Становление корпоративизма в современной России. Угрозы и возможности    0   148  | «Пролетарская» Спартакиада 1928 г. и «буржуазное» Олимпийское движение    162   2723  | Экономико-правовая реальность проектного капитализма    0   6664 

Западная марксистская философия в Китае. Логика изменений и темы исследований

1. Логика изменений в изучении в нашей стране западной марксистской философии

Сейчас не имеет большого значения то, кто из китайских ученых первым познакомил научную общественность страны с западным марксизмом, поскольку вслед за изменением исторических обстоятельств менялись и методы исследования данного течения мысли, и его названия в китайском языке. Так, в 50-х годах ХХ века китайские ученые перевели статьи Лукача, не считая его представителем западного марксизма. А изучение Жан-Поля Сартра велось в рамках западной и марксистской философии. Поэтому, говоря о влиянии на нашу науку «западного марксизма», описания фактов недостаточно, надо выяснить, каковы теоретические подходы к изучению данного течения, произошли ли в нем самом изменения, как повлияли они на сам предмет. Без ответа на эти вопросы мы не сможем точно определить объект наших исследований.

Об истории «странствования» западной марксистской философии в Китае свидетельствует изменение понимания Маркса. Ведь различные представители западной марксистской философии подходят к новому пониманию  Маркса с разных позиций (можно говорить  о гегельянском,  структуралистском, духовно-аналитическом и экзистенциалистском марксизмах, марксизме аналитической школы и т.д.) и ведут дискуссию о «новом прочтении марксизма», обратив внимание на «незаконченность» Маркса  и поставив  в центр внимания принцип «разъяснения». Это позволило постоянно углублять дискуссию об отношениях между западным марксизмом и марксизмом, что проявилось в изменении логики исследований: от отрицания и критики до утверждения и извлечения уроков, от непосредственного использования до прямого диалога.

Прежде возникновения интереса к «западному марксизму» в исследованиях ученых Китая появились Лукач, Грамши, Альтуссер, Сартр и др. Поэтому, включая их в обсуждение вопроса о «западном марксизме», мы не сможем не поднять вопрос об их взаимоотношениях с марксистской философией, о том, «является ли «западный марксизм» …марксизмом? Этот вопрос явно просматривается в ходе бурно развернувшейся дискуссии… Она касается не различий в понимании отдельных личностей или теорий, а затрагивает проблему характера и места всего западного марксизма, касается того, какой исследовательской позиции и методологии мы должны придерживаться»[1]. Именно потому, что западная марксистская философия занимает большое место в сфере исследований современной марксистской философии, она стала одним из важных источников обновления учебников, являясь свидетельством их отсталости либо новизны.

Нельзя не обратить внимание, что с 1987 г.  «Философский  ежегодник»  помещает     проблематику    западного марксизма в рубрике не «Современная западная философия», а «История марксистской философии»3. Это признак перехода от критики к пониманию и анализу этого течения. Он вызван тем, что широкое применение китайскими учеными таких связанных  западным марксизмом тем, как «практика», «отчуждение» и др., сделало присущий западному марксизму метод мышления в духе антропологического стиля неосознанной предпосылкой для многих китайских ученых к аутентичному пониманию философии Маркса. В современной китайской марксистской философии появился «экзистенциалистский стиль», – подъем знамени учения о человеке, в основе которого лежит субъективность. Поэтому мы должны согласиться с тем, что западная марксистская философия, осознаем ли это мы или нет, помогает китайским ученым создавать платформу для изучения марксистской философии. Можно сказать, что в изучении западного марксизма мы завершили поворот от его критического отрицания к разумному извлечению из него всего ценного.

______________

2 С 1982 г. Институт философии Китайской академии общественных наук издает «Философский ежегодник» «Чжэсюэ няньцзянь», в котором помещаются резюме наиболее важных статей, опубликованных в Китае по различным разделам философской науки в текущем году, а также информация о всекитайских и международных научных конференциях и симпозиумах по философии, сведения о присуждении ученого звания профессора, некрологи и т.п. – прим. перев.

     3 Сравним это с тем, что в 1985 г. Во влиятельный учебник по современной западной философии были включены Сартр, Франкфуртская школа, а также Альтуссер и другие видные  представители западного марксизма, но акцент в нем был сделан на том, что, хотя «после возникновения марксизма в изучении истории западной философии главной линией должна быть история развития марксистской философии, в целях разделения сфер изучения с развитием марксизма мы исследуем лишь немарксистскую западную философию». Тем самым утверждалось, что западный марксизм относится к немарксистским философским течениям.

 

 

По обычной логике развития техники разумное извлечение ценного должно привести к инновационному развитию. Данная тенденция присутствует в научных исследованиях в нашей стране, хотя в этом процессе много сложностей и зигзагов. Развернувшееся в 90-х гг. ХХ века движение за новое прочтение марксистской философии во главе с течением «практического материализма»4 не только подчеркнуло роль «практики», но и принесло с собой дух научной открытости по отношению к марксистской философии, новое понимание многообразия взглядов Маркса, а также норм теоретического исследования. Хотя эти достижения нельзя полностью отнести на счет западной марксистской философии, они были связаны с ее содержанием.

Когда дискуссия затронула вопросы нового понимания текстов Маркса или же оснований и принципов исторического материализма, обнаружился разрыв между дорогой, открытой западной марксистской философией, и содержащимся в ней теоретическим смыслом, обнаружилась также ограниченность в интерпретации участниками дискуссии философии Маркса. Это заставило китайских ученых задуматься о своей теоретической позиции и привело их к диалогу с западной марксистской философией. Поэтому в 90-х гг. постепенно складываются несколько моделей нового понимания философии Маркса, и, хотя по своим теоретическим выводам они различны, в написанных на основании их учебниках ошибки  совпадают. Поэтому, только уяснив смысл их понимания, мы сможем видеть, что различия между ними не очень велики.

Так, два теоретических лозунга – «Назад к Марксу» и «Маркс – наш современник» – имеют одно и то же научное объяснение. Все ученые требуют видеть «историческую дистанцию» между Марксом и современным миром: они настаивают на том, что, поскольку мы не можем выйти за пределы дискурса Маркса (дихотомия: капитал – современность), мы вынуждены подходить к взглядам Маркса как к исходной точке истины. С другой стороны, современный мир делает более

____________

4    О практическом материализме.  См. статью Ань Циняня  в ж. «Вопросы философии». 2007, № 5, прим.перев.

 

рельефными идеи Маркса, которые до сих пор имеют по-прежнему важное значение для уяснения основной идеи современной жизни. Хотя отношения между китайским и западными учеными еще не стали отношениями равных, тем не менее уже появились теоретические импульсы к очевидному обнаружению их необходимости и осознания этого.5

 В исследовании западной марксистской философии мы уже прошли извилистый путь от критического знакомства до выборочного изучения («использовать иностранное для обогащения китайского» или «использовать рациональные факторы») и далее до всестороннего изучения (диалога). За этим скрывается прогресс в методологии, используемой китайскими учеными, переход от позиции стороннего наблюдателя к участию в диалоге, от оценки и суждения к постановке методологических вопросов, от поисков сущности к поискам смысла того, что исторически эффективно. Поэтому нельзя сводить изменения в изучении западной марксистской философии в Китае к расширению масштабов исследований, изменению их проблематики и степени глубины. Это внешние проявления, за которыми скрывается громадная эволюция в методах мышления, что проявляется в изучении нашими теоретиками марксистской философии.

Поэтому, когда изучение классического западного марксизма и внутри, и вне страны переживает бум, мы не должны погрязнуть в разговорах о том, что углубление изучения

____________

[1]      Ли Хуэйфу, рассмотрев прогресс в изучении западного марксизма и увеличение числа исследований западными учеными с марксистских позиций тенденций развития Китая, сделал вывод: «Соединение и диалог восточного и западного марксизма уже приобрели реальную основу… Так называемый западный марксизм уже исчерпал себя, а восточные и западные ученые должны двигаться на одну и ту же линию старта теоретических исследований» (см.: ж. «Цюши сюэкан». 2001. № 4) (на кит. яз.).

западной марксистской философии стимулировал прогресс в написании учебников. Мы должны понимать центральный  вопрос:  произошло  изменение   методов  философского  мышления  китайских ученых. Как отметил Чэнь  Сюэмин, «мы должны  освободиться от груза теоретических

критериев, тем более освободиться от критериев, принятых в системе учебников, созданных по советской модели, чтобы уяснить, как западный марксизм направлял и развивал взгляды традиционного марксизма» [9].

Эта позиция подтверждает позитивные результаты последних лет. Хотя в необходимости «освобождения» прежних методов изучения достигнуто взаимопонимание, в подходе к объекту исследования существуют большие разночтения.

 

2. Методы теоретического мышления западной марксистской философии

и их эффективность

При оценке теоретических достижений западной марксистской философии и их влияния на Китай надо коснуться логики истории западной марксистской философии и манеры её представителей вести теоретические исследования. У различных теоретиков эти два вопроса объединяются неодинаково. Если с точки зрения логики истории мы можем их в основном разделить на антропологическое (философия субъективности) и науковедческое течения, то под углом зрения методов теоретического мышления вся история западного марксизма пронизана открытым самокритичным подходом, который открыл дорогу к соединению текстов Маркса с постоянно изменяющимся миром. Теоретическим результатом изучения западной марксистской философии за последние годы являются не установленные логические доказательства, а свободное теоретическое понимание.

Логика западной марксистской философии обладает особым очарованием. Это проявляется в литературе, а также эстетике. Факты говорят о прямой связи литературы с западным марксизмом. В книге «Размышления о западном марксизме» П.Андерсон говорит о 13 его представителях – Бенджамене, Люсьене Гольдмане, Е.Блохе и др. Большинство их работ были переведены на китайский язык благодаря изучению литературы. Многие произведения Лукача, Адорно, Маркузе такого же типа. Это связано с самими особенностями западного марксизма. Фэн Сяньгуан отметил: «западный марксизм обладает явными особенностями философии культуры, философии субъективности, диалектики субъективной революции, хотя его представители также занимались специальным изучением экономики и политики, но вообще говоря, теория эстетики и литературной критики во всем течении западного марксизма занимает важное место» [6].

Это позволяет понять, почему после 70-х гг. ХХ века марксистская терминология появляется в английских и американских университетах, хотя ее появление противоречило логике, которая предшествовала западному марксизму, когда использовались знамена ниспровержения – субъекта, центризма, больших тем, но в них сохранились или проявлялись особенности теоретической революционности интеллигенции. Это основная причина того, почему западный марксизм смог получить признание, перешагнув государственные и региональные границы. Этим объясняется и его восприятие китайской марксистской философией.

Конечно, это привело к тому, что китайская философия «восприняла» и слабости западной марксистской философии. В силу существовавшей тогда «безвыходности существования»6  ошибочно посчитали западный марксизм, решавший проблемы развитого капитализма Запада, универсальным лекарством на все случаи жизни. В 80-е гг. китайские ученые преклонялись перед Сартром, а в 90-е годы превратили Хабермаса в сокровище. Поэтому если мы, чтобы достичь наилучшего знания какой-либо философии, отбрасываем социально-исторические условия Китая вне зависимости от того, является ли эта философия по своему характеру «метафизической» или же обладает  свойствами   «практики»,   невозможно  будет  обрести   необходимую  теоретическую

_____________

6  Авторы  имеют  в  виду  положение,    существовавшее  в  китайской  философской  науке  после  «культурной  революции»  -  прим.перев.

высоту. Однако сравнительно много китайцев занималось теоретическими упражнениями по принципу – задай приготовленные вопросы, и ответы сразу появятся, останется только выкрикивать лозунги. Это вызвало критику со стороны многих ученых.

Как мы отмечали выше, встает вопрос о сознательном обновлении китайской марксистской философии, одновременно возникает задача использования теоретических идей западного марксизма. Вопрос о том, как «необходимо оценивать и изучать западный марксизм», стал ассоциироваться с вопросом о том, «в каком смысле можно говорить о его успешности», а также,в «чем состоит его стимулирующее значение». Мы выдвигаем четыре темы, которые, на наш взгляд, должны стать центральными в его изучении.

Во-первых, главной предпосылкой изучения марксистской философии является изучение самого Маркса. Западный марксизм предложил два пути: первый – науковедческий, стимулируемый Альтуссером. Особенно следует упомянуть марксизм аналитической школы, который логическими методами прояснил содержание основных понятий Маркса. Следуя этому пути, Дуань Чжунцяо первым среди отечественных ученых добился позитивных результатов [1]. Второй – это антропологизм, у истоков которого стоял Лукач и который получил распространение благодаря Франкфуртской школе. Он требования современности (условия существования) сделал практической предпосылкой развития роли теории и создал предпосылки для защиты и развития марксистской философии в условиях открытости подходов по отношению к возможным ошибкам. Это стало особенно заметным после 60-х гг. благодаря сплаву разных течений западной мысли, включая философскую герменевтику. Оба эти пути (включая появившуюся после 70-х гг. тенденцию к «синтезу» (укажем, например, на американца Джэмисона и др.) поставили перед современной наукой вопросы в сфере основных методов теоретического мышления. Юй Уцзин, обратив внимание на это, совершил теоретический прорыв в понимании отношений между философией Маркса и западной философией: он не только дал богатое объяснение стимулирующего характера философии Маркса, но и выдвинул важное объяснение характера самой деятельности. Так, давая новое объяснение проблеме «простой узурпации» процессу формирования философии Маркса, он подчеркнул различие между пониманием субъектом объекта и воспринимаемым объектом [11]. Когда «хотят получить у Маркса ответы на свои или современные вопросы», налицо принципиальное отличие нынешних ученых от традиционных учебников, поскольку Маркс уже не является главной догмой, от которой ждешь открытий, а представляет генерирующий объект. Исходя из этого, мы не должны просто понимать появившиеся в последние годы богатейшие подходы в виде «философии развития», «философии культуры», «науки комментирования практики», «философии общения», «науки о человеке» и т.д. как усилия ученых по обновлению и развитию философии действительности. Это их попытки сделать Маркса генерирующие объектом. Они не обязательно приведут к успеху. Но, если философия Маркса имеет современное звучание, то благодаря этим попыткам она сможет обрести современную форму существования.

Во-вторых, принимая во внимание языковые различия между западным марксизмом и нами, мы понимаем созданные благодаря им теоретические отличия. Основатель западной марксистской философии молодой Лукач, правильно указав, что сердцевиной марксистской философии является революционная диалектика, выдвинул настораживающий сигнал: Маркс и Энгельс, возможно, ошибались. Если отбросить его критику Энгельса и не принимать во внимание позднейшей самокритики по этому вопросу, его критику по вопросу производительных сил, с которой он выступил первым, мы можем принять, так как Маркс не мог дать ответа на вопросы, с которыми не сталкивался. Проблема в том, сможем ли мы распространить логику Маркса на анализ современных проблем? С «критики теории производительных сил» Лукача и до «критики теории инструментального разума» Франкфуртской школы нигде не говорилось никакой ерунды, их критика была направлена против реалий «позднего» капитализма.

Одновременно был поставлен методологический вопрос, связанный с современным пониманием марксистской философии: когда западные марксисты привили к Марксу некоторые современные западные идейные течения (как, например, философию Гегеля, философию духа, философию жизни и т.д.), для них это не было внешним по отношению к нему, а было продолжением Маркса в современных исторических условиях, поскольку эти течения встретились с новыми условиями, созданными изменением общественной обстановки. Поэтому, если мы хотим по-новому объяснить Маркса, надо не интерпретировать его вопреки сегодняшней истории, а поставить марксистскую философию в рамки исторических изменений, для чего надо изучать их, овладевать новыми реалиями. С этой точки зрения изменения главных тем исследования (с экономического базиса к надстройке и идеологии) и изменения их форм (от политологии до философии и критики культуры) для западных марксистов не было простыми выдумками, ибо это было бы идеализмом: перед ними стояли реальные проблемы.

Если говорить об изучении западной марксистской философии в Китае в течение последних лет, независимо от того, касается ли это понимание Гегеля, Вебера, Фрейда или же изменений самого современного мира, мы не превосходим уровня западного марксизма. Но благодаря западному марксизму (а также другим западным течениям) мы поняли: исторические различия имеют теоретическое значение. Поэтому очень важно указание У Сяомина: «Благодаря чтению текстов, а также территории обзора, создаваемой путем расширения и углубления диалога с современной жизнью и современной философией, проявляется современное значение философии Маркса» [5]. Практически в процессе обновления современной китайской марксистской философии создана основа для понимания и усвоения отношений между проблемами и дискурсом, выдвинутыми западным марксизмом. Благодаря этому китайские ученые практические изменения, возникшие в Китае, сделали полем диалога с западными учеными и даже с самим Марксом.

В-третьих, для понимания материальной основы западного марксизма выбирается метод диалога. Он стал распространенным лозунгом обновления философской теории при изучении философии западного марксизма. Здесь мы сталкиваемся с диалогом с западными марксистами и с диалогом между марксистской философией и другими философскими течениями, и главный вопрос в том, какой метод диалога выбрать. Западные марксисты в понимании Маркса стоят на позиции реальной открытости, но, учитывая вопросы, с которыми нам приходится сталкиваться, в этом заключено их слабое место.

Ведь большинство западных марксистов не пытается создать настоящий марксизм и не противопоставляет Маркса и современную западную философию, - а это связано с результатом изменений, произошедших в социальной истории, а не только изменений теоретических. К примеру, возьмем вопрос об отчуждении. Здесь, начиная с Лукача, Маркузе и Хабермаса, всегда существовал диалог с Максом Вебером. Он мог вестись по причине того, что отчуждение само по себе – не застывшая вещь, то есть начиная с перехода от крупного машинного производства к современному конвейерному это было изменением не понятия, а реалий. Поэтому метод диалога не может быть одним, а возникающая в результате его теория также не единственная, и необходимо выбирать метод диалога.

Если взять, например, Сартра, то его выводы были совершенно ошибочны, но это не значит, что его размышления не имели смысла: напротив, благодаря ему возник диалог между марксизмом и экзистенциализмом, который по своей сути не внешний, а внутренний. Это необычная глубокая связь, он заставляет Маркса вести диалог с реальностью.

В этом отношении западный марксизм имеет для нас большую стимулирующую роль. Однако долгое время содержанием диалога является противопоставление Маркса и современной западной философии. Естественно, здесь возникает проблема. Мы уже подчеркивали, что история создает условия для продолжения и Маркса, и западной философии. Это означает, что в отношениях между ними существуют вопросы, которые требуют нового осмысления. В процессе развития здесь произошли крупные изменения, в особенности под стимулирующим влиянием исследований на философском факультете Фуданьского университета7. Отношения сосуществования и взаимодополняемости марксистской философии и современной западной философии получили всеобщее признание философов [2, 3, 4, 7, 10].

В-четвертых, наиболее важно отстаивание в целях освобождения человечества вечно несгибаемого критического духа. С классического западного марксизма и вплоть до нынешнего постмарксизма это вечная несгибаемая критика капитализма. Маркс доказал, что современная рыночная экономика создает лишь материальную базу для освобождения человечества, но сама по себе не может принести этого освобождения; напротив, связанное с ней отчуждение представляет собой одну из глубочайшим образом искривлённых форм в развитии человечества. На самом деле, нельзя считать эти суждения специальным выводом марксизма, так как, только по-настоящему столкнувшись с действительностью и не требуя специального философского языка, можно обойти этот вопрос.

Именно поэтому западные марксисты увидели в философии жизни Кьеркегора, философии экзистенциализма Хайдеггера, анализе духа Фрейда и других учениях философские суждения «марксизма» и связь между ними и марксизмом сделали предметом своей теоретической работы. Другими словами, поступая так, западные марксисты выступали с критикой капитала. Также поэтому это обстоятельство не может поколебать тот факт, что впоследствии представители так называемого постмарксизма, - такие, как Бодрияр, Жижек и др. - открыто критиковали марксизм. Конечно, в этом вопросе в силу специфики общественно-исторических условий ученые в нашей стране поступают неправильно. Если сравнивать их с некоторыми западными учеными, то многие ученые нашей страны не занимают прямой позиции. Они

____________

7  В Фуданьском университете (г. Шанхай) существует Центр по изучению зарубежного марксизма и зарубежных философских течений. – прим.перев.

спрашивают: почему сегодня, развивая рыночную  экономику, мы одновременно занимаем по отношению к ней критическую позицию? Почему, развивая производительные силы, необходимо

выступать против поклонения ВНП? Почему, всесторонне развивая свободу и демократию, мы должны сохранять всестороннюю бдительность в отношении частной собственности?

 Более того, следуя в фарватере рыночной экономики, они превращают «Капитал» Маркса в идеологию оправдания рынка, и само изучение марксизма делает его исследователей получателями материальной выгоды. Такой подход направлен против Маркса. Поэтому в процессе диалога с западными учеными, Марксом, а также современным обществом, создавая современную форму марксистской философии, следует обратить внимание на вышеуказанное обстоятельство; в этом заключается еще одна важная стимулирующая роль западного марксизма.

Овладение методами мышления философии западного марксизма не только повышает возможности китайских ученых в изучении текстов марксистской философии, но и позволяет обогатить философское мышление. Возможно, поэтому в последние годы в области изучения философии западного марксизма наблюдается подъем. На нее смотрят с надеждой как на способную обновить язык, понятийный аппарат марксистской философии. Поэтому важно ее упорядочение и установление ее точного места.

 

3. От изучения западного марксизма до построения понятийного аппарата                            современной китайской марксистской философии

Марксистская философия занимает в китайской общественной мысли незаменимое место, а философия западного марксизма, будучи особой областью благодаря родственным отношениям с философией Маркса, занимает свое специфическое место. Она является выходом, расчищающим фарватер марксистской философии, и в то же время проходом, через который в марксистскую философию попадают понятия философских течений, выведенные традиционными учебниками за пределы ортодоксальной марксистской философии. Именно поэтому мы не рассматриваем в этой статье философию западного марксизма как относительно самостоятельную область исследований, а связываем ее с изменениями в изучении современной китайской марксистской философии. Результаты последних лет показывают: китайские ученые осознали то, что создание понятийного аппарата современной китайской марксистской философии на основе соединения текстов философии Маркса и условий современной жизни становится насущной теоретической задачей.

Рассмотрим в рамках самой философии западного марксизма в узком смысле этого слова связанные с западным марксизмом основные тенденции и диалог с западными учеными по основным проблемам философии Маркса.

Во-первых, это поиски в сфере объяснения теории первоначала. Эта проблема внезапно возникла в связи с разъяснением философии Маркса и в то же время является результатом развития всей философии. Она затрагивает такие принципиальные вопросы, как методы теоретического мышления, понимание существующих проблем и даже характер самой философии. Хотя в нынешней китайской науке существует большое различие в способах выражения вопросов, основная тенденция очевидна. В этом отношении дальше всех продвинулся Юй Уцзин. Он указывает: «Понимание и разъяснение - это не только вопросы гносеологии и методологии, в конечном счете это вопросы онтологии. Только глубоко поняв автора текста и условия его бытия, интерпретатор может овладеть смыслом текста…» Кроме того, Юй Уцзин прямо называет философию Маркса «практической герменевтикой» [11].

Во-вторых, глубокое понимание текстов философии западного марксизма. В этом отношении заслуживает внимания деятельность Чжан Ибина. Он не только подчеркивает необходимость соединения глубокого понимания классических текстов с их всесторонним изучением, но и издал две монографии (одна посвящена негативной диалектике Адорно, другая Альтуссеру), опубликовал большое количество статей о Лукаче, Сартре, Косике и других философах. Чжан Ибин пытается создать атмосферу, при которой в центр изучения ставятся вопросы текстологии. Независимо от различия подхода к пониманию текстов, нельзя не отметить И Цзюньцина: результатом работы возглавляемого им коллектива стала важная книга «Критика культуры XX века. Глубокое прочтение западного марксизма».

В-третьих, как только мы затрагиваем теорию первоначала и достигаем её понимания, то сталкивается с истинными методами философии западного марксизма, и тогда само изучение начинает вестись не ради прояснения неких фактов, а для глубокого проникновения в сущность вопросов. С точки зрения логики диалог – это обмен мнениями между двумя равноправными субъектами. Поэтому, чтобы вести диалог, а не произносить лозунги, китайские ученые должны создавать собственные теоретические конструкции.

Наконец, надо отметить, что в Нанкинском университете дисциплина «марксистская философия» занимает прочные позиции при изучении философии западного марксизма, а на философском факультете Нанкинского университета существует начатая Сунь Бокунем традиция исторического анализа текстов и аутентичного изучения произведений Маркса и Энгельса. В 90-х годах многие сомневались в продолжении этой работы, так как появилась когорта молодых ученых, возглавляемых Чжан Ибином, занимающихся философией западного марксизма, а господин Сунь в 1999 г. опубликовал книгу «Лукач и Маркс». Мы подчеркиваем, это не значит, что мы ушли от изучения Маркса к другим темам: напротив, это было естественным продолжением нашей общей стратегии изучения. В этой связи важна изданная в 1985 г. книга господина Суня «Поиск пути исследователя», в которой была подчеркнута необходимость понимания оригинальных текстов Маркса и Энгельса для критики извращений материалистической диалектики со стороны западных ученых. Призыв «вернуться к Марксу» как раз и означал, что, только поняв из оригинальных текстов оригинальный дух, мы можем вести дискуссии и диалог с западными учеными.

Однако наш курс был подвергнут критике: во-первых, был сделан намек на то, что мы придерживаемся догматической позиции и, во-вторых, делая акцент на текстах, мы якобы наносим ущерб самой текстологии. Между тем как в изучении самого Маркса, так и в изучении философии западного марксизма мы придерживаемся двух позиций: «назад к Марксу» и глубокая интерпретация текстов. Мы неоднократно подчеркивали, что текстология - не простой пересказ текстов или же воспроизведение их первоначального вида, а повышение наших способностей их понимания, что обусловлено требованиями сегодняшних реалий. Поэтому наше согласие с некоторыми представителями западного марксизма не значит, что мы принимаем на веру любые толкования философии Маркса: напротив, мы активно указываем на существование структуры китайской марксистской философии.

Мы уже подчеркивали, что западный марксизм возник не на пустом месте, что в его теории отразились изменения реалий жизни. Это применимо и к нам: как раз изменения реалий жизни побудили нас изменить изучение марксистской теории. Мы считаем, что способности истолкования текстов и способности нашего истолкования реалий жизни едины. Не поняв реалий жизни, нельзя понять их научное объяснение. Поэтому, выдвинув лозунг «назад к Марксу», мы одновременно подчеркиваем важность современности. Мы понимаем, что, если в процессе конкретного изучения отсутствует понимание основных теоретических положений и методологии марксистской философии, невозможно сохранить коренную позицию марксистской философии, в результате чего на основе «Капитала» может появиться искаженное обновление, оправдывающее капиталистическое производство. Именно поэтому необходимо изучать сами тексты и базовые теоретические принципы.

Выполненная под руководством господина Суня работа «Идти к Марксу» (2002 г.) - пример такого подхода. Мы интерпретируем классические тексты западного марксизма с позиций подлинной текстологии. И то, что после 70-х гг. ХХ века в философии зарубежного марксизма произошла локализация и размежевание, связано именно с этим обстоятельством.

Мы провели трудный анализ дискурса Маркса, терминологии, используемой современными интерпретаторами, а также исторических различий между ними, и поэтому нам удалось покончить с одним теоретическим мифом: тексты (а точнее сказать идеи) уже даны готовыми. Это как раз составляет громадное препятствие для многих современных исследователей. Они надеются, что Маркс или же данные после него интерпретации уже есть законченные истины; по их мнению, в законченных текстах можно найти готовые ответы на все вопросы. Поэтому в современных исследованиях существуют широта воображений относительно суждения относительно единственной окончательной истины, относительно единственно «общепризнанного» критерия интерпретации текстов.

Внешне наш лозунг «назад к Марксу», означает, что мы как будто бы идем окольным путем. Однако на деле мы как раз вступаем в пределы аутентичного дискурса Маркса. Поэтому у нас нет принципиальных различий с другими отечественными учеными, заявляющими «Маркс – наш единомышленник» или «Маркс - наш современник». Без совпадения дискурса Маркса и современного дискурса, Маркс не мог бы быть вместе с нами. В философии западного марксизма нет давления исторического дискурса и одновременно не может появиться учение, влияющее на современность. Напротив, если философия Маркса явилась учением, потрясшим XIX век, а философия западного марксизма попыталась поставить крупный идейный эксперимент, связанный с реальностью XX века, разве мы, изучая сегодня Маркса и философию западного марксизма, не подчиняем также это теоретической цели построения современной китайской марксистской философии и реальной цели – развитию сегодняшнего китайского социализма?

Необходимо выяснить основные причины изменения методов мышления в нашей стране в изучении философии западного марксизма. Посредством этого мы поймем не только достижения и промахи, существующие в прежнем изучении, но и найдем правильную дорогу для выражения современной марксистской мысли. Обозревая изучение марксистской философии в нашей стране, мы видим, что У Сяомин, опираясь на категорию «бытие», разъяснил современное значение философии Маркса, Юй Уцзин в диалоге с западной философией способствовал развитию современной философской проблематики, И Цзюньцин с позиций критики культуры дал свою интерпретацию западному марксизму и сделал ее важнейшим ресурсом изучения современной культуры, Жэнь Пин, руководствуясь принципом общения субъекта с практикой, придал нужную форму современному взгляду на Маркса, другие ученые прилагают усилия для реконструкции философии Маркса и исторического материализма с позиций теории бытия и бытия самого человека.

