Мы, скажет истеблишмент, жалеем, что поддавшись двадцать лет назад на либеральную демагогию, постулировали деидеологизацию государства и принцип гражданской нации. Посему разбросать декорации этих конституционных потемкинских деревень и громогласно заявить: история — это борьба этносов; государства утверждаются силой, и служат интересам господствующего этноса. Раз наш этнос смог одолеть другие — они должны чувствовать себя побежденными, стремиться угождать победителю и не злить его попытками с ним сравняться. Есть метрополия, и есть колонии. Есть господа, и есть слуги. Так установлено в веках, в которых все было честно и откровенно — без лицемерия и фикций.