«Идея становится материальной силой, когда овладевает массами. Да, это так. Но, какой должна быть идея, чтобы она могла завладеть массами. В истории не так много идей, действительно завладевавших массами. Христианство. На тот момент это была революционная, переворачивающая мир идея, устанавливающая монотеизм и равенство перед Богом... Дальше были большевики и русская революция. Но едва ли можно сказать, что массами тогда завладели идеи марксизма и научного коммунизма. Для этого в мире, тем более в России, ещё не было создано объективных предпосылок. Это было продолжением волны европейских буржуазных революций с дополнением антибуржуазной риторики, которая темными массами воспринималась часто, как «отнять и поделить». Но это тоже было предельно радикально и воспринималось, как прорыв в новому, чем отчасти и было. Организация жизни без помещиков и капиталистов, разве это не фантастика, но эта «фантастика» завладела массами и материализовалась».
Так пишет Д. Якушев в статье «Почему идее коммунизма пришло время овладеть массами только сейчас».
Что сказать мне, большевику, по этому поводу?
Если я соглашаюсь с оценкой большевистской революции Д. Якушевым, а именно: большевистская революция была «продолжением волны европейских буржуазных революций», то я вынужден также согласиться и с тем, что большевистская революция не была первым в истории шагом от классового общества к бесклассовому обществу, а была лишь, чем-то, вроде миража, когда предметы, скрытые за горизонтом, становятся видимыми в искажённом виде.
Далее, если я соглашаюсь с отождествлением большевистской революции с буржуазной революцией, то я вынужден также согласиться и с тем, что большевики проигнорировали предупреждение Маркса, а именно: «Тот же Маркс предупреждал, что ни один общественный строй не уходит, пока полностью не исчерпает себя. Идея, не имеющая достаточной опоры в окружающей действительности, не может завладеть массами».
Короче говоря, если я соглашаюсь с якушевской оценкой политики большевиков в России в 1917 году, то я вынужден согласиться и с тем, что большевики совершили революцию не там, где ей «полагалось» произойти по К. Марксу, ибо в России не было объективных предпосылок к переходу от капитализма к социализму.
Да – вот беда. Приведённая Д. Якушевым цитата (причём аляповато), на которую он опирается для обоснования того, что большевистская революция носила не социалистический, а буржуазный характер, является лишь контекстом из предисловия К. Маркса к его «К критики политической экономии», – предисловия, где Маркс дал гениальную формулировку сущности своего учения.
«В общественном производстве своей жизни люди вступают в определённые, необходимые, от них независящие отношения — производственные отношения, которые соответствуют определённой ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определённые формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обуславливает социальный, политический и духовные процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание. На известной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, или — что является только юридическим выражением последних — с отношениями собственности, внутри которых они до сих пор развивались. Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции. С изменением экономической основы более или менее быстро происходит переворот во всей громадной надстройке. При рассмотрении таких переворотов необходимо всегда отличать материальный, с естественно-научной точностью констатируемый переворот в экономических условиях производства от юридических, политических, религиозных, художественных или философских, короче — от идеологических форм, в которых люди осознают этот конфликт и борются за его разрешение. Как об отдельном человеке нельзя судить на основании того, что сам он о себе думает, точно также нельзя судить о подобной эпохе переворота по её сознанию. Наоборот, это сознание надо объяснить из противоречий материальной жизни, из существующего конфликта между общественными производительными силами и производственными отношениями. Ни одна общественная формация не погибает раньше, чем разовьются все производительные силы, для которых она даёт достаточного простора, и новые более высокие производственные отношения никогда не появляются раньше, чем созреют материальные условия их существования в недрах самого старого общества. Поэтому человечество ставит себе всегда только такие задачи, которые оно может разрешить, так как при ближайшем рассмотрении всегда оказывается, что сама задача возникает лишь тогда, когда материальные условия её решения уже имеются налицо, или по крайней мере, находятся в процессе становления. В общих чертах, азиатский, античный, феодальный и современный, буржуазный, способы производства можно обозначить, как прогрессивные эпохи экономической общественной формации. Буржуазные производственные отношения являются последней антагонистической формой общественного процесса производства, антагонистической не в смысле индивидуального антагонизма, а в смысле антагонизма, вырастающего из общественных условий жизни индивидуумов; но развивающиеся в недрах буржуазного общества производительные силы создают вместе с тем материальные условия для разрешения антагонизма. Поэтому буржуазной общественной формацией завершается предыстория человеческого общества» (К. Маркс, «К критике политической экономии», К. Маркс и Ф. Энгельс, т. 13, с. 6-7-8).
Не требуется большого ума, чтобы понять, что у К. Маркса здесь нет однозначного указания на то, что новые, более высокие производственные отношений могут появиться только тогда, когда уже имеются налицо материальные условия их существования. Наоборот. Если бы Д. Якушев и ему подобные «толкователи» К. Маркса внимательно читали бы эту выдержку из «К критике политической экономии» К. Маркса, то они обратили бы внимание на то, что здесь К. Маркс однозначно указывает на то, что новые производственные отношения могут появиться и тогда, когда материальные условия их существования находятся в процессе становления. Что фактически означает, что социалистическая революции может победить и в странах необязательно наиболее промышленно развитых, но имеющих, по меньшей мере, средний уровень капиталистического развития в целом.
К началу Первой мировой войны в России сформировались необходимые условия для совершения социалистической революции, а именно: 1) критическая масса сознательного пролетариата, 2) известное развитие крупного машинного производства (основа капитализма в смысле уровня развития технических средств производства) и обобществление средств производства в пределах отдельно взятой страны.
Всего этого было достаточно для победы социалистической революции в России именно по К. Марксу. «Без известной высоты капитализма у нас ничего бы не вышло» (В. Ленин, «Ленинский сборник», т. 11, с 398, 1929 г.).
Это доказала Великая Октябрьская социалистическая революция!
|
|
