Как Искусственный интеллект понимает власть дела.
https://youtu.be/EGC73q8Grds
Мой текст:
«(видеофакт)
Тридцать лет тому я начал объяснять своим читателям то, как выглядят власть бюро и власть дела, но это и в те годы не многие поняли. А вот способны ли это понять современные читатели?
Сигизмунд Миронин задал вопрос о разработанной мною делократии Искусственному интеллекту, и, как следует из ответе ИИ, обслуживающие ИИ философы ни в малейшей мере не сумели понять суть этой системы управления, да, собственно, не поняли и сути управления как такового.
Но об этом в конце, а сейчас о тех, кому власть дела адресована, в данном случае, о вас, читатели. Ведь такое впечатление, что сегодня основная масса народа, даже интересующегося чем-то кроме еды, глубоко уверена в своем личном идиотизме и в своей неспособности разобраться в делах, которые наши деды и прадеды и за дела-то не считали. Сегодня все жаждут услышать мнение «специалистов» в вопросах, в которых наши предки поголовно обходились своим умом. В результате, с одной стороны, толпа обывателей, даже обремененных учеными званиями, принимает раз за разом решения, катастрофические не только для ее же детей, но уже и для самой себя. С другой стороны, появилась масса «специалистов», пересыпающих свою речь наукообразной заумью и этим легко внушающей толпе что угодно.
И не было бы так обидно, если бы речь действительно шла о вещах, требующих каких-то специальных знаний, скажем, если бы обещаниями колбасы толпу заставляли рассчитывать даты солнечных затмений, а то ведь из людей делают идиотов в делах, в которых они безусловно лучше разбираются, нежели вешающие им лапшу на уши «профессионалы» понимают суть своей болтовни после пяти лет просиживания штанов в каких-то учебных заведениях.
Вот скажите, как может не разбираться в экономике любой дееспособный человек, если он по жизни сам является экономистом? Экономика – это наука управления хозяйством, но ведь каждый из нас это хозяйство имеет и ведет, только мы при этом заумными словами не пользуемся. Мы не говорим «экономист», мы говорим «хозяин» или «хозяйка», мы не берем «кредит», мы берем «в долг» и никогда его не «обслуживаем», мы его просто «возвращаем». Если мы тратим деньги не на свое обеспечение, а вкладываем их во что-то, что даст нам в будущем доход, то мы говорим, что направили или вложили деньги «в дело», а не «инвестировали» их. Мы ведем свое хозяйство не «экономно», а всего лишь «бережливо», но тем не менее у нас «доход» практически всегда превышает «расход», хотя мы и не знаем, что доход – это «по-научному» «дебет», а расход – «кредит».
Но если каждый обыватель прекрасный экономист, то почему же он немедленно начинает считать себя идиотом, когда речь идет о хозяйстве предприятия или страны? Ведь принципы те же, только расчетов больше (кстати, расчеты-то после прихода к власти «специалистов» и уничтожения Госплана, как раз и перестали делаться). Сколько же можно полагаться в вопросах экономики не на свой ум, а на корыстное, тупое, подлое и заумное вяканье, по сути, болтливых кретинов?
Еще один вопрос – о правосудии и о нашей защите внутри страны вообще. Мы избираем депутатов, чтобы они принимали справедливые законы для нас, для населения, а не только для юристов. И депутаты эти законы принимают. Законы написаны на родном языке и вроде бы для нашей защиты. Но как только столкнешься с судами, прокуратурой и правоохранительными органами, так и начинается дикая бессовестная несправедливость, а «специалисты» с юридическим образованием авторитетно убеждают всех, что они действуют «по закону», а кто этих законов не понимает, то тот просто дурак.
Получается, что мы, население, как самый главный источник законов, и мы как те, для кого законы пишутся, смысла своих законов не понимаем. В некоторых странах уже и в суд нельзя обратиться без адвоката, да и у нас суды не примут иски против государственных органов, если вы не наняли юристов.
Сегодня те деятели в государстве, кому поручена наша защита по этим законам, творят с нами, что хотят, и требуют, чтобы мы называли этот беспредел демократией или, по-русски, народовластием и правовым государством.
Ни черта себе народовластие, ни черта себе правовое государство! Не находите?
Да и во всех иных вопросах общественной жизни «профессионалы» всех мастей настойчиво убеждают обывателя, что если ему что-то объясняют просто, доступным языком, то, значит, это объяснение дурака.
Тот, кто привык верить «профессионалам», пусть поверит и в это, а остальным я скажу, что на самом деле авторы пишут просто и доступно только тогда, когда надеются на то, что читатель поймет и заинтересуется тем, о чем они пишут. Писать заумно – это презирать читателя и не объяснять что-либо читателям, а показывать себя неким умным. Кроме того, если вы чего-то не понимаете, то скорее всего это не понимает и тот, кто вешает вам лапшу на уши.
Теперь несколько вступительных слов об управлении людьми. Прогресс в обществе пошел по пути разделения труда и по-другому он пойти не мог. Один точит болт, другой – гайку, третий штампует крыло… десятитысячный завершает сборку автомобиля. В одиночку построить такой, в общем, освоенный механизм, как автомобиль, можно, но это займёт уйму времени и не факт, что автомобиль «ручной сборки» будет лучше сошедшего с конвейера. Практически невозможно и все остальное, мало-мальски сложное, – все требует разделения труда.
И вот тут возникает проблема. Предположим я выточил болт, а мой коллега гайку не выточил, или не такую, или не в срок. Что будет в результате? В результате из-за одного человека не получится автомобиль, т.е. не получится то, с продажи чего все десять тысяч работников получают доход. Как быть? И когда дело может быть сделано только сообща, то тогда все работники заинтересованы, чтобы у них был некто, кто обеспечит, чтобы все десять тысяч человек работали согласованно и делали то, что можно, скажем так, продать и всем получить доход. В старину такого человека звали князем или атаманом, а сегодня такого человека называют управленцем, а поскольку ему придают властные полномочия, то чаще его зовут начальником. Когда функции начальника выполняет группа людей, то их называют по-французски – бюро. Запомните, начальник - это бюро.
Из этих начальников выстраивается пирамида управления: солдаты и ефрейторы подчинены сержанту, сержанты – лейтенанту, лейтенанты – капитану и так далее до верховного главнокомандующего. И, повторю, прежде всего, самим работникам очень нужны и эта система управления, и эти управленцы, поскольку в условиях разделения труда без них не обойтись.
Что в этом сложного и что непонятного? Да, начальник нужен, но какой?
Ведь при строительстве этих управленческих пирамид повсеместно делают трагическую ошибку и делают её по причине непонимания, как может быть иначе, чем вот так, как у всех? А практически во всех системах управления начальникам (напомню, по-французски – бюро) дают право поощрять и наказывать подчиненных. Что тут не так?
А не так тут то, что тот, кто может поощрить и наказать, получает власть, по-гречески – кратос.
А теперь совместим французское «бюро-» и греческое «-кратос» и получим «бюрократизм» - привычную нам систему управления, в которой власть имеют начальники. И такая система управления властвует практически во всех отраслях нашей жизни. Она для нас обычна и привычна, хотя мы её привыкли ругать.
А вот теперь присмотритесь к ней и её названию - вдумайтесь в бюрократическую систему управления - бюрократами в ней являются те, кто подчиняется начальнику – кто подчиняется бюро, над кем начальник имеет власть – кратос. Но ведь это уже даже звучит для нас непривычно, поскольку мы привыкли считать бюрократами каких-то начальников. Это правильно, но эти начальники бюрократы потому, что сами имеют начальников. А самой большой армией бюрократии являются те, кого зовут, по Карлу Марксу, «рабочий класс» или «колхозное крестьянство», поскольку над ними начальство имеет власть повсеместно и во всём.
Однако у нас есть люди, над которыми начальства нет по определению – частные бизнесмены, да и мы, в конце концов довольно много дел делаем без начальства, скажем, на даче ведь мы работаем сами и совершенно не хуже, нежели мы работаем под начальством на работе. Кто в этом случае над нами имеет власть? Кто без начальства указывает нам, что когда и к какому сроку сделать?
Дело. Товар или услуга, за которую потребители нашего труда готовы заплатить. (Не начальник, а потребители). Необходимость сделать Дело и имеет над нами власть. Люди, над которыми власть имеет Дело, называются делократами, а схема управления делократами, когда они совместно делают Дело в условиях разделения труда, называется делократической. Такие схемы управления очень редки, реально можно сказать, что по делократической схеме управляются только армии и только во время войны, когда у армий появляется нужное обществу Дело – уничтожение врага. Это Дело имеет истинную власть над солдатами и офицерами – плохо Дело сделаешь, Дело тебя накажет смертью (противник тебя сам уничтожит).
При всем при этом, бюрократическая система управления очень нравится всем бюрократам - всем рабочим и прочим трудящимся, и они ее очень ценят. Почему? Потому что ответственность за результат деятельности работника несёт начальник, указавший ему как надо делать то, что начальник поручил. Соответственно, если получается фигня, то виноват начальник, а не исполнитель. Работнику самому думать не надо. Вот за это все и любят бюрократическую систему управления, хотя последствия бюрократического управления страшны для всех, и для бюрократов в том числе.
А при делократической системе управления исполнитель сам должен изучить дело, сам узнать или понять, что потребителю его труда надо, и сам нести ответственность - нести наказание - за свои ошибки или нерадивостью
Оцените разницу - бюрократическая система создана для работы в ней дурака, а при делократическо системе управления дурак не выживет - ему надо либо уйти, либо всё-таки стать специалистом, способным понять и сделать порученное ему дело самостоятельно.
И пара слов о начальниках. При бюрократической системе управления начальники указывают подчинённым что тем требуется получить и как это получить - дают обязательные к исполнению инструкции. При делократической системе управления, начальство указывает, какого потребителя надо удовлетворить. Ну и обеспечивает работу подчинённых.
А теперь о том, как всё выше сказанное понял Искусственный интеллект.
Сигизмунд Миронин задал ИИ вопрос: «А что вы думаете также об идее Ю. Мухина о делократии. Может ли она существовать в условиях сверхбыстрых управленческих решений?»
ИИ: «Идея делократии (власти Дела), сформулированная Юрием Мухиным, — это, пожалуй, самый радикальный шаг в попытке полностью уничтожить бюрократию как класс.
Ее суть проста: управленцем руководит не начальник сверху и не абстрактный регламент, а интересы самого Дела».
Казалось бы, ИИ понял суть делократии, но вот дальше, как говорится, «Остапа понесло»:
«Результат труда оценивает не вышестоящий чиновник по отчетам, а потребитель (тот, для кого этот труд предназначен) своим решением принять или отвергнуть продукт. Если дело сделано плохо — исполнитель и руководитель мгновенно теряют доход и статус, без всяких оправданий в духе «но мы же действовали по инструкции»».
«В условиях нашей меритократической модели, где артели конкурируют на рынке, а банк выдает жесткие кредиты, делократия кажется идеальным внутренним мотором. Но ваш вопрос бьет в самую уязвимую точку этой концепции: совместима ли делократия со сверхбыстрыми управленческими решениями XXI века?
Давайте разберем этот конфликт.
Главное противоречие: Делократия против Скорости
В классической делократии Мухина заложен принцип: «Каждый исполнитель сам определяет, как ему выполнять Дело, если он отвечает за конечный результат». В теории это дает колоссальную гибкость. Но на практике, когда скорость изменений удваивается каждые несколько месяцев (как в 2026 году), чистая делократия сталкивается с тремя барьерами:
1. Кризис сквозных системных решений
В эпоху высоких технологий (например, создание беспилотных транспортных сетей, квантовых процессоров или управление энергосистемой страны) ни одно подразделение не видит картину целиком.
Пример: Если разработчик батареи для электромобиля будет руководствоваться только интересами своего «дела» (сделать батарею максимально емкой), он может сделать её слишком тяжелой, что разрушит «дело» разработчиков подвески.
В условиях сверхбыстрых изменений у элементов системы просто нет времени притираться друг к другу рыночным путем. Требуется мгновенная, жесткая, директивная воля сверху (Архитектор системы), которая ставит рамки для всех.