Все эти попытки свидетельствуют о попытках китайских ученых современными глазами смотреть на импульсы, идущие от ценностей Маркса. Возможно, какие-то из этих попыток неудачны, однако в процессе их могут возникнуть философские положения современной эпохи, единые с духом марксизма. Если в процессе этих поисков мы, благодаря западному марксизму, осознаем, что в силу различий в исторических условиях и их изменения современная марксистская философия должна существовать в многообразных формах, то для нас, китайских ученых, важны следующие слова Чэнь Сюэмина: «Марксистские теоретические работники должны быть убеждены в том, что марксизм – это единство в многообразии, они должны добиваться единства при сохранении различий, отбрасывать все внутренние несущественные споры, направлять все силы на изложение современного значения марксизма, двигаться вперед по пути осовременивания марксизма на основе соединения теории и практики» [8].

Со времени проникновения и до нынешнего расцвета существование в Китае западного марксизма насчитывает уже несколько десятилетий. Он был вначале сторонним наблюдателем по отношению к нашему собственному опыту, затем стал пониматься как теоретическое (рас)суждение относительно реалий ХХ века и изменений в идеологии, далее в ходе диалога он способствовал построению теоретических положений современной китайской марксистской философии, и, независимо от познания объекта, логики теории или же в основных позициях, мы постепенно обрели зрелость. Поэтому у нас есть все основания верить в то, что и исследование в философии западного марксизма в узком смысле этого слова и современное развитие марксистской философии имеет светлые перспективы.

 

Список литературы

 

1.   Дуань Чжунцяо. Новая интерпретация исторического материализма и «возвращение к Марксу» // Чжэсюэ дунтай. 2002. № 9 (на кит.яз.).

2. Лю Фантун. Куда идет современная философия. Сравнительное изучение марксизма и  современной западной философии.  «Дандай говай макысычжуи пинлунь». Вып. первый. Изд. Фуданьского университета. 2000 (на кит.яз.).

3. Ни Лянкан. Несколько мыслей по вопросу об отношении между марксистской философией и современной западной философией. «Дандай говай макысычжуи пинлунь» Вып. третий. Изд. Фуданьского университета. 2002) (на кит. яз.)

4.   Су Цянь. Марксистская философия и современная западная философия: вместе в 20-м веке и вместе в 21-м веке. «Дандай говай макысычжуи пинлунь» Вып. третий. Изд. Фуданьского университета. 2002) (на кит. яз.)

5.    У Сяомин. Темы, ориентиры и пути: О современном значении марксистской философии. См. Цзяньхай сюэкан. 2003. № 1 (на кит. яз.).

6.    Фэн Сяньгуан. Изучение эстетики западного марксизма. Изд. Чунцин чубаньшэ. 1997. (на кит. яз.).

7. Хуан Нансэн. Поговорим об отношениях между современной западной философией и марксистской философией. «Дандай говай макысычжуи пинлунь» Вып. третий. Изд. Фуданьского университета. 2002) (на кит. яз.)

8.    Чэнь Сюэмин. Двигаться к Марксу. Изд. Дунфан чубаньшэ. 2002. (на кит.яз.).

9. Чэнь Сюэмин. Как мы должны сегодня изучать западный марксизм // Цюши сюэкань. 2001.   № 4 (на кит. яз.).

10. Юй Уцзин. Новое понимание отношений между философией Маркса и западной философией.  «Дандай говай макысычжуи пинлунь». Вып. первый. Изд. Фуданьского университета. 2000 (на кит.яз.).

11.  Юй Уцзин. Практическая герменевтика. Изд. Юньнань чубаньшэ. 2001. (на кит.яз.).

 

Перевод В.Г.Бурова

 

 

 



[1]   Статья Ван Юйчэня «Как мы должны в конце концов понимать и оценивать западный марксизм» является именно свидетельством этого. См.: Макысы чжуи яньцзю. 2003. № 2 (на кит. яз.).

комментарии - 0
Мой комментарий
captcha