) состязаться друг с другом.

Я против скепсиса в отношении настоящего, истинного духа российского предпринимательства. Уберите деформирующее влияние феодало-бюрократии на бизнес — и мир поразится и масштабам привлекаемых инвестиций, и темпам, и качеству экономического роста России.

Если произойдёт чудо – гражданскому обществу или представляющего его интересы президенту удастся оторвать исполнительную власть от ее главной на сегодня цели — бюрократической ренты, то какие шаги или меры предпринять?

Первое. Сформировать правительство, способное предложить для бизнеса и разработчиков новых технологий лучшие финансовые инструменты и благоприятные условия, а для граждан, мелкого и среднего бизнеса — равенство стартов и равенство всех перед законом.

Второе. Вернуть уверенность инвесторам — внутренним и внешним. Экономика нуждается для роста в большом количестве условий и институтов, но одна предпосылка все же играет решающую роль — приток инвестиций начинается там, где есть объективная судебная система, обеспечивающая правовую конкуренцию (чтобы не надо было стремиться в английское правовое поле).

Третье. Создать лифты для молодежи — социальные, политические, экономические. Обеспечить молодым специалистам гласное конкурентное равенство возможностей продвигаться в руководство страны и госкомпаний независимо от родственно-клановых связей.

Четвертое. Не допускать дискриминации по национальному признаку. Сегодня в экономике психологические особенности разных национальностей (например, в способности дачи взяток)  могут порой приобретать реальное значение и провоцировать межнациональные конфликты.

Пятое. Пресекать развитие психологии нахлебников, привычку жить в расчете на благодеяния родственников, клана, государства или помощь Запада.

Шестое. Развивать в России крупные отечественные финансово-промышленные агломерации, масштабы которых должны соответствовать мировым тенденциям.

Седьмое. Постоянно задаваться вопросом, как обеспечить такое использование богатейших природных ресурсов для развития страны, чтобы по качеству жизни народа и научно-технического потенциала мы, как минимум, держались бы на равных с крупнейшими экономиками мира.

Думается, что только тогда благие пожелания, прокламируемые на форумах и в посланиях, превратятся в реальные программы, и процветающая Россия станет раем и для бизнеса, и для народа, территорией нашей гордости, и не страха, а притяжения нашего зарубежного окружения.

 

Литература.

1. Делягин М.Г. «Светочи тьмы. Физиология либерального клана». М., «Книжный мир», 2016.

2. Лукьянова Е.А. «Конституционные риски». М., Кучково поле, 2015.

3 Ожерельев О.И. Идеалы и преступления. Новейшая история России. Диалектика событий и личностей. М.: Художественная литература, 2016.

комментарии - 1
VikapoonerwotmerY 28 декабря 2017 г. 12:22:43

spanking russian girls - http://rutelki.online/

Мой комментарий
captcha