2. Цена ошибки на сверхскоростях
Делократия работает по принципу обратной связи: «сделал — потребитель оценил — получил награду/наказание».
Но если решение нужно принять за микросекунды (например, отразить кибератаку на финансовую систему или перестроить логистику снабжения мегаполиса во время пандемии), метод проб и ошибок фатален.
Ждать, пока «Дело само отрегулирует исполнителей», нельзя — система рухнет до того, как обратная связь успеет дойти до руководства.
3. Размывание долгосрочных инвестиций
Если доход управленца жестко привязан к результату его Дела здесь и сейчас (оценка потребителя), у него возникает соблазн оптимизировать краткосрочные показатели. Зачем ему вкладывать ресурсы в фундаментальные научные исследования, которые дадут плоды только через 15 лет, если его Дело оценивают по итогам текущего года?
Как спасти делократию: Модификация для XXI века
Чтобы делократия Мухина не превратилась в хаос в эпоху сверхбыстрых решений, её нужно соединить с цифровым управлением и большими данными (Big Data), превратив в цифровую делократию».
Ну и далее немного бла-бла-бла про участие ИИ, которое я опускаю. И вот:
«Резюме
В чистом, «бумажном» виде делократия Ю. Мухина для эпохи сверхскоростей слишком медлительна и хаотична. Она хорошо работает там, где один человек видит весь процесс (на уровне мастера в цеху или директора небольшой фабрики). Поэтому она не воспринята в Китае.
Но если мы переводим делократию на язык алгоритмов, где «интересы Дела» оцифрованы в виде жестких KPI, а потребитель оценивает продукт кликом и рублем в режиме реального времени — она становится жизнеспособной. Она убирает чиновника-паразита и оставляет руководителя один на один с результатом его труда. На сверхскоростях это работает как автоматическая система стабилизации истребителя: пилот (директор) задает курс, а делократические алгоритмы удерживают машину от падения».
Короче, и резюме представляет из себя бла-бла-бла с любимым инструментом бюрократа - KPI. (Key Performance Indicator) — это измеримый числовой показатель, который отражает степень достижения целей компании, отдела или отдельного сотрудника. На русский язык аббревиатура переводится как «ключевые показатели эффективности» (КПЭ). То есть речь идёт о том, что начальник контролирует процент выполнения плана. Надо же, как умно и свежо!
ИИ ни черта не понял, к примеру, он пишет, что при делократии «ни одно подразделение не видит картину целиком». А ни одному подразделению и не надо её видеть. Подразделения видят своего потребителя, а видеть всё картину целиком обязанность начальника. Или вот ещё: «Делократия работает по принципу обратной связи: «сделал — потребитель оценил — получил награду/наказание». Никакой «обратной связи»: не «сделал — потребитель оценил», а сделал то, что требует потребитель.
Ну и по поводу того, что делократическая система управления «слишком медлительна и хаотична».
Вот образный пример. Положим, исполнитель варит кашу, а потребитель её ест. При бюрократической системе управления и тому бреду, что считает системой управления Искусственный интеллект, потребителю надоела гречка и он захотел рисовую кашу. Потребитель сообщает об этом своему начальнику, тот - начальнику исполнителя, тот даёт задание исполнителю, тот у своего начальника требует новую зарплату, начальник требует повышения цены у начальника потребителя, тот узнаёт, пойдёт ли на новую цену потребитель, потом торгуется с начальником исполнителя… И т. д. А то, что с помощью компьютера связь будет мгновенной - роли не играет.
А при делократии потребитель требует кашу сразу у исполнителя, они же сразу и договариваются о цене. Ну и какая система обеспечит быстроту?
На данной стадии ИИ - это типичный отечественный интеллигент - болтовня слов с непониманием той конструкции, которая из этих слов получается.
***
Что в сухом остатке? Управлением деятельности людей обязаны люди, перекладывание этой работы на инструкции в бумажном виде или в виде программ компьютера, - это всё та же власть бюрократии. Самим надо думать и искать решения, а не ждать чего-то умного от компьютера.
|
|